Подарок смерти - Наталия Николаевна Антонова

ты видела руки у медуз?! И какой можно заметить на нём пот, если он живёт в банке с водой!»

«Просто ты невнимательна к другим и ничего не замечаешь», – снисходительно отвечала Маруся и напоминала, что Синь Ван Ли живёт не в воде, а в чайном растворе с сахаром.

«Не понимаю, как можно трескать столько сладкого», – пренебрежительно махала хвостом Фрейя.

«Он его не трескает, а использует для приготовления напитка», – не желала уступать в этом вопросе Маруся. Так они и препирались примерно пару раз в месяц на уровне, недоступном человеческому слуху.

Мудрый Синь Ван Ли на споры кошек никак не реагировал, он просто работал.

Леокадия решила остаться на обед у подруги. Но, увы! Кормить её пришлось наспех приготовленными бутербродами.

Подруга изволила гневаться, и Андриана оправдывалась от нападок подруги занятостью.

– Да у тебя в холодильнике мышь повесилась, – сердито выговаривала Леокадия.

– Никто там не вешался, – вяло отбивалась сыщица.

– Ты хочешь заработать язву желудка? – наступала Леокадия.

– Нет, – испугалась Андриана и пообещала сегодня же сварить суп с курицей.

– А курица-то у тебя есть?

– Есть, – кивала Андриана. И она точно была. Лежала в камере уже недели три, с тех самых пор как её купил Артур.

При мысли об Артуре ей сразу же стало грустно. «Неужели он до сих пор ещё не завершил свою работу, – думала она, – а вдруг он просто бросил меня, как когда-то это сделал его дед?». Однако она понимала, что винить Артура-старшего в том, что он её бросил, она не имела права. Ведь он сделал ей предложение перед тем, как отбыть по месту службы. А она испугалась лететь вместе с милым, как ей тогда казалось, на край света и спряталась под мамино крылышко. Артур не стал её упрашивать, улетел и вскоре женился на другой, которая и стала бабушкой Артура-младшего. Андриане было обидно, что тут и говорить. Но в то же время и своей вины она не снимала. Вот подруга её Мила, не раздумывая ни минуты, последовала вслед за мужем. Кто же знал, что Иван её не вернётся из полёта и она останется с крохотной дочкой на руках. Андриана с ужасом подумала, что было бы, если бы она оказалась на месте Милы. «Нет, об этом лучше и не думать, – тут же запретила она себе, – пусть всё будет так, как есть. В конце концов, она сейчас живёт вполне обеспеченно и комфортно и даже может помогать другим. А Артур-младший никуда не денется, доделает свои дела и приедет. Надо же ему кого-то опекать и воспитывать». Ей стало смешно, когда она вспомнила, как этот парень, годящийся ей во внуки, наставляет её на путь истинный и вообще учит, как надо правильно жить.

– Ты чего улыбаешься? – спросила Лео.

Андриана не догадалась, что на лице её появилась улыбка, и ответила испуганно:

– Ничего, просто так.

– Вот что я скажу тебе, подруга, – констатировала Леокадия, – ты сегодня какая-то странная, и пойду-ка я лучше домой. А ты выпей валерьянки и ложись.

– Куда ложиться? – удивилась Андриана. – Ещё же рано.

– Ну и что, что рано. Тебе нужно успокоить расстроенные нервы, а сон лучшее лекарство.

– Мои нервы в полном порядке, – заверила подругу Андриана. Нервы у неё и впрямь всегда были крепкими как канаты. Даже не верится, что она тридцать пять лет проработала в школе. А может быть, наоборот, нервы как раз и закалились во время её неспокойной учительской работы.

Как бы там ни было, но сейчас Андриана была не против ухода подруги. Ей хотелось остаться одной и хорошенько обдумать дальнейшее расследование дела Крупенникова.

Леокадия, догадавшись, что подруга не намерена её удерживать, загрузила в сумку пластиковые бутылки с чайным напитком, попрощалась с Андрианой, погладила кошек и была такова.

«Я поросёнок!» – подумала Андриана, закрыв дверь за подругой, и почему-то улыбнулась.

Глава 17

На следующий день она с утра пораньше отправилась в больницу, в которой лежала Агния Артемьевна Евстратова.

К большому разочарованию сыщицы, лечащий врач Евстратовой на её лицензию частного детектива посмотрел насмешливым взглядом и покачал головой. Увидев огорчение на лице Андрианы, он сказал:

– Уважаемая, я не то что частных детективов, полицию не допускаю к больной. Агния Артемьевна ещё слишком слаба. Вот был недавно следователь, как его… – доктор пощёлкал пальцами в воздухе.

– Николай Егорович Кочубеев, – сердито подсказала Андриана.

– Точно! Он самый! – обрадовался её подсказке врач. – Так его я тоже не пустил.

– А что он? – спросила Андриана, не скрывая своего интереса.

– Что он, – усмехнулся доктор, – вообразил себя страшным серым волком и чуть ли не зубами на меня защёлкал. Но я его всё-таки выпроводил.

– Но он обещал вернуться, – обронила Андриана.

– Обещал, – согласно кивнул врач. – Но поговорить с Евстратовой он сможет только тогда, когда я её поставлю на ноги.

– Не советую вам с этим торопиться, – заявила Андриана.

Её фраза настолько ошарашила доктора, что он открыл рот, но несколько секунд ничего не мог произнести. Взяв себя в руки, наконец спросил:

– Что вы имеете в виду?

– Только то, что поставленную вами на ноги Агнию Артемьевну Кочубеев может вернуть в исходное состояние.

– Я что-то вас не понимаю, – пробормотал врач.

Андриана заметила, что доктор начал сердиться, и объяснила:

– Следователь подозревает в убийстве Анатолия Ивановича Крупенникова его невесту! То есть Агнию Артемьевну Евстратову.

– Что вы такое несёте?! – возмутился доктор.

– Я ничего не несу, – обиделась Андриана Карлсоновна, – а передаю вам слова полковника Кочубеева, которые слышала от него лично вот этими ушами. – Сыщица выразительно потыкала пальцем в направлении сначала одного своего уха, потом другого. И добавила: – Кочубеев не просил меня хранить эту информацию в тайне, поэтому я передала её вам.

– Но это же чудовищное обвинение! – с негодованием воскликнул доктор.

– Согласна, но это ничего не меняет, – тяжело вздохнула Андриана. – Только одно уточнение.

– Какое ещё уточнение? – Голос врача звучал раздражённо.

– Это пока не обвинение, а подозрение.

– Кому от этого легче?

Сыщица пожала плечами и спросила:

– А вы, доктор, не предполагаете ничего подобного?

– Вы имеете в виду, не считаю ли я свою пациентку убийцей? – уточнил врач.

Андриана кивнула.

– Нет! – воскликнул он. – И ещё раз нет!

– В таком случае можете считать, что я на вашей стороне, – сказала Андриана Карлсоновна.

– Да? – недоверчиво уточнил доктор.

Сыщица ничего не ответила. И тогда врач поинтересовался:

– И почему же это, разрешите вас спросить?

– Мне трудно сейчас объяснить вам это. Но, рассматривая случившееся с точки зрения психолога-практика, я вижу, что это невозможно. Такой поступок нехарактерен для Евстратовой.

– А