Три твои клятвы - Питер Свонсон

class="p1">Эбигейл машинально замотала головой.

– Нет, нет, – сказала она. – Они никуда не уехали… по крайней мере, Джилл не уезжала, потому что я видела ее сегодня вечером.

Брюс потянулся и взял Эбигейл за руку. Она на автомате высвободила ее.

– Я лично подвез их к самолету, – сказал Чип. – Тот взлетел на моих глазах, и я получил подтверждение, когда они благополучно приземлились на материке. Возможно, ты увидела кого-то другого или, может, тебе это приснилось?

– Я не спала, – сказала Эбигейл.

– Она это не выдумывает, Чип, – одновременно с ней произнес Брюс.

– Я знаю. Знаю. Я этого не говорю. Просто ищу логическое решение, вот и всё, и одна вероятность состоит в том, что тебе приснился очень яркий сон.

– Я не спала, – повторила Эбигейл. – Я вышла на улицу и погналась за Джилл по лужайке, а она скрылась в лесу. Я вернулась и разбудила Брюса. Брюс, помнишь, ты ощупал меня? Я вся продрогла.

– Я не заметил, Эбигейл, извини, – сказал Брюс. – Но давайте мыслить логически. Эбигейл говорит, что не спала, значит, она не спала. А что, если Джилл неким образом вернулась на остров? Вдруг она что-то забыла, или же…

– Я знаю всех, кто приезжает на этот остров, – перебил Чип и потер крыло носа пальцем.

– Тогда остается только один вывод, – сказал Брюс и повернулся к Эбигейл. – Ты видела кого-то очень похожего на Джилл. Сколько женщин на этом острове, Чип? Нам придется проверить.

– Хорошо, я это сделаю. Их не так много, это не займет много времени.

– Это была Джилл, – сказала Эбигейл – правда, очень тихо. Мысленно она снова и снова перебирала все, что произошло, пытаясь понять, могла ли ошибиться.

Брюс встал, затем присел перед ней и сказал:

– Мы выясним, что произошло, я обещаю. Мы разберемся. – Он встал и повернулся к Чипу. Тот уже поднялся с места.

Эбигейл тоже встала. На нее накатилась волна изнеможения и легкой тошноты.

– Я могу позвонить Джилл? – спросила она. Слова вырвались сами, как только ей в голову пришла эта мысль.

– Что вы имеете в виду? – спросил Чип.

– У вас должен быть ее номер или номер ее мужа. Я хочу позвонить ей, услышать ее голос, убедиться, что с ней все в порядке.

– Конечно, я займусь этим. Только утром, ладно? Сейчас три часа ночи. Постарайтесь поспать несколько часов, вы оба, и мы все уладим. Как говорится, утро вечера мудренее.

Эбигейл стиснула зубы. Она устала – сколько она спала после свадьбы? – и в ее разум закралась капелька сомнения. Однажды, в детстве, она проснулась и сказала родителям, что у нее на груди сидела большая черная птица и что она улетела в окно, когда Эбигейл ее прогнала. Это было так ярко, что она годами верила, что это действительно произошло. Но то, что только что произошло с ней, было гораздо ярче, гораздо реальнее птицы.

– Не знаю, – наконец произнесла Эбигейл.

– Как только рассветет, я пошлю в лес на поиски этой женщины всех, кого только смогу, – сказал Чип. – Обещаю.

– Отлично, – сказал Брюс.

– Хорошо, – согласилась Эбигейл.

По дороге обратно к их домику Брюс молчал. Луна все еще светила довольно ярко, и они могли ясно видеть и без фонарей. Шагая, Эбигейл думала о том, как холодна земля под ее босыми ногами и как она чувствовала то самое же раньше, когда гналась за Джилл.

– Чип со всем разберется, – пообещал Брюс, придерживая для нее дверь. Эбигейл молча вошла в домик.

Глава 18

Как только в окнах забрезжил рассвет, Эбигейл, хотя почти не спала, собралась встать с кровати. Увы, она всего на несколько мгновений закрыла глаза, и следующее, что осознала, – это то, как она вытаскивает себя из запутанного сна, и Брюса рядом с ней нет. Было почти десять часов утра.

Вспомнив события прошлой ночи, Эбигейл быстро оделась, плеснула в лицо водой, прополоскала рот и вышла из домика. Был прекрасный осенний день, воздух свеж, на ультрамариново-синем небе ни облачка. По пути в главный корпус она взглянула на пруд: его водную гладь пересекала одинокая парусная лодка. В Эбигейл вспыхнул гнев. Почему кто-то решил кататься под парусом, когда Джилл или какая-то другая женщина все еще наверняка где-то в лесу, испуганная, истекающая кровью?

Еще не войдя в двери главного корпуса, она почувствовала запах жареного бекона и свежеиспеченного хлеба. У барной стойки Брюс и Чип Рэмси разговаривали с третьим мужчиной, которого она раньше не видела: высоким, сутулым, с седыми, редеющими со лба волосами. Она направилась к ним. Заметив ее, Брюс мгновенно отделился от собеседников и зашагал ко входу, чтобы перехватить ее.

– Я решил дать тебе возможность отоспаться, – сказал он.

– Что происходит? – спросила Эбигейл.

– Хорошая новость: с Джилл всё в порядке.

– Ее нашли?

– Нет. Ей позвонили. Сегодня утром. Позвонил Чип. Он разговаривал и с ней, и с Алеком. Они уже вернулись в Калифорнию.

Эбигейл почувствовала, как, несмотря на хорошие новости, по ее спине пробежал холодок.

– Когда? – спросила она, моментально улавливая в своем голосе злость.

– Это хорошие новости, Эбигейл, – сказал Брюс. – Знаю, ты уверена, что видела ее, но это не так. Просто я думаю… Я думаю, что тебе приснился очень яркий сон, который показался тебе на сто процентов реальным, но это был всего лишь сон.

– Нет, – сказала она. – Если это была не Джилл, то это был кто-то, в точности на нее похожий. И это был не сон. Я знаю, что такое сны, и это был не сон. Это была явь. С кем разговаривает Чип?

Брюс взял Эбигейл за руку.

– Пойдем со мной, – сказал он. – Поговори с ним. Это местный детектив.

– Он из полиции?

– Нет, частный детектив, – ответил Брюс.

Мужчина, должно быть, услышал его, потому что повернулся к ним обоим и быстро протянул Эбигейл руку.

– Я Боб Каплан, – сказал он. – Чип сказал мне, что у вас выдалась интересная ночь. – Он улыбнулся ей, обнажив очень ровные, но очень желтые зубы.

– Не знаю, можно ли назвать ее интересной, – сказала Эбигейл. – Скорее ужасной.

– Я знаю, что вы рассказали обо всем этом Чипу и Брюсу, но мне бы хотелось лично услышать, что вы видели.

Эбигейл повернулась к Чипу.

– Ты говорил с Джилл? – спросила она.

– Да, говорил. Около двадцати минут назад. И с Алеком тоже.

– Я тоже хочу поговорить с ней.

В глазах Чипа что-то мелькнуло. Его глаза сразу показались ей странными: как будто плоские и слишком широко расставленные.

– Я только что это сделал, – сказал он. – Они недавно прилетели в Калифорнию. Очень устали и хотят спать.

– Дело не в том, что я…

– Я