Убийство троих - Рекс Тодхантер Стаут

понравилось выражение его лица. Он буквально осклабился при виде меня и, вместо того чтобы сломя голову кинуться в кабинет, направился туда неспешным шагом. Вольготно расположившись в красном кожаном кресле, он положил ногу на ногу и сказал Вулфу:

– У меня не так много времени. Я хочу, чтобы вы рассказали, зачем вчера к вам приходила миссис Хейзен – только самую суть, а затем Гудвин поедет со мной, и мы оформим ваши показания протоколом. Все до последнего слова. С его чудесной памятью это не составит никакого труда.

Вулф разгневанно посмотрел на него:

– Мистер Кремер, перестаньте…

– Не тратьте лишних слов. Ей официально предъявлено обвинение в убийстве. Мы нашли оружие. Вечером в понедельник Хейзен забрал свою машину из гаража. Ее нашли припаркованной на Двадцать первой улице. В бардачке обнаружили револьвер. Именно из него и была выпущена пуля, убившая Хейзена. Револьвер уже проверили. Хейзен купил его шесть лет назад. У него было на револьвер разрешение. Он хранил его у себя в спальне. Служанка видела оружие вчера утром, когда поднялась в спальню Хейзена, чтобы узнать, почему он не вышел к завтраку. Не спрашивайте меня, зачем миссис Хейзен снова взяла его, вернулась на Двадцать первую улицу, туда, где оставила машину, и положила его в бардачок. Я этого не знаю, однако, быть может, это знаете вы. Вот поэтому давайте теперь послушаем вас.

Глава 7

Я крепко зажмурил глаза, чтобы они от изумления не вылезли из орбит. Мне очень не хотелось, чтобы Кремер увидел меня потрясенным. Нет, такое удовольствие я инспектору не доставлю! Впрочем, нельзя забывать о своем долге – я обязан помогать Вулфу всякий раз, когда ему это требуется, а сейчас ему позарез было нужно несколько секунд, чтобы собраться с мыслями. Именно поэтому я открыл глаза и с деланым любопытством поинтересовался:

– А что за револьвер вы там нашли?

Кремер пропустил мой вопрос мимо ушей. Он наслаждался произведенным на Вулфа эффектом и потому не желал отвлекаться на меня. Вулф в очередной раз засвидетельствовал мне свое уважение. Несмотря на то что именно я высказал предположение о невиновности миссис Хейзен, он даже не посмотрел в мою сторону. Он опустил голову, почесал кончик носа, секунд десять разглядывал инспектора и наконец повернулся ко мне:

– Арчи, нам не помешает, если все сказанное мистером Кремером останется на бумаге. Садись за пишущую машинку. Зафиксируй все. Слово в слово. Двойной интервал, одна копирка.

– Не возражаю, – кивнул Кремер, глядя, как я принялся выполнять распоряжение Вулфа. – Понятное дело, вам нужно поморочить мне голову и выиграть время, чтобы сообразить, как выбраться сухими из воды и при этом не захлебнуться.

Вулф не удостоил его ответом. Я заправил бумагу и забарабанил по клавишам. В силу своей работы на протяжении немалых лет мне приходилось подолгу держать в памяти разные пространные разговоры, поэтому воспроизвести слова инспектора не составило для меня никакого труда. Закончив работу, я выдернул бумагу из машинки.

– Подпиши оригинал, – распорядился Вулф.

Сделав, как он велел, я протянул листок ему. Он внимательно, неторопливо его прочел, взял ручку, поставил свою подпись и, вернув бумагу мне, повернулся к инспектору:

– Вы напрасно обвиняете меня в том, что я тяну время. Если сказанное вами правда, вы имеете все основания требовать от меня нужные вам сведения. Если вы мне лжете, значит вы обманом пытаетесь выманить у меня конфиденциальную информацию о моем клиенте, и потому я хотел бы в письменной форме…

– Так она ваш клиент?

– В данный момент – да. Однако вчера, когда вы были здесь, она еще не являлась им. Она наняла меня позже, при посредничестве мистера Паркера. Итак, ваши слова зафиксированы в письменной форме. Считаю это разумной предосторожностью. В котором часу в понедельник вечером мистер Хейзен забрал машину из гаража?

– Вскоре после одиннадцати.

– То есть это случилось уже после того, как приглашенные на обед гости разошлись?

– Да, они разошлись без четверти одиннадцать.

– Кто-нибудь был в гараже, кроме мистера Хейзена?

– Нет.

– Видели ли его с кем-нибудь в машине или вне ее, после того как гости разошлись без четверти одиннадцать?

– Нет.

– Следствие полагает, что его застрелили в переулке, там, где и нашли тело?

– Нет, его застрелили в машине.

– Вы располагаете дополнительными фактами, каким бы то ни было образом доказывающими вину миссис Хейзен? Я говорю не о догадках, а о фактах. Кто-нибудь видел ее в машине или в непосредственной близости к ней? Может, кто-нибудь видел ее за рулем? Кто-нибудь видел ее в автомобиле ночью, когда он был уже припаркован на Двадцать первой улице? Может, ее кто-нибудь видел там вчера, когда она, по вашему утверждению, вернулась к машине, чтобы положить револьвер в бардачок?

– Нет, никаких фактов подобного рода у меня нет. Но я рассчитывал получить их от вас.

– И не напрасно. Вы их получите. Когда вы узнали, что миссис Хейзен виделась со мной, вы, вполне естественно, сосредоточили свое внимание на ней, однако нисколько не сомневаюсь, что вы его уделили и другим. Вы узнавали, чем занимались гости, после того как разошлись?

– Да.

– И что, у них у всех есть железобетонное алиби?

– Такого алиби – нет.

Вулф смежил веки. Мгновение спустя он открыл глаза.

– В этом все и дело, – произнес он и глубоко вдохнул. – Разумеется, то, на что я сейчас пойду, мне очень не нравится. Вы будете считать, что взяли надо мной верх, хотя, конечно же, это не так. Мне нужны кое-какие сведения, и я могу получить их только от вас. Именно поэтому я иду на уступку. В противном случае вы ничего от меня не узнали бы и я с готовностью принял бы всю ответственность за возможные последствия. Итак, мне нужно знать, откуда взялся револьвер, который вчера оставила у меня миссис Хейзен. Если вы согласитесь…

– Она оставила вам револьвер?

– Да. Я расскажу вам о том, как получил этот револьвер, и отдам вам его, если вы как можно скорее проверите его по вашим картотекам, выясните, откуда он взялся, и сообщите мне. Вы обещаете, что это сделаете?

– Я не могу дать вам подобного обещания. Миссис Хейзен обвиняется в убийстве. Если она оставила револьвер у вас, значит он является уликой в деле.

– Ошибаетесь, – покачал головой Вулф. – Это улика в моем расследовании, в моем, а не в вашем. Оружие, которое пустил в ход убийца, уже и так у вас. Вам просто нужно выяснить, откуда взялся этот револьвер. Это нисколько не повредит вашему делу. Вы согласны?

Кремер задумался, наконец