Паутина прошлого - Дмитрий Корсак

В пустом коридоре материализовалась жабообразная дежурная медсестра. Брагин готов был поклясться, что только что коридор был пуст.

– Не провожайте, дорогу найду, – буркнул он ей и направился к выходу.

Арина, как и обещала, ждала на улице. Увидев Брагина, быстрым шагом подошла к нему.

– Как Олег?

– Почти нормально.

– Почти… – На ее лицо набежала тень.

– Знаете что, – неожиданно для себя вдруг сказал Брагин. – Так получилось, что сегодня я не завтракал, а время уже обеденное. Есть хочется. Вы не против где-нибудь перекусить? Заодно и поговорим.

– Нет, не против. Только я на Удельной кроме «Макдональдса» ничего не знаю, но ведь…

– Согласен, «Макдональдс» – не вариант. Предлагаю поехать по проспекту к центру города, а как увидим симпатичное местечко, сразу остановимся.

Такое «местечко» нашлось довольно быстро – достаточно тихое, чтобы можно было вести беседу, не перекрикивая орущие колонки, и достаточно демократичное, чтобы не остаться на мели.

Брагин предоставил возможность Арине выбрать столик, отстав от нее на пару шагов. Когда она вопросительно остановилась у стола в эркере, рядом с развесистым деревцем в кадке, он удовлетворенно отметил, что и сам предпочел бы его.

Посетителей в ресторане было немного. За соседним столом разместилась пара одного с Брагиным возраста. Мужчина с жадностью кромсал стейк, женщина вяло ковырялась в салате. Они не разговаривали, не глядели друг на друга, а когда их глаза случайно встречались, то ничего, кроме отчужденности, в них не появлялось. Вот так выглядели бы и мы с женой сейчас, если бы вовремя не развелись, подумал подполковник. Расстались они давно, не дожидаясь, когда брак из стадии открытого конфликта перейдет в разряд терпеливого безразличия. За другим столиком молодая пара в ожидании заказа полностью погрузилась в свои смартфоны. Вот их Брагину было искренне жаль, потому что равнодушие уже в самом начале отношений взяло верх над чувствами. Но с куда большим удовольствием он наблюдал не за посетителями ресторана, а за Ариной. Почему-то подумалось, что с ней такого никогда бы не случилось, она совсем другая – открытая и чуткая.

Официант положил на стол меню. Не заглядывая в него, Арина попросила принести «Цезарь». Чтобы не отставать, Брагин тоже не стал копаться в названиях и ценах и попросил принести горячее на усмотрение официанта.

– Я могу чем-нибудь помочь Олегу? – спросила Арина, когда Брагин вкратце обрисовал ситуацию.

– А что тут можно сделать? – невесело хмыкнул он. – Только найти преступника, но это уже по моей части.

– Может, мне стоит поговорить с ребятами? Я – человек неофициальный, мне они могут сказать то, чего не скажут вам.

– В этом есть определенный резон, – согласился Брагин. – Попробуйте, хуже не будет. Только…

Он не закончил, проглотив конец фразы, хотя сначала собирался сказать: «Только ведь может выясниться, что Олег виновен», – но вовремя прикусил язык. И все же Арина поняла его мысль.

– Олег никому не мог причинить вред.

– А если допустить, что девушка ему отказала? Он был на взводе, обиделся, осерчал…

– Нет, нет и нет, только не он! – Арина так сильно покачала головой, что на лоб упала заправленная за ухо прядь волос. – Я не верю, что Олег кому-то мог причинить вред, тем более Лене. Даже когда его били в школе, он не давал сдачи. И уж тем более никогда не мстил.

– Его обижали?

– Случалось.

Принесли заказ, и на какое-то время разговор затих сам собой. Брагин исподтишка наблюдал за Ариной.

Очень многое о человеке могут сказать манеры за столом. К примеру, если он прерывает разговор на время еды, это говорит о его последовательности в действиях, умении правильно расставить приоритеты. Болтают с набитым ртом легкие и открытые люди. Зануды, доводящие официантов до белого каления, в жизни заядлые консерваторы. Мгновенно расправляются со своей порцией, практически не жуя, амбициозные торопыги. Любители смешивать в одной тарелке разные блюда – отличные креативщики, зато они плохо разбираются в людях.

Арина ела красиво, в меру неторопливо, но и не ковырялась в тарелке. Официанта дернула всего раз, да и то по делу. Основное блюдо, которое она заказала, вряд ли можно было назвать экстравагантным, только и на банальную котлету по-киевски оно не походило. А вот с десертом она решила поэкспериментировать. «Название любопытное, – сказала она. – Интересно, это съедобно?» Значит, толика авантюризма ей не чужда, решил подполковник.

Разговор возобновился под кофе.

– А что это за история девять лет назад? – вспомнил Брагин.

– Неприятная история, – поморщилась Арина, но все же начала рассказывать.

Олегу было девять лет, вернее, почти девять, когда начальная школа отправилась на экскурсию по фортам Кронштадта. Кто-то из детей (Олег потом так и не сказал, кто именно) запер его в пороховом погребе без окон, а молоденькая учительница не смогла правильно посчитать детей в автобусе. Лишь когда автобус привез всех обратно, стало ясно: одного ученика не хватает. Искали долго, потому что эта дурища уверяла, будто все дети вернулись в город и Олег потерялся уже в Питере. Только на следующее утро в чью-то здравую голову пришла мысль обойти все уголки форта. Там его и нашли – хорошо, что сумел отозваться на голос. Когда его выводили, он был совершенно не в себе: взгляд в никуда, на вопросы не отвечал и даже не плакал – не мог больше. В полной темноте Олег просидел почти сутки. Замерз, испугался, оголодал.

– Нашли, кто это сделал?

Арина только покачала головой.

Брагин осторожно задавал вопросы о характере и привычках Олега. Осторожно – чтобы не спугнуть установившееся между ними хрупкое доверие. А Арина рассказывала, как отец сбежал сразу после рождения брата, как мать, наслушавшись советов знакомых, хотела отдать мальчика в школу в шесть лет, чтобы был лишний год для поступления в вуз. И как Арина воспротивилась этому решению – брат и так выглядел младше своих сверстников. Но Олегу все равно приходилось трудно в начальной школе: одноклассники относились к нему с пренебрежением, а то и обижали. Дети жестоки и свои обиды, полученные от старших, вымещают на тех, кто меньше и слабее их, в ком нет агрессии, кто не станет давать сдачи. Потом Олег подрос, сравнялся с ровесниками, но пренебрежительное отношение никуда не делось. «Лучше бы его отдали в школу на год позже, – вздохнула Арина, – тогда бы ему было проще постоять за себя».

Арина рассказывала, а Брагин любовался ею. И с удивлением отмечал, что эта женщина нравится ему все больше и больше.

6

Фишман позвонил в тот момент, когда Брагин только-только поставил запекаться форель. Пришлось, выругавшись сквозь зубы, жирными руками в крапинках специй браться за телефон – пропустить звонок судмедэксперта подполковник никак не мог.

– Закончил, – коротко отчитался Фишман. – Подъезжай и коньяк привози, я заслужил.

Брагин представил, как опять бросает форель (уже второй раз за сегодня), как тащится на Екатерининский, а потом за полночь (потому что раньше с ноль-семь коньяка они никак не управятся) возвращается на такси голодным, чтобы встретить на месте дома пепелище, так как выключить духовку он наверняка забудет.

– Не получится, – прижимая трубку плечом, заявил он. – Могу заехать завтра с утра.

– Завтра утром я буду отрабатывать на даче супружеский долг – огороды копать, – возразил Фишман. – Я тебе бумаги на столе в кабинете тогда