Лабиринт грешников - Анна Блэр

– Ты не спал, – устало заметила Рейчел.

– А кто спал этой ночью, а? – Джеймс качнул головой, открывая тумбочку. – Как только найду этого урода – побью т…

– Эй, чувак, – предостерегающе прервал его Шон. – Ладно, Рейч, у меня есть идея. Давай встретимся через пару часов на стадионе. Мне нужно переговорить с парой человек. Скажи этим агентам, что решила наконец привести свою творожную массу в форму и побегать. Это разрешено. Проводят тебя под конвоем, но ничего страшного, потерпишь.

– Хорошо.

– И… Мне надо забрать твой телефон. Кажется, я знаю, кто может мне помочь разобраться с этим.

Рейчел нахмурилась и после пары секунд раздумий положила телефон на протянутую ладонь Шона.

– Умница, – насмешливо фыркнул он, на что девушка лишь повела бровью.

Беннет изо всех сил старался сохранить свой образ прежде всего для себя самого. И она не могла его в этом винить. Он ведь собирал крупицы своей привычной жизни и пытался вновь сложить их в несуразный пазл раз за разом. Это непросто. Кусочки путаются друг с другом, кажется, что Шон – лоскутное одеяло. Он сшил себя из тысячи масок и шутовских костюмов. Посмешище. Вот кем он себя считал в глубине души.

– Через два часа на стадионе.

Рейчел прищурилась и чуть склонила голову набок.

– Ничего не хочешь мне сказать? – Шон приподнял брови.

– Что?

– Не знаю даже… «Спасибо, что помогаешь» или «Твоя помощь неоценимо важна для меня»… Можно еще…

– Джеймс, я оставлю его на тебя, – бросила девушка, выходя из комнаты.

* * *

Бессонная ночь – худшее, что может случиться с мозгом. Агент Джонсон изо всех сил старалась вникнуть в написанный отчет, но получалось не особо хорошо. Даже сносный кофе, с трудом добытый в кафетерии, не помогал. Студенты в коридорах косились на охранников и следователей. Некоторые приходили с бесполезными доносами, другие жаловались на ущемление прав. Каждый переживал ситуацию по-своему, их никто не мог винить. Студенты закупались бутилированной водой, не ели в кафетерии. Они не доверяли друг другу. Смотря на них, Медлин думала, что пить что-либо из местных аппаратов может быть чревато, но решила не усугублять панику, да и альтернатив особо не было.

Несмотря на все опасения, декан призывала не паниковать и не распространять ложные сведения. Вместо этого она предлагала заняться учебой, ведь скоро должна настать пора экзаменов и защиты проектов. Вот только на учебных советах активно обсуждали идею переноса или отмены сессии. Предлагали после расследования дать неделю или две свободного посещения. И преподаватели старались отнюдь не из-за бедных студентов – они сами были в ужасе.

– У нас нет законных оснований удерживать его более семидесяти двух часов, – протянула женщина. – Он молчит. Использует пятую поправку.

– Ожидаемо. Я собираюсь навестить его сегодня. Только приведу в порядок отчеты.

– Да… Оставишь меня на растерзание?

– Все так плохо?

– За сегодняшнее утро ко мне пришло больше семи студентов. И каждый был уверен, что знает, кто убийца.

– Надо придумать, как расколоть Маккензи, – задумчиво протянул агент.

– А может… Мы ошиблись? – Женщина нахмурилась.

– С чего вы это взяли?

Она не могла ответить. Что-то не вязалось. Медлин не могла использовать свою интуицию как весомый аргумент, но ее чутье не давало ей покоя. Женщина устало вздохнула.

– Первая жертва. Она отличается от остальных. Она будто проба пера… В этом было что-то личное. Она была единственной из всех, получившей физические повреждения.

– Что вы хотите сказать? Это лишь подтверждает версию с Маккензи. Он не мог нанести физический ущерб остальным, потому что убийства были показательными, происходили на виду у всех. У одной и той же группы людей.

– Вот… – Медлин резко встала и подошла к доске. – Убийства были показательными.

– Да…

– С самого начала убийца играл на публику… Это была словно постановка… Пьеса…

– И о чем ты думаешь? Я, признаться, слегка в замешательстве.

– Если взять в расчет мою версию… – Женщина смела верхние фотографии с доски. На пол полетели заметки, фотографии. – Надо начинать заново. Если важна не сама жертва, а… Способ?

– Они все были отравлены.

– Но как? Мы не знаем, как яд попал в организм Рут Барбер, но мы уверены насчет Ривз и Томпсона.

– И?

– Ривз была склонна к полноте. И многие знали о ее любви к сладкому. Саймон… Что ж, его родители очень постарались обелить его репутацию, но что-то мне подсказывает, что такие вечеринки не были редкостью в его жизни.

Агент чуть прищурился, наблюдая за напарницей. Ее глаза горели от энтузиазма.

– Это все равно возвращает нас к тому, что важны характеристики убитых. Их отличительные признаки, черты характера, что угодно. Способ выбран рационально, но в то же время существует достаточное количество ядов отложенного действия. Банальный таллий.

– Значит, вы согласны с тем, что необходимо рассматривать совокупность метода и жертвы? Таллий – слишком долго. Пройдут недели, пока человек поймет, что с организмом что-то не так. А врачи потратят еще месяцы на установление причины. Да, таллий достать проблематично, но и цианид в магазинах не продается. Субъект хотел, чтобы смерти были быстрые, публичные.

– В этом есть своя логика. – Агент медленно кивнул.

– И… Если позволите… Все их смерти очень напоминают кару за смертные грехи…

– Хотите сказать, мы ищем религиозного фанатика?

Она потупилась.

– Необязательно. Просто мы ищем организованного несоциального «оборотня». Он определенно втерся в доверие к студентам и учителям… Имеет высокий интеллект…

– Это всё мы слышали. Вы хотите внести коррективы в психологический портрет?

– Да. Что, если мы возьмем другой мотив как параллельный? Я проработаю эту версию. До этого я думала, что субъект – типичный «охотник»: через преступления он утверждает свое превосходство, компенсирует ощущение неполноценности… Но что, если это «миссионер»?

– Чистильщик? Нехарактерно… Обычно такие типы имеют склонность к устранению определенной социальной группы. – Агент заинтересованно склонил голову набок и задумчиво хмыкнул.

– Да, но тут целью может быть выполнение плана. Возможно, даже компульсия[17].

– Наш субъект болен обсессивно-компульсивным расстройством?

– Это предположение.

– Конечно. Не совсем удачное. Будь добра вернуть все фотографии на место. Я предпочту придерживаться своей версии. Ордер на обыск комнаты Ричарда почти готов. Если я уеду в участок для допроса, провести осмотр придется тебе и оперативной группе. Среди понятых не должно быть тех, чьи имена на доске. И… Медлин, – неуверенно произнес агент. – Прорабатывай параллельную версию, но убедись, что она не мешает тебе исполнять твои основные обязанности.

– Да, естественно. – Джонсон просияла.

* * *

В небе беспокойно метались птицы, издавая протяжные крики. Рейчел каждый раз вздрагивала. Вход на стадион охранял мужчина в форме Федерального Бюро.