Тайна за семью печалями - Галина Владимировна Романова

лучше! Ты стала следить за собой. И за домом. И да, перестала следить за моими перемещениями по городу.

– Для этого у отца есть специально обученная команда, дорогой, – сразила она его новостью. – Так что не расслабляйся. Второго шанса у тебя не будет, Денис.

– Я понял.

Стиснув зубы, чтобы не нагрубить, он поставил чашку рядом с пузатым стеклянным чайником, в котором плавала распарившаяся трава. Как в аквариуме водоросли. Посмотрел на жену и опять, как и десять минут назад, нашел ее обновленной и привлекательной.

– Ты великолепно выглядишь, Люся, – не стал он скрывать своего удивления. – И мне это нравится.

– Мне тоже. Особенно то, как ты смотришь на меня. – Она наклонилась в его сторону, дотронулась до его руки. – И я поняла, что у нас есть шанс начать все с нуля. А для этого ты должен очистить свое имя. Найти убийцу. Чтобы никто не шептался по углам, что тесть тебя отмазал, а то бы ты сел. Версия, что шлюха была твоим осведомителем, так себе. Ее приняли на веру, конечно. Но все понимают, что… Ладно, проехали. Лучше расскажи, как и в каком направлении ты движешься, милый?

– Тебе в самом деле это интересно?

Он повертел свою чашку на столе и снова взял ее в руки, успев плеснуть в нее диковинного напитка.

– Может, мне и неинтересно, но тебе больше не с кем это обсуждать. Костя Сидоров затаил обиду. И звонит из командировки вашим коллегам. И задает осторожные вопросы о том, как продолжается расследование по факту гибели этой девки. Он не успокоится, Денис. Он будет за тобой наблюдать. И за тем, как ты ведешь дело. У тебя нет права на ошибку, понимаешь?

И опять он был удивлен переменами в ней. Из милой наивной толстушки его Люся как-то так незаметно превратилась в симпатичную женщину с трезвым рассудком и перспективным мышлением. Такого он прежде за ней не замечал. Даже на заре их отношений, когда они еще были пылко влюблены друг в друга.

– Ты что-то делаешь? – поинтересовалась она, по его примеру загораживаясь от него чашкой.

– Да.

И он подробно рассказал ей о визите к матери погибшей любовницы Ильи Новикова.

– А зачем ты пошел к ней?

– Мне надо было узнать, что он за тип? Почему с его телефона был совершен звонок погибшей Хмуровой. – Он нарочно не назвал Настю по имени, зная, как дернется лицо у жены. Было – проходили. – Кто звонил, о чем говорил? Он отрицает свое с ней тесное знакомство. Слышал о существовании такой сестры у жены, но тесно не общался. О звонке типа ничего не знает. Но номер погибшей в адресной книге его телефона носит имя Настя. Как так?

– Врет?

– Еще как! И он врет, и его жена. Такой, знаешь, ангел небесный!

Он столько презрения вложил в последние слова, что Люся осталась спокойна.

– Красивая врунья. И неряха, каких поискать. Ты бы видела, что в их доме! Тряпки, тряпки всюду раскиданы. Пыталась меня убедить, что перетряхивала гардероб, чтобы что-то сдать в комиссионку. А что-то на благотворительность. Но ведь врет!

– Почему ты так решил? – с довольной улыбкой поинтересовалась Люся.

– Там некоторые вещи уже слоем пыли покрылись, малыш. Я в шоке был просто. Потом при каждом моем неприятном вопросе принималась дышать, как рыба!

– Вот так? – Люся в точности изобразила манеру дыхания Лилианы. – Эту методику рекомендуют психоаналитики при панических атаках. – Уловив его изумление, она мелодично рассмеялась. – Я много читаю, милый. Всякую медицинскую литературу в том числе. Изучала даже, как распознать вранье. Думаю, догадываешься, зачем мне это было нужно?

– В общем, они с Ильей посещают одного доктора, – не стал он отвечать на ее последний вопрос. – С Ильей все понятно, откуда у него паника: после аварии и гибели его любовницы. Но откуда приступы паники у его жены?

На его вопросительный взгляд Люся кивнула и проговорила:

– Она могла быть раздавлена этой аварией. Но тогда она должна была знать Илью задолго до этого.

– Бинго, малыш! – восхищенно заулыбался Денис. – Я подумал о том же. А она отрицает. И рассказала мне какую-то невероятную историю их знакомства… Ерунда полная. И еще… Она сообщила мне, что в момент гибели Насти Хмуровой, – от него не укрылось, как дернулось что-то в лице его жены, – у Ильи был обморок. Типа, это обычное дело. Она позвонила доктору, тот ее успокоил, сказал, что это реакция на лекарственные препараты и все такое. Что все это скоро пройдет.

– «Скорую» не вызвала? – уточнила Люся.

– Илья запрещает ей. Боится огласки. И проблем в связи с этим в бизнесе. Так она утверждает.

– Тогда кто звонил с его телефона и говорил двадцать минут со шлюхой? – приподняла брови Люся.

– Ты меня не перестаешь удивлять, малыш!

Он вскочил с места, потащил жену из кресла и тесно прижал к себе. Люся, поколебавшись, закинула руки ему на шею.

– Она сказала мне, что как только Илья упал в обморок и она переговорила с доктором, то сразу полезла в его телефон и начала искать компромат. Нашла контакт с именем Настя. Уверяет, что раньше его не было. Позвонила по этому номеру и поскандалила с незнакомкой. Ты веришь, Люся?

Ее лицо странно сморщилось. Какая-то незнакомая виноватая улыбка скользнула по губам и исчезла.

– Ты… Ты тоже так делала?

– Нет, я никому не звонила. Но… в твой телефон лазила. – Она ткнулась лбом в его грудь, прошептала: – Прости. Ты сам виноват.

Ему понадобилось менее минуты, чтобы прийти в себя и оправдать жену.

– Ты не звонила. А она – да. И двадцать… Представляешь, Люся, двадцать минут типа скандалила с ней! Разве так можно?

– Двадцать минут с незнакомкой скандалить по телефону? И никто из них не попытался оборвать связь? – Ее голова на его груди качнулась. – Не верю, милый.

– И я не верю ей. Но самое главное впереди, малыш. Когда я показал ей фото погибшей из материалов дела, она узнала в ней свою двоюродную сестру!

– Да ладно!

Люся выбралась из его рук, заходила по веранде. Долго ходила – и да, красиво ходила. Забытой легкой походкой. Ее указательный пальчик все время постукивал по губам. И его взгляд, как приклеенный, следил за этим.

– Ты должен закрыть эту парочку. Что-то с ними не то, Денис, – проговорила Люся, остановившись в метре от него. – Оснований, понимаю, немного. Но хотя бы до выяснения. Все как-то…

И она принялась перечислять их грехи.

– Сначала он отрицает, что знал погибшую, и уверяет, что понятия не имеет, откуда в его телефоне ее номер. Потом его