Шампанское было лишним - Наталья Вячеславовна Андреева

в руке наполненный бокал. – Борис Львович, как? – Лео посмотрел на Дергача. – Вы тут старший мужчина, можно сказать, глава семьи.

– Ничего, Леонид, говори, – Дергач упорно не называл Лео как своего покойного друга. Либо безлико «молодой человек», либо официально, как сейчас: Леонид. – Я еще успею.

Снегин налил себе минералки, потом подумал и добавил клюквенного морса в стакан. Якобы вино. Алкоголь по-прежнему вызывал отвращение. Вторую неделю Снегин проторчал в баре и много чего увидел. Этого оказалось достаточно, чтобы окончательно соскочить со спиртного.

Пока ситуация была штатной, застолье как застолье. Улучив момент перед подачей горячего, Снегин подошел к Эвелине Вячеславовне, которая тоже не пила. После трагической гибели сына и смерти мужа проблемы с сердцем у семидесятилетней женщины обострились. Снегин подозревал, что ее интерес к жизни подогревает только Лео, удивительно похожий на своего отца. Вот о Лео и надо поговорить.

– Вы сегодня очень красивая. Честно.

Они стояли на балконе, эта октябрьская ночь неожиданно оказалась теплой. Снегин вышел в одном костюме, но Эвелина Вячеславовна зябко куталась в накидку из мягкого меха – очень дорогого, как подумал Евгений. Эту женщину окружало только все самое лучшее, эксклюзивное, неординарное. Такое же, как она сама. Эвелина Вячеславовна хоть и обладала редчайшей красотой, но эгоисткой, зацикленной на своей внешности, не была и никогда не жила для себя. И внуков воспитывала больше Эвелина Вячеславовна, чем их матери. И сестер Петровских, и Леню Ларина.

– Спасибо, Женя. Костюм тебе идет, ты напрасно смущаешься. Я вижу, что у вас с Аллой все хорошо, – ласково улыбнулась Эвелина Вячеславовна.

– Да, я люблю ее, – просто сказал Снегин. – Но ее матери это не очень-то нравится. Алла уникум, а я простой мент.

– У Аллы сложный характер, а ты умело гасишь ее выходки. Вы идеальная пара, Женя.

– Хотелось бы так думать, – Снегин невольно вздохнул. – Но я хотел с вами о Лео поговорить. Эвелина Вячеславовна, перестаньте набивать его карманы деньгами, – решился он. – Ему учиться надо. А он занимается черт знает чем.

– Леня учится. Он дипломную работу пишет.

– Я видел его дипломную работу, – сердито сказал Снегин. – Ее Алиной зовут. О, да! Эту науку ваш внук изучает старательно! И делает большие успехи. Не хочу сплетничать, но эта Алина старше Лео лет на… Уж на десять точно, а может, и на все пятнадцать! Странно, что он ее сюда не притащил. Приехал один.

– Ну значит, не так все серьезно, – устало улыбнулась Эвелина Вячеславовна. – Ты полагаешь, Женя, что если я не стану давать внуку деньги, то у него их не будет? – грустно спросила она.

Снегин вспомнил Алину и пришлось признать, что Эвелина Вячеславовна права. Лео достаточно спросить. Намекнуть на свои проблемы. И Алина с радостью возьмет его на содержание. Будущий дипломат в итоге превратится в жиголо. А с этой иглы довольно трудно соскочить. Беззаботная жизнь, ухоженные женщины, легкие деньги.

– Но что-то же делать надо. Ваш внук – плейбой. Неужели не обидно? Он ведь умный. У него к языкам способности. Вон как шпарит по-французски! Но он же не вылезает из ночных клубов! А теперь еще эта Алина…

– Я потеряла сына, – прошелестела эта загадочная, непостижимая женщина. – Потеряла фактически уже тогда, когда Леониду было столько же, сколько сейчас его сыну… Скажи, что мне делать? Денег внуку не давать? Думаешь, не пробовала? Проще дождаться, пока Леня-младший, как и его отец, перерастет это желание вечно куда-то бежать. Неуемную жажду быть в центре праздника.

– Это называется тусить. Лео душа и мотор молодежной московской тусовки, она его в итоге сожрет. Я вас предупреждаю: Лео обязательно во что-нибудь вляпается.

– Но ты ему поможешь, ведь так?

– Что вы со мной делаете!

– Ты правильный мальчик, Женя. Если даже споткнешься, то Алла не даст тебе упасть. Она тоже правильная. И сильная. А Леня с Полиной…

– Ну привет, родня!!! – раздался за спиной жизнерадостный крик.

– Антоновы приехали, – невольно улыбнулся Снегин, сразу узнавший голос новобрачной.

– Мамочка! Я так соскучилась! – Полина с визгом бросилась на шею матери.

– Штрафную! – тут же подначил Лео.

– Шампанского! – закричала Полина. – Я буду пить только шампанское! И только розовое!

– Кто бы сомневался, – вздохнула Алла. – Ну здравствуй, сестренка. Мне тебя очень не хватало. Господи, куда я засунула свои розовые очки? – Алла демонстративно начала оглядываться. – Они мне срочно понадобятся!

– Я тоже рада тебя видеть, зануда! Глянь сюда, – Полина вытянула руку с сияющим перстнем. – Видишь колечко? Тебе такое не светит!

– Девочки, перестаньте, – привычно сказала Анастасия Сергеевна. – Полина, кольцо, на мой взгляд, вульгарное, не носи его по будням. Алла, твоя сестра вышла замуж, и ты должна за нее порадоваться. Вы же сестры. Не ссорьтесь.

– Я радуюсь, – вздохнула Алла, обнимая сестру. И, увидев в дверях ее мужа, поспешно сказала: – Антонова обнимать не буду, и не просите!

– Да ты скорее задушишь, – с опаской сказал тот, обходя свояченицу по широкой траектории и направляясь к Дергачу: – Борис Львович, приветствую.

Мужчины пожали друг другу руки. Снегин подумал, что и ему надо бы подойти. Они с Антоновым теперь вроде как родня. Ну, почти. Пока они с Аллой не расписаны, но это не повод шарахаться от Антонова. Илья Денисович тоже скептически хмыкнул, но руку протянул:

– Привет, капитан.

– А без чинов нельзя? – вяло огрызнулся Снегин.

Оно понятно, что родню не выбирают, но как-то уж чересчур круто все сложилось. Затесался к олигархам, чтоб его.

– Не переживай, мы скоро уедем, – шепнула ему Алла. – Сестренка вернулась, а я долго ее тупости не выдержу. Сейчас начнется! Нас ждет захватывающий рассказ про райские Мальдивы. Как там клево, – с иронией сказала она.

Снегин знал, что Алла не выносит пассивный тюлений отдых. И свою сестру. Значит, есть шанс скоро покинуть Бережки, какими бы гостеприимными они ни были. Но сначала с Лео поговорить. Может, между горячим и десертом?

– Ты весь вечер смотришь так меня так, будто хочешь съесть, Снегин, – Лео подошел к нему сам. – Но ты ошибся: я не торт.

– Нет, ты крем-брюле, – не удержался Снегин. – Выглядишь как… – он запнулся. – В общем, выглядишь.

– Что-то случилось? Или ты все еще злишься за алкогольное отравление, к которому считаешь меня причастным?

– Проехали, – вздохнул Снегин. – У меня другая тема.

– Бабушке жаловался? – усмехнулся Лео. – Заложил меня. Про Алину рассказал.

– Пойдем, выйдем, – не выдержал Снегин.

На них смотрела Анастасия Сергеевна, неизвестно, на кого с большей неприязнью. Один охмурил младшую дочку, умницу и ответственную девочку. На которую Анастасия Сергеевна возлагала большие надежды. Другой вообще непонятно откуда взялся и до боли похож на покойного мужа. Этак Дергачи уедут первыми – в глазах у Аллиной мамы Снегин увидел боль и недоумение: откуда вы оба взялись на мою голову?

– Идем, – кивнул Лео.

И Снегин опять оказался на балконе. И вновь не удержался от комплимента:

– Ты сегодня просто красавчик, Лео, завидую белой завистью.

– Бабушку хотел порадовать. Зря она, что ли, столько денег за мое лондонское образование отвалила? И за уроки этикета. Образцовый black tie, – Лео звонко щелкнул пальцами по черной бабочке.

– Чего-чего?

– Дресс-код, уместный на мероприятиях, проводимых после пяти часов вечера, – подмигнул ему Лео. – Никогда не слышал?

– Я по будням после семнадцати ноль-ноль на мероприятии в метро, где дресс-код называется «завоюй себе место под солнцем». А в выходные либо дома на диване, либо в бильярдной. У нас, конечно, дресс-код приветствуется, но чтобы так… – Снегин скептически окинул взглядом черный смокинг Лео и умопомрачительные часы на его запястье. – Тоже необходимый аксессуар? – не удержался он. – И почем?

– Я же говорю: хотел сделать обожаемой бабушке приятное, – Лео был невозмутим. – Я ведь тоже беспородный. Как это раньше говорили? Бастард.

– Да уж! И поэтому выпендриваешься?

– Завоевываю себе место под солнцем. Это можно делать не только в метро. Снегин, не злись. Тебе чего от меня надо-то?

– Разговор есть. Уж и не знаю, как ты к этому отнесешься.

– Не темни, говори прямо.

– Есть одна девушка, – Снегин тяжело вздохнул. – Это по работе. Ценный свидетель. Ну не колется она. А ее показания крайне важны. Да еще и работа ее…

– Банкирша? – Лео деловито поправил бабочку.

– Хуже: консуматорша.

Снегин ожидал вопросов, но Лео понимающе улыбнулся: знаю таких. Еще бы! Он ведь заядлый тусовщик!

– Я хочу тебя привлечь, – продолжал Снегин. – Неофициально. Она хороший психолог.

– Надо думать! Плохие психологи промками не работают.

– И улик против нее нет. Но я уверен: она причастна к ограблению.

– Банки грабит? – глаза у Лео азартно блеснули.

– Ну почему у тебя в голове одни только банки? – с досадой спросил Снегин.

– Гены, наверное, – пожал плечами Лео. – Не забывай, кем был мой отец.

– Речь идет о разовой акции. Гоп-стоп на стоянке в аэропорту. Анжела предположительно одна из тех, кто отобрал у курьера деньги.

– И ты хочешь, чтобы я соблазнил