Жатва - Лора Кейли

нет, мы свернули не на тот поворот! – Девчонка дёрнула ручку двери.

– Тебя не учили, что выходить из машины на ходу опасно?

Эбигейл вдавила педаль в пол, девочка била ладонями по стеклу. Она пыталась её одёрнуть, но девчонка не унималась никак. Лишь бы не нарваться на полицейских.

– Не безопасно, не безопасно! – кричала девчонка.

Ещё немного и они выедут к лесу, ещё чуть-чуть и…

Вдруг машина резко затормозила. Эбигейл отбросило назад, девчушка спокойно сидела. Голос робота из динамика с надписью SOS заговорил:

Оставайтесь на месте. Получен сигнал тревоги.

– Никакого сигнала нет! – ответила в тот же динамик Эбигейл. – Вот ведь чёрт! – посмотрела она на девчонку. Эта малявка как-то послала сигнал!

Оставайтесь на месте, – повторил тот же динамик.

Девочка сидела беззвучно.

Двери машины не открывались.

– Кто ты? – посмотрела на неё Эбигейл. – Ты же робот, так? Чёртов бездушный андроид!

– Не безопасно, – повторил ребёнок. – Послан сигнал SOS.

– Я уже в курсе! – крикнула на неё Эбигейл и, собрав в кулак всю свою злость, схватила девчонку за шею.

Та толкнула её в живот с какой-то нечеловеческой силой. Эбигейл стукнулась о боковое стекло, потом схватила девчонку за волосы и резко ударила головой о бардачок, потом ещё раз и ещё. У неё было какое-то странное чувство, тошнотворное и больное – ей казалось, она убивает саму себя, ей так казалось, пока она не почуяла запах какой-то горелой проводки… Из детской шеи торчали, искрясь, провода.

Пустой взгляд застыл не моргая.

Эбигейл смотрела на мёртвую себя и не могла поверить глазам. Девочка с вывернутой шеей, с микросхемой, видневшейся через стёртую кожу лба, лежала, раскинув окаменевшие руки на пассажирском сиденье.

Вдали – звук полицейских сирен. Эбигейл спустила рукав и, намотав его на кулак, замахнулась. Стекло разбилось не сразу, только с третьей попытки.

Ей хотелось забрать девчонку с собой, но всё пошло не по плану. Звук сирен вдалеке, тело андроида на пассажирском сиденье и Эбигейл в этом кошмаре, одна.

Впереди лишь дорога и лес.

Она убегала от воя сирен, оставив в машине единственное доказательство правды – свой искусственный детский труп.

* * *

Уже пару часов, как они прочёсывали лес и не могли её отыскать. Эбигейл зарылась в старых ветвях бурелома – обросший мхом и травой, он походил на самодельный шалаш. Недалеко от неё под кем-то ломались ветки, слышались голоса, несколько голосов, прорывавшихся через помехи радиосвязи. Они говорили по рации, значит, радиус поиска был большой. Единственное, чего она так хотела, так это выбраться из этого города и показать всем хотя бы фото, которые она успела сделать на телефон. Как жаль, что сфотографировать эту девчонку она уже не успела. Эбигейл разжала ладонь – провод с надписью на оболочке «NEO» прилип к вспотевшей ладони, она выдернула его из шеи девчонки перед тем как вылезти через окно.

Этих андроидов делали в их научном центре. Она поняла это сразу, как только увидела её, и теперь доказательство было у неё в руках. Они контролировали весь этот город, создали андроидов, точных копий их подросших детей, вот только зачем… И почему мама осталась здесь? Может, она тоже андроид? Эбигейл так и не удалось понять, была ли она настоящей. Ей бы залечь здесь до темноты, а потом… Эбигейл не знала, что будет потом, она смутно себе представляла, где она и как далеко от этого леса то кукурузное поле, через которое она пришла. Как же холодно на земле. Никого не было рядом. Она огляделась по сторонам и только привстала, как белый свет фонаря ослепил ей глаза.

– Там что-то шевелится в ветках, – сказал мужской голос, – пойду посмотрю.

Шаги подступали ближе, ветки ломались под ними, чужое дыхание утяжелялось с каждой секундой, приближаясь к ней. Эбигейл вырвалась из укрытия, оцарапав колючими ветками шею и всё лицо, и ринулась наутек.

– Стой, буду стрелять!

Громкие выстрелы подняли с деревьев стаю встревоженных птиц, вороны взметнулись в небо, заслоняя своей круговертью последний просвет меж верхушек ветвей.

– Стой! – крикнули снова.

Ещё один выстрел.

Она споткнулась о корни и, упав со всего размаху на торчащий из-под земли камень, покатилась куда-то вниз.

* * *

Эбигейл открыла глаза.

Она лежала в каком-то овраге. Голова разрывалась от боли. Что-то прилипло к лицу. Это застывшая кровь.

Как же болело всё тело, как же кружился весь лес.

– Где она? – послышался издали голос, словно эхом доносясь до неё.

– Откуда я знаю, была где-то здесь.

– Уже час как ищем. Как ты мог её упустить?

– Да она как под землю провалилась. Чёрт возьми, – раздался электронный сигнал.

– Что там опять?

– Срочный вызов.

– Может, она вообще убежала…

Лес поплыл, будто пьяный, голоса уходили всё дальше, растворяясь в вечернем шуме разволнованных ветром ветвей. Эбигейл пыталась держаться, но у неё не получалось. То и дело закрывались глаза, упорно клоня её в сон.

Интерлюдия

– Ваша секретарша была первой испытуемой? – взглянул сержант на профессора, записывая что-то в блокнот.

– Да, – кивнул Хольцман, – мы достали из неё два эмбриона.

Сержант поморщился.

– Она была под наркозом, – ответил профессор.

– Это меняет дело, – вздохнул сержант. – А почему только два?

– После третьей процедуры она умерла, и эмбрион тоже умер.

Сержант поднял на Хольцмана полные осуждения глаза.

– Любой опыт полон ошибок, сержант. Разве вы ненароком не убивали никого?

Полицейский смолчал.

– Но зато у нас было уже два растущих эмбриона, а перед медиками встала задача не допускать больше смертей.

– Значит, вы пригласили лучших учёных со всего мира?

– Да, это был научный симпозиум: выставки, лекции, дискуссии – всё, чем можно было привлечь умы.

– И когда же вы им сообщили свой настоящий план?

– На одном из вечеров в одном из банкетных залов я вышел на сцену…

Город Будущего.

Палас Отель.

Большой банкетный зал.

– Рад вас приветствовать, господа! – Хольцман стоял на сцене с микрофоном в руках.

Голоса за столиками стихли.

Профессор смотрел на присутствующих, собираясь объявить о том, к чему так долго шёл.

– Я думаю, каждый из вас уже познакомился с нашим прекрасным городом, с инновационными разработками и огромными планами наших учёных. Кому-то могло показаться, что наш Город Будущего ничем не отличается от других подобных городов. В наше время почти в каждой развитой стране есть научные городки, и, я думаю, многие из вас были и в них. Вопрос лишь в том, что не каждый из этих городов останется на планете, так же, как и не каждая страна или материк, – профессор взял паузу. По залу пронёсся встревоженный шёпот.

– Да, к сожалению, данные, которые мы получаем из районов наибольшей вулканической активности, не утешают. Среди нас много геологов и вулканологов высших учёных степеней. Мы собираем очередную, но уже более масштабную экспедицию на Тихоокеанский вулканический пояс. Нам предстоит как можно скорее определить дату приближающейся катастрофы.

Шёпот усилился, Хольцман повысил тон.

– К сожалению, мы можем столкнуться с непоправимым, и нам надо успеть. Успеть спасти хоть что-то.

Профессор повернулся к собравшимся и указал на чёрный экран у себя за спиной.

– Всё это время, с тех самых пор, как мы узнали о надвигающейся катастрофе, меня терзала одна только мысль – как не допустить вымирания человеческой популяции. Что я могу сделать, чтобы это предотвратить?

Экран за ним просветлел.

– Хочу представить вам свою уникальную разработку, а точнее, изобретение наших лучших учёных – инновационный инкубатор по выращиванию эмбриона из оплодотворённой яйцеклетки. Могу вас заверить, что такие эксперименты мы уже успешно проводим, и на данный момент у нас имеется два жизнеспособных эмбриона, чьё развитие контролируется искусственно.

По залу разлились сначала несмелые, а потом громкие аплодисменты.

– Мы должны быть готовы ко всему, – продолжал Хольцман, – даже к самому плохому сценарию, и потому, если человечеству придёт конец, мы сможем вырастить новое, но и для этого нам нужны люди. Нам нужно спасти как можно больше людей!

Аплодисменты не утихали.

– Здесь среди нас присутствуют физики, химики, биологи, светила современной медицины, а также лучшие инженеры