Михаил Березин - Кругом – сплошная ложь

Только теперь я сообразил, что, быть может, уже этой ночью встречусь с Симой.

– Хорошо, – пошел я на попятный, – проведем эту партию вместе. Как говорится, в четыре руки.

Она снова отрицательно покачала головой.

– Мы обещали госпоже Лидок, что вы останетесь целы и невредимы: ты и твои люди. А мы умеем держать слово. К тому же у вас имеется «узи», но нет к нему патронов. Есть, правда, патроны от «парабеллума», но нет самого «парабеллума».

– Лили! – взревел я. – Какая трогательная забота!

– На, держи. – Она протянула мне радиотелефон. – Будете сидеть в машине неподалеку. Я позвоню.

«Бык Крайский словно ураган понесся по арене, сметая на пути остатки куадрильи. В воздух взлетали тела и глухо бились оземь, не подавая более признаков жизни. Та трибунах раздался вопль ужаса…»

Телефон зазвонил, когда уже начало светать. К тому времени я весь извелся. Я то садился в машину, то выходил из нее и слонялся вдоль погруженной в сон улицы, сжимая в руке злополучную трубку.

– Крайский?

– Да, – прорычал я.

– Ты был прав, это действительно оказался он. Я имею в виду Моралеса.

– Вы с ним уже пообщались?

– Не успели, он полез на рожон. Ну и черт с ним!

– А…

– Да, она здесь, и пока еще жива, – предвосхитила мой вопрос Рыжая.

– Что значит, «пока»? – я задохнулся от волнения. – Она ранена?

– Нисколечко. – Голос Рыжей зазвучал насмешливо. – Ты сам решишь, как с ней лучше поступить. Считай, что это подарок от меня. Кстати, она не одна, тут ее мать. Словом, приезжай.

Меня охватило смутное чувство беспокойства, и тут я сообразил, что одет неподобающим образом.

– Я буду через несколько минут, – крикнул я в трубку. – Обязательно меня дождись.

Прыгнув в машину, я отрывисто бросил сидевшему за рулем Гвоздеву:

– В гостиницу.

В «Вавилоне» я поспешно натянул на себя заготовленный специально для этого случая легкий летний костюм с элегантной бабочкой. Бабочка, правда, была без батарейки и лампочек, здесь наши вкусы с Гвоздевым не совпадали.

Еще минут через пятнадцать мы прибыли на место. Какая-то фигура маячила у въезда во двор. Еще издали я заметил Рыжую. Завидев меня в новом обличье, она на какое-то время лишилась дара речи. Потом хмыкнула.

– Когда мы появились, они как раз готовились к отъезду, – рассказала она. – Посреди двора стояла машина с работающим двигателем, а из дома носили вещи. Их было трое: Моралес, тот негр и Эскобар. Кстати, Эскобар был при Моралесе кем-то вроде личного секретаря или референта.

– Отлично! – быстро проговорил я. – Она в доме?

Рыжая утвердительно кивнула, и я нетерпеливо двинулся мимо нее.

– Крайский! – было в ее голосе что-то такое, что заставило меня обернуться. – Знаешь, Крайский… Тебе, конечно, будет неприятно это слышать, но только она сама заварила всю эту кашу, эта твоя зазноба.

– Какую кашу? – не понял я.

– Никто не похищал Симу Отс. Никто об этом даже не помышлял, ведь она не была проституткой. Она сама разыскала Махмудова. Она ненавидит своих бывших одноклассниц, и в первую очередь дочь Галагана. Она хотела разорить ее. И… это она дала приказание убить близняшек.

– Ни хрена себе, – удивленно проговорил Гвоздев.

А Миксер только и сказал:

– Хорошая девочка.

В первый момент я был готов наброситься на Рыжую с кулаками. Потом открыл рот, чтобы дать достойную отповедь. Но еще через секунду понял, что, в общем-то, все сходится. Все становится на свои места.

Я молча прошел к дому. Машина, на которой собирался бежать Моралес-Махмудов, по-прежнему стояла посреди двора, только двигатель сейчас был выключен.

Они находились в холле: Сима, ее мать и еще двое с автоматами. Один из сторожей был совсем молодой, у другого уже прореживалась седина. Я сказал им, что они могут быть свободны. Потом повернулся к Отс-старшей.

– Значит это все-таки были вы? Тогда, в ресторане?

Она не ответила. И даже не посмотрела в мою сторону. Тогда я медленно повернул голову и бросил взгляд на ее дочь. Но еще прежде, чем я увидел ее, я уже твердо знал, что передо мной сейчас не Малышка наяву, не та, о которой я грезил ночами и надеялся, наконец, обрести. Я твердо знал, что передо мной… ЧУДОВИЩЕ.

В углу лежало нечто, накрытое одеялом. Я наклонился и слегка приоткрыл его. Три трупа.

– Зачем? – обратился я к ней.

У меня было опасение, что она промолчит, как и ее мать, но она тут же заговорила.

– Что «зачем»? – вызывающе спросила она.

– Зачем я вам понадобился? Зачем нужно было ломать эту комедию с запиской? И, наконец, зачем нужно было убивать однояйцовых?

– Кого?

– Я имею в виду сестер-близняшек.

Она вспылила.

– Плевать мне на близняшек. Мне нужно было время. Галаган не должен был узнать, где находится его отродье, пока я…

– Не выпьешь из нее все соки?

– Да. И вы, коль уж вы так отреагировали на мою фотографию, должны были все время быть начеку. Иначе вы бы сообщили Галагану, где ее дочь, и все бы сорвалось. Убивать же лично вас было рискованно.

– А где последняя из близняшек?

Сима запнулась, словно бы припоминая.

– Кажется, в одном из борделей на Канарских островах.

– Так. – Я прошелся по комнате. Она была одета по походному: в джинсы и тонкий, облегающий фигуру свитер. Малышки в ней было не больше, чем кильки в созвездии Рыб. Хотя, внешне – да. Внешне – да. – Варвара не очень-то доверяла своему мужу, и, поскольку ты по образованию экономист, она предложила тебе место в фирме, чтобы ты приглядывала за всем и защищала ее интересы. Не так ли?

– Она доверяла своему мужу, как самая последняя идиотка, а меня пригласила, чтобы ей здесь было не скучно. Ада-то в Барселоне, а ей требовалось чтобы у нее была подруга под рукой.

– За что ты ее ненавидишь?

– Терпеть не могу дур, которые родились на всем готовом и поэтому уверены, что мир существует исключительно для таких, как они.

– Когда ты поняла из доклада портье, что я тебя разыскиваю, ты позвонила матери, и она тебе объяснила, что к чему?

Она кивнула.

– Я не хотела забирать ее сюда, я чувствовала, что еще не время. Но с ней невозможно было спорить… У меня к вам просьба. Раз уж зашла речь о матери. Я вам все расскажу, а за это вы оставите ее в живых. Ведь она здесь ни при чем. И она ни о чем не догадывалась. Я имею в виду мои планы насчет галагановских денег. Вернее, той собственности, в которую они вложены. Она думала, что я просто нашла себе пожилого богатого жениха.

Сима бросила взгляд в угол, где лежали три трупа, а потом посмотрела на меня в ожидании ответа.

– Беда в том, что эти деньги в основном принадлежат не Галагану. А их истинные хозяева не желали смириться с их потерей, – объяснил я.

– Теперь это уже не имеет значения, – отмахнулась она. – Вы оставите мою мать в живых?

– Да, – сказал я.

Тут Отс-старшая вышла из оцепенения. Она завыла каким-то нечеловеческим, страшным голосом и обхватила дочь руками.

– Не отдам! – прокричала она. – Не отдам!

– Мама, только без этих дурацких сцен, – осадила ее дочь.

На ее лице не дрогнул ни один мускул.

– Я не собираюсь над кем-либо чинить самосуд, – поспешно сказал я. – Хотя, быть может, и стоило бы. В любом случае отсюда вам придется исчезнуть.

Услышав это, Отс-старшая бухнулась на колени и поползла в мою сторону. Но Миксер с Гвоздевым перехватили ее и усадили обратно на диван.

На губах у Симы заиграла странная, какая-то блудливая усмешка.

– Вы во мне разочарованы? – спросила она.

– Да, – сказал я, ослабляя бабочку, чтобы вдохнуть воздуха полной грудью.

И вышел из комнаты.

Двадцатого июля, в субботу, в десять тридцать утра я послал срочную телеграмму господину Галагану. А вечером того же дня он уже сидел в моем номере. До того момента, когда он появился, Миксер с Гвоздевым успели смотаться в Барселону и привезти сюда его младшую дочь. Варвара уже немного очухалась после смерти мужа. Однако когда вошел ее отец, она запаниковала.

Собственно, я долго размышлял, как мне организовать передачу Варвары. Можно было, скажем, представить папочке полный отчет – естественно, подавая все в необходимом свете, – и сообщить адрес в Барселоне, по которому она в настоящий момент находится. Или привезти ее в Москву. Но все же я решился пустить дело на самотек. Зато все произойдет у меня на глазах.

Сверх ожиданий посол не бросился с распростертыми объятиями к своей дочурке. Напротив, он раздраженно посмотрел на меня.

– Могли бы по крайней мере предупредить!..

– Мог бы! – Я принял вызов. В ожидании претензий несколько иного рода, я превратился в комок нервов, и у меня не было ни малейшего желания расширять спектр этих возможных претензий. – Но мне нравится делать сюрпризы своим клиентам.

– Клиентам? – Это уже была Варвара. – Но вы ведь говорили, что отец только оплачивает расходы, связанные с поиском Симы Отс. Что он лишь выступает в роли спонсора.