В кривом зеркале - Галина Анатольевна Богдан

на залетных мужиков. Это служащие, чего ж от хозяйки ожидать?»

Калитка в показушной роскоши ворот оказалась открытой.

— В Багдаде все спокойно, или народ продолжает нарываться на неприятности, — прокомментировал безалаберность землевладельца Константин. — Надо будет намекнуть на непорядок хозяевам. А пока не намекнули, возьмем и воспользуемся.

Он прошел к дому, по ходу отметив все мыслимые и немыслимые красоты участка. Поздоровался с миловидным пареньком у фонтана. Кивнул накрывающей на стол барышне. Справился:

— Льва Львовича могу видеть?

Барышня расцвела тремя дюжинами конопушек:

— Левушка с утра уехал. Ему к восьми в офис. Вы к сыночку старшенькому обратитесь. Ростик…

Паренек у фонтана зашевелился. Отложил в сторону планшет, сунул изящные ноги в сланцы.

«Экий симпатяга, — оценил Константин фактуру Зайчика-среднего, — такому на сцене па-де-де вытанцовывать. А может, и в самом деле артист?»

В памяти профессиональная ориентация сына известного бизнесмена не зафиксировалась. Ничего удивительного — дело только начиналось, ребята в отделе успели перелопатить лишь верхние слои престижненской истории. Приходилось ограничиваться сведениями о владельцах участков и перечнем их домочадцев с родственными связями. Да и какое майору дело до этого смазливого наследника? Не жениться же на нем, в конце концов!

— Чем могу служить? — мягко поинтересовался наследник.

— Майор Робкий, Константин Алексеевич! — представился гость.

— Лейтенант Зайчик, Ростислав Львович!

— О, уже и лейтенант?

— Долго ли умеючи? В универе кафедра имелась. А у папеньки — куча приятелей в генеральской среде. Две недели сборов — фокус-покус — и на-те вам, новоиспеченный лейтенант. Даже форму сшил с отцовской подачи. Прогуливаю иногда, — тонкие капризные губы мальчика-мажора вытянулись в едва заметную линию. — А чего это доблестная милиция к нам зачастила? Или в деле появились новые улики?

— Уточняем по мере необходимости, — майор ругнулся про себя, вспомнив недобрым словом своего не в меру ретивого подчиненного, и смиренно поклонился налогоплательщику: — А что добавите к показаниям отца (Константин успел прикинуть, что Ярослав сверстника успешно проигнорировал) вы? Когда в последний раз видели пропавшего? Имели ли с ним отношения? Смелее, молодой человек, мы пока без протокола — так сказать, рекогносцировка на местности.

Ростислав пренебрежительно смерил майора взглядом:

— Для начала: я полагаю, мы ровесники. Тридцать три — я прав?

— Более-менее…

— Так что попрошу без фамильярностей: Ростислава будет вполне достаточно. Теперь по вашим вопросам. Франек заходил в воскресенье. Прошлое. Больше я его не видел. Как-то не случилось. И об отношениях. Если вы имеете в виду шантаж, то — увы — и здесь не случилось. Что взять шантажисту с бедного магистранта? Не привлекался, не состоял, не имел, не замечен — особо не разбежишься. Да еще на фоне закоренелых преступников, коими кишат окрестности.

— Так уж и кишат? — с трудом сдержался майор.

Да будь они в городе, он бы показал этому сукину сыну почем фунт подобных ужимок!

— А вот с этого места можно и поподробнее. Кого вы имеете в виду?

— Да всех! До одного! — Ростислав откровенно издевался над гостем. — Еще в священном писании, пардон, если ошибаюсь насчет источника, сказано: «От трудов праведных не возведешь палат каменных», а тут…

Он картинным жестом обвел рукой замысловатый архитектурно-парковый ансамбль, как-то по-женски повел круто изогнутой бровкой и подмигнул майору:

— Не за зарплату же такое строят, а, майор?

— Не по адресу вопрос задаете. Я не из ОБЭПа. У меня другая специализация.

— А тут никакой специализации не требуется. Цена «Фортуны» вместе со всеми потрохами — под американский миллион. Построил ее папенька, будучи главным бухгалтером известного завода. За зарплату в триста все тех же американцев. И что вы на это скажете? Про два плюс два, надеюсь, слыхали?

— Вы намерены дать показания против приемного отца? Я могу созвониться с прокуратурой.

— Ни боже мой! — рассмеялся Ростислав. — Я лишь моделирую ход мыслей шантажиста.

— В таком случае, у Льва Львовича имелись веские причины убрать с дороги соседа. Весьма веские, не правда ли?

— А уж с этим разбирайтесь сами! Я могу помочь чем-то еще?

— Пока, спасибо. С прислугой побеседует мой напарник. В ближайшее время. Рад знакомству.

Весь обратный путь майор костерил напортачившего напарника на чем свет стоит:

«Наверняка, этот золотой петушок за день весь поселок облетел, успел напакостить. А мне что прикажете делать?»

Слегка поостыв в тени раскидистых каштанов и акаций, Робкий выбрался на дорогу с более утешительным вердиктом: учитывая расстояние, отделяющее особняки, и способность Пукеля отвлекаться по пустякам, а также попадать во всевозможные дурацкие ситуации, радиус загаженной территории не мог превысить трех километров. И то лишь по одной линии…»

— А у нас их практически три, так что, майор, кончай заниматься демагогией, включай свою профессиональную интуицию и определяйся, куда идти. А заодно и надери задницу сопляку!

Интуиция заработала в северном направлении. Телефон лейтенанта ответил лишь с третьего раза.

— Загрызи тебя комар! А раньше сказать нельзя было? — рявкнул в трубку майор, резко разворачиваясь на границе двух последних участков. — Через десять минут жду на пристани. И попробуй опоздать!

Ярослав уже ждал, нервно покусывая былинку.

— Виноват, товарищ майор! Телефон разрядился. А я пробегал весь день, вымотался совсем…

— А посмотреть не удосужился.

— Так я этого… Думал, что вы, если что, сами позвоните. Не хотел беспокоить, сами же сказали: на больничном. Да и докладывать-то нечего пока…

— Как же нечего, когда ты сразу три моих распоряжения далеко и надолго послал.

— Как это три? — ахнул побледневший Ярослав. — Не может быть!

— Ну… — майор не стал проводить урок арифметики, ограничившись главным, — ты какого лешего в усадьбы полез? Я ж тебя предупреждал: сам займусь. А теперь что? Повестками в контору всех приглашать? После твоих допросов элита меня и на порог не пустит!

— Пусть только попробует… Да и не было ничего. Не было! Я так, по мелочам прошелся…

— Ярослав, ты идиот или прикидываешься? Такие люди без своих адвокатов даже пукнуть боятся, прости за намек. А ты им в лоб вопросы по убойному делу! В общем, считай, делу конец! По крайней мере, с твоим участием. Завтра же попрошу у полковника нового напарника.

— Константин Алексеевич! — тонкий дискант пукелевского вопля разнесся далеко по реке. — Не губите! Я же начинающий! Мог и ошибиться. Но как лучше хотел! Чессс… слово!

— Можешь не стараться, все равно ничего не выйдет. Разве что отсрочка. Все равно в отделе сейчас напряженка. Я Димычу звонил, тот слезно просил сдвинуть сроки нашего возвращения. Парень не в курсах, а там два мордобоя с чинами и огнестрел.

— В ресторане небось…

— А то где ж? Для такого дела особая аура требуется. Чины телегу наваляли. Сразу в область.