Пусть она уйдет - Никола Сандерс

все в твоей голове.

– Я не сумасшедшая, Ричард, – бормочу я.

– Нет? – Он исчезает в глубине гардероба, выходит с парой футболок и кидает их на кровать. – Хлоя не убивала свою мать. И не убивала сестру. Это все в твоей голове. Хлоя испорченная, да. Может быть, слишком ревниво относится ко мне, да. Я признаю это, но это не преступление. А то, что делаешь ты, – преступно. Эти мерзкие обвинения, которые ты ей предъявляешь… А ей всего двадцать один! Практически ребенок, на самом деле! Твое поведение пугает, и, если честно, я не уверен, что стоит оставлять с тобой в доме своих детей.

Я вскакиваю на ноги.

– То есть ты никуда не едешь?

– Я думаю взять девочек с собой. Мы можем пожить в отеле, пока ты обратишься за помощью.

– Но это безумие! Как ты можешь говорить мне такое?

Ричард озлобленно смотрит на меня.

– Просто не уверен, что могу доверять тебе. Я не знаю, что у тебя в голове.

Мое сердце разрывается на части. Если бы не Джим Престон, я бы уже задумалась, не во мне ли действительно проблема.

– Она пытается…

– Что, Джоанн? Что она пытается сделать?

Я хочу сказать «вбить между нами клин», но так мы будем ходить по кругу до бесконечности. Он никогда в жизни мне не поверит, и рано или поздно Хлоя вытащит из рукава свою козырную карту в виде фальшивой фотографии со мной и Саймоном. Поверит ли Ричард своим глазам? Конечно, поверит. Я не уверен, что могу доверять тебе.

Присаживаюсь на край кровати и зажимаю веки пальцами.

– Извини. Правда. Я не знаю, что со мной творится.

Я смотрю на свой телефон, на экран с пропавшим видео. Черт, она хороша.

– Я не такая, как мать, – говорю слабым голосом. – Я просто устала, вот и все. Завтра мне станет лучше.

– Ты пугаешь меня, любимая, правда пугаешь.

– Я понимаю. Но все будет хорошо.

Глава 33

– Не хочешь позвонить доктору Флетчер? – спрашивает Ричард. – Уверен, она даст тебе направление, если захочешь провести несколько дней в Хоупвеле. Сможешь хорошенько отдохнуть.

– В Хоупвеле? Ты имеешь в виду, в больнице? Нет! Ричард, категорически нет! А как же Эви?

Господи, только не надо говорить, что за ней присмотрит Хлоя.

– Разумеется, я останусь здесь с Эви. Тебе не кажется, что это пойдет на пользу?

– Конечно, нет!

Он тяжело опускается на кровать рядом со мной.

– Может, мне не стоит ехать?

– Конечно, ты должен поехать. – Если Ричард действительно боится оставлять со мной Эви и Хлою, то я в одном шаге от принудительного лечения. Мне надо показать ему, что я абсолютно рациональна и волноваться не о чем. – Ты не можешь отменить поездку. У тебя главная презентация. Это важно.

Ричард ничего не отвечает. Я качаю головой.

– Слушай. Я знаю, что наговорила ужасных вещей. И мне очень стыдно за себя. Но ты поедешь на свою конференцию, а мы втроем тут прекрасно справимся.

Следующим утром я заканчиваю собирать вещи Ричарда, пока он прощается с Хлоей. Выглянув в окно, я вижу, как они прогуливаются по улице и он обнимает ее за плечи. Они останавливаются у пруда. Ричард достает из кармана бумажный пакет с рыбьим кормом и крошит его в воду. Судя по движениям его губ, он разговаривает с рыбками. Он показывает на них, видимо, называя Хлое их имена. Она смеется. Ричард отдает ей бумажный пакет, и она кивает, убирая его в карман куртки.

– Ну вот, все готово, – говорю я, когда он возвращается. Он посматривает на меня, пока я застегиваю молнию на его чемодане, а потом снова возвращается к своим е-мейлам в телефоне.

– Почему бы тебе не позвонить Робин? – предлагает он. – Она могла бы заехать.

– Зачем?

– Потому что она твоя лучшая подруга, и ты ей доверяешь, и мне так будет спокойнее. И кто-то наконец должен поставить тебе мозги на место, – добавляет он с кривой улыбкой.

Я не упоминаю о том, что именно Робин велит мне доверять своим инстинктам. Качаю головой.

– Робин сейчас занята на работе. У нее скоро судебное разбирательство. Не хочу грузить ее этим.

Он потирает подбородок.

– А что насчет Роксаны? Она может переночевать в одной из гостевых комнат.

– Роксана? Но зачем?

– Потому что я не хочу, чтобы ты была одна, понятно, Джо? Если я уеду, мне бы очень хотелось, чтобы здесь был кто-то еще: с тобой и девочками.

Я размышляю над его словами. Я не большой фанат Роксаны, но она живет неподалеку и мне правда не помешает, если она побудет здесь. Она отвлечет Хлою. Если повезет, они вообще запрутся в комнате на все три дня. Я даже буду приносить им еду на подносе, если они захотят.

– Хорошо, ладно. Я позвоню ей.

– Я сам, – он не выпускает телефон из рук. – Какой у нее номер?

Я цокаю языком.

– Не доверяешь мне?

Он смеется, слегка наклонив голову. Я достаю телефон из ящика тумбочки и диктую ему номер. Может, даже лучше, если позвонит он. Что-то мне подсказывает, что если это сделаю я, она может отказаться.

Он подходит к окну, и я слушаю его разъяснения по поводу деловой поездки, и что Эви сейчас не очень хорошо спит, и ему было бы спокойнее, если бы Роксана побыла здесь в его отсутствие, и, конечно, мы оплатим ее время.

– Папуль?

Ричард оборачивается. В дверях стоит Хлоя. Он поднимает палец, заканчивает договариваться с Роксаной по поводу ее прихода и вешает трубку.

– Я сейчас, милая. Дай мне секунду побыть с Джоанн.

Хлоя закатывает глаза, разворачивается и уходит.

– Ты это видел? – спрашиваю я и указываю на дверь, за которой она только что исчезла.

Он хмурится.

– Ты о чем?

– Неважно. Что сказала Роксана?

– Она придет сегодня ближе к вечеру. Тебе так будет полегче?

– Да. Спасибо, Ричард. Мне будет гораздо легче. А теперь езжай. Пропустишь свой вылет.

– Обещаешь следить за собой, пока меня не будет?

– Да. Обещаю.

– Обещаешь принимать свои таблетки?

– Зуб даю! – Я нежно кладу руку ему на шею. – Хватит волноваться. Я люблю тебя.

Через полчаса приезжает такси, чтобы отвезти Ричарда в аэропорт, и у меня внутри все сжимается. Я не хочу, чтобы он уезжал. Может, стоит попросить его остаться, пока еще есть возможность? Нет, это будет глупо. Я точно смогу пережить три дня с Хлоей. Тем более тут будет Роксана.

Я нахожу Ричарда с Хлоей в спальне, они разговаривают. Хлоя сидит рядом с ним на диване, положив голову ему на плечо. Он что-то тихо ей рассказывает, а она с угрюмым видом играется с его телефоном.

– Твое такси здесь, – сообщаю я.

Ричард смотрит на меня.

– Я сейчас.

Хлоя бросает телефон ему на колени и проносится мимо меня, не говоря ни слова. Кажется, она тоже не горит желанием на три дня оставаться со мной наедине.

Проходит пара часов. Я делаю себе чай, когда вниз спускается Хлоя.

– Сделать тебе? – спрашиваю я. Чувствую себя виноватой, что подозревала ее в удушении собственной сестры, хотя ее там даже рядом не было.

– Нет, не надо.

Она хочет сказать что-то еще, но тут на столе звонит мой телефон. Мы обе, прищурившись, глядим на экран. Это Соломон, наш семейный юрист. Я беру трубку, припоминая обрывки разговора, который подслушала недавно. Совсем забыла спросить об этом Ричарда. Хорошо бы Хлоя сейчас ушла, чтобы я могла поинтересоваться у Соломона.

– Не хочешь ответить? – спрашивает она, взгромождаясь на столешницу.

Я беру трубку. Поприветствовав меня, Соломон просит позвать к телефону Ричарда.

– Он в самолете, – говорю я, посмотрев на часы.

– А, вот почему у меня не получается ему дозвониться.

– Он уже скоро приземлится. Мне передать ему что-нибудь?

– Я попробую снова, но если что, он просто спрашивал у меня точную дату, когда Хлоя звонила по поводу завещания. Можешь передать ему, что это было двадцать четвертого ноября?

Я кидаю взгляд на Хлою. Она глядит на меня, наклонив голову и приподняв брови, и болтает ногами.

Я сглатываю.

– Хорошо, скажу.

Когда я кладу трубку, Хлоя спрашивает:

– И чего же хотел наш старый Соломон?

Я всматриваюсь в ее лицо.

– Сказал, что ты вроде как звонила ему