Наталия Левитина - Интимные услуги

В редкие вечера, когда убийцы, воры и организованная преступность позволяли Андрею переключить внимание с их персон на личную жизнь, Софья Викентьевна с удовольствием смотрела телевизор в квартире Андрея, делилась с ним своими жизненными наблюдениями, никогда не опасаясь наткнуться на то высокомерное презрение, которое часто проскальзывает в отношении молодежи к старикам.

На пути к Италии она тщательно изучила рекламные проспекты, купила солнцезащитные очки, пляжное полотенце и купальник (пятьсот приседаний, двадцать отжиманий, шпагат и два ведра ледяной воды ежедневно – и очертания Софьи Викентьевны вполне соответствовали европейским стандартам в отношении тридцати-сорокалетних женщин), достала из тайника доллары и… Но тут ее посетила мысль, что во время отсутствия в квартиру могут нагрянуть воры. И поэтому, прежде чем купить путевку, Софья Викентьевна решила застраховать свое имущество. Ей не было жаль сломанного телевизора – пусть забирают, она не волновалась за фамильную драгоценность – кольцо с бриллиантом (оно было надежно спрятано в щелку под отвалившимся плинтусом), но в доме оставались раритетные книжные издания – наследство от деда-дворянина. С тяжелыми старинными книгами Софья Викентьевна не намерена была расставаться. И поэтому Андрею Пряжникову пришлось на целых три часа отвлечься от своего маньяка и подыскать для соседки приличное страховое агентство. По закону случайных совпадений первой же фирмой, встретившейся ему на пути, оказался «Шелтер».

Юбка от красного костюма, которая когда-то не застегивалась на Катиной талии, теперь свободно падала вниз, к коленям. Катя ушила ее, как смогла, вручную, но все равно приходилось подстраховывать пояс английской булавкой. Эта булавка стала причиной того, что в голове Виктора Сергеевича, дегустатора-профессионала, впервые возникла мысль о возможном поражении.

Он подкрался к Катерине сзади, когда она прижимала к щеке телефонную трубку и что-то серьезно отвечала клиенту. Виктор Сергеевич нацелился на соблазнительную выпуклость под красной тканью юбки. На этот раз у Катерины не было в руках раскаленной чашки, то есть отсутствовало препятствие, которое помешало бы начальнику совершить задуманное. Виктор Сергеевич возликовал. Он крепко обхватил Катерину за талию и прижался к секретарше жадно и страстно. Но недолгим было объятие. Ощущения оказались более острыми, чем Виктор Сергеевич мог вынести. Его глаза увеличились, а из груди вырвался глухой страдальческий стон. Он осторожно отлепился от Катерины, опустил взгляд вниз и прижал руку к своему тазобедренному суставу. Из ткани Катиного пиджака на добрых полтора сантиметра торчала игла – острие расстегнувшейся булавки.

– Катерина! – взревел Виктор Сергеевич. – Катерина! Что же ты вытворяешь!

Катя удивленно пожала плечами и ничего не ответила. Она сунула руку под пиджак и отцепила булавку.

– Постоянно расстегивается, – доверительно сообщила она шефу.

– Мне придется назначить себе пенсию по инвалидности!

Рассерженный и неудовлетворенный, Виктор Сергеевич ушел из кабинета, но сразу же вслед за ним в приемную заглянул Андрей Пряжников. Он уверенно преодолел порог, а потом в недоумении застыл на месте: сыщик совсем не ожидал увидеть здесь Катерину.

– Катя! Что ты здесь делаешь?

– О! Андрей! Я здесь работаю.

– Работаешь? Странно. Интересно. Да? В общем…

– Моя соседка хочет застраховать квартиру.

– Пусть приходит к нам, – улыбнулась Катя. – Вы дорожите собой? Правильно делаете! Вы и ваше имущество бесценны. Приходите в «Шелтер», мы позаботимся обо всем! Пятнадцатый кабинет, первый этаж. Быстро, недорого, надежно.

Андрей как зачарованный прослушал рекламное выступление.

– Прекрасно. Ну а как ты вообще, Катя? Как живешь?

– Да в принципе у меня все нормально. Снимаю квартиру, работаю. Здесь интересно.

– Снимаешь квартиру? А как… Олег Кириллович поживает?

Катя удивленно взглянула на Андрея. «Откуда он знает, что я была с Олегом?» Она моментально покраснела.

– Наверное, он поживает неплохо. Не знаю. Мы с ним не встречаемся.

– О, прости. Лезу в твою личную жизнь. Татьяна Васильевна в порядке?

Катины глаза округлились.

– Вы знаете Татьяну Васильевну?

– Ну, помнишь, мы тебя к ней подвозили… Я запомнил… А разве мы на «вы»?

– Вроде бы да, – нерешительно ответила Катя.

– Давай на «ты». Знаешь, ты изменилась с тех пор, как мы сидели с тобой в машине и ты рассказывала мне про Оксану Берг. Я имею в виду, внешнюю сторону. Стала такой шикарной женщиной.

Катя снова зарделась.

Андрей с сомнением оглядел ее красный костюм.

– Это твой любимый цвет?

– Красный? Нет. В принципе это единственная вещь красного цвета в моем гардеробе. О, – Катя рассмеялась, – если вспомнить, что в моем гардеробе не более пяти предметов.

Андрей тоже улыбнулся:

– Это поправимо. Да, внешность меняется, но ты все равно остаешься ребенком. Девочка из Краснотрубинска.

– Ой, – опомнилась Катя, – нельзя признаваться мужчине, сколько предметов одежды у тебя в гардеробе, да? Это интимная подробность?

– Что-то мне подсказывает – тебе можно все.

– Я так заволновался, когда увидел тебя здесь, что пересохло в горле.

– Хочешь, я дам вам… тебе чего-нибудь выпить? Сок, минералка?

– Давай. Спаси меня от жажды.

Катя открыла холодильник и налила Андрею сок. Они вдвоем сели на диван в углу приемной.

– Слушай, Катюша, что ты делаешь после работы? Один мой друг, может быть, ты его помнишь, Максим Колотое, журналист, очень хотел с тобой познакомиться…

– О, Андрей, какой вы, то есть ты альтруист. Заботишься о соседке, меня ангажируешь для друга.

– Действительно. Вообще-то я был неискренен. Я сам бы с удовольствием с тобою встретился, но страшно занят. А Макс рвался помочь тебе с иностранными языками, он их знает дикое множество…

– Я здесь познакомилась с одной девушкой, она владеет и английским, и немецким, поэтому если что-то непонятно, то она мне объясняет.

– Значит, Максиму не повезло. И мне, как я понимаю, тоже. Сколько минут мы с тобой уже беседуем?

– Минут десять.

– Так. Хорошо. Мне надо бежать. Загляну в пятнадцатый кабинет.

Андрей резко поднялся, и остатки вишневого сока выплеснулись из стеклянного бокала на Катю. Розовая жидкость расползлась по пиджаку и юбке темным пятном, которое стало почему-то приобретать фиолетово-зеленый оттенок. Очевидно, в вишневом соке присутствовала половина элементов из таблицы Менделеева и очень мало самой вишни.

– Что я наделал!

Катя беспомощно смотрела на огромное пятно.

– Ну вот, – расстроенно произнес Андрей, – теперь у тебя в гардеробе на один предмет меньше.

– Но я, честное слово, компенсирую потерю.

– Андрей, ну что же ты наделал! – Катя забрала у него бокал. – Вредитель! Уходи, мне теперь надо напряженно думать, что надеть.

– Прости! Я нечаянно. Я вернусь с новым костюмом, – заверил Андрей. – Ухожу, до свидания.

– Какой к тебе приходил мальчик – прелесть. Но последствия его визита разрушительны, – говорила Орыся, разглядывая пиджак с бурыми пятнами. – Голливудская внешность. Киноактер? Манекенщик?

– Следователь. Или сыщик. Это одно и то же? В общем, Андрей Пряжников.

– Катюша, ну и поклонники у тебя. Бизнесмен, крутой, как бедро Софи Лорен. Сыщик, который не может удержать в руках стакан. А как он справляется с пистолетом

– Мне и так не в чем ходить!

– Потребуй компенсации!

– Компенсации? Андрей и сам обещал взамен что-нибудь другое. Но…

– Но ты не примешь его подарок! – подхватила Орыся. – Ты же такая гордая девочка! И потом, что он там может купить на свою зарплату?

Орыся направилась к шкафу и достала из него две вешалки.

– Выбирай. Или блузка, или мини-платье. Блузку с колготками, конечно, не наденешь, но ирония судьбы заключается в том, что платье еще короче блузки.

– Кира Васильевна сгрызет от возмущения сейф. Или сиди до конца рабочего дня в шубе. Как на Северном полюсе. Катька-полярница. Точно, надевай лучше шубу, перчатки, сапоги, обмотайся шарфом и с грустными глазами говори всем, что подцепила ангину. И в платье, и в блузке у тебя не будет шансов завершить рабочий день неизнасилованной.

– Придется все-таки надеть это платье. Давай его сюда…

Создатель модели, видимо, не смог побороть в себе природной экономности: платье обтягивало Катину фигуру, как резиновая перчатка.

– Гениально! Ты дьявольски хороша, che bella donna! – воскликнула Орыся, взглянув на Катины ноги. – Не вздумай попасться на глаза Леониду.

Если он меня бросит, я тебе этого не прощу.

Катя вышла в коридор. Как и следовало ожидать, этаж, обычно пустынный, был наполнен клиентами и сотрудниками. Все дружно повернули головы в сторону Катерины. Она с огромным трудом преодолела шесть метров до своего кабинета. Мужские взгляды обволакивали ее, как густой вязкий кисель, и замедляли движение.