Леди в черном - Елена Ивановна Логунова

откуда сразу же послышались характерные звуки спешных приготовлений – шорохи, стуки, звон посуды, а потом и свист закипающего чайника.

– Вообще-то я по делу. – Незваный гость при моем приближении привстал, демонстрируя зачатки хорошего воспитания.

– Вообще-то мы из-за вас максимально урезали косметическую процедуру, а ее нужно завершать в расслабленном состоянии гармонии с этим прекрасным миром. – Я повела руками, демонстрируя мир, с которым нам желательно гармонировать.

Какая-то пернатая бестолочь крайне не вовремя послала с высоты свой птичий привет, ляпнувшийся на край лавки. Я притворилась, будто не заметила этого. Андрей Ильич отодвинулся поглубже под сень ветвей.

– Горячий чай, вкусный десерт – и душевное равновесие будет восстановлено, – пообещала я, присаживаясь на другую лавку, без привета с высоты.

– А что его нарушило, если не секрет? – спросил следователь, мастерски скопировав мои благостные интонации.

Я посмотрела на него с подозрением: это у нас еще светская беседа или уже замаскированный допрос?

– Надеюсь, не мой внезапный визит? – невинно продолжил гость.

Точно, допрос, поняла я. Но хитрый, не лобовой. Ишь как аккуратно заходит – исподволь, окольным путем подкрадывается!

Ладно, эти танцы мы и знаем, и умеем.

– Да бог с вами, с чего бы нам волноваться из-за вашего визита? – Я обмахнулась ладошкой, жалея об отсутствии у меня веера. Он к начавшейся беседе и по стилю подошел бы, и функционально пригодился, позволив прятать лицо.

Искренность и простодушие – не те качества, которые нужно проявлять в подобных ситуациях.

– Вы же в курсе случившегося на фестивале? – Следователь приблизился к теме еще на шаг.

– Ах, это просто ужасно! – Я не стала изображать неведение, напротив, щедро поделилась информацией, не утаив ее источник. – Наш добрый друг, замначальника краевого УВД полковник Лазарчук, сказал, там кого-то убили.

– А кого-то ограбили. – Слегка поморщившись при упоминании полицейского начальства, Андрей Ильич вышел на финишную прямую. – Об этом тоже знаете?

– Вы о пропавшем шлеме Ахиллеса?

Гость покивал, я с прискорбием покачала головой:

– Как жаль, я не успела его рассмотреть. А так хотелось подержать в руках, может, даже примерить!

– Эй! Я же просила без меня не начинать! – возмутилась Ирка, выступив на крыльцо с нагруженным подносом.

Было видно, что в спешке подруга не заморачивалась сервировкой. На подносе помещались три кружки – уже полные и со свисающими из них нитяными хвостиками чайных пакетиков, стопка бумажных салфеток и две тарелки – одна с печеньем, вторая с конфетами.

Я узнала нелюбимый мной грильяж в шоколаде и покривилась.

С чем приходится работать, а? С одним сухим печеньем восстанавливать душевное равновесие – миссия невыполнимая!

Но Ирка, быстро разгрузив поднос, опять метнулась в дом, на бегу бросив через плечо:

– Еще секундочку! – и действительно почти моментально вернулась с банкой варенья.

Она вынула из кармана фартука ложки, торжественно раздала их присутствующим, плюхнулась на скамью со мной рядом и объявила:

– Вот теперь можно и побеседовать. Что я пропустила?

– О, ничего особенного. – Я отмахнулась ложечкой, сунула ее в банку и вытянула малость сморщенную вишню в сиропе.

Попробовала: вкусно!

Гармония с окружающим миром перестала казаться недостижимой.

– Мы тут с Андреем Ильичом дружно сокрушаемся об утрате уникальной культурной ценности. – Я деликатно сплюнула вишневую косточку в салфетку.

– А что случилось? Снова кто-то спилил кинжал с бронзовой статуи казака – символа Кубани или обнес яблоню в саду у хаты первого атамана? – Ирка показала, что в курсе главных местных культурных потерь. – Хотя о чем это я, деревья же только цветут, до плодов далеко еще. – И она со вкусом понюхала яблоневый цвет, непринужденно притянув к себе ближайшую ветку.

– Мы говорили о пропаже шлема Ахиллеса. – Я решила не мучить следователя. Хочется ему об этом ограблении поговорить – ладно. Мне тоже неохота затягивать нашу встречу. – Андрей Ильич предположил, что это должно было нас расстроить.

– Нас? – Ирка искренне удивилась. – С чего бы, это же был не наш шлем. И не нам за него дали по голове. И не нас связали. И не нам залепили рот скотчем…

– Вижу, вам известны детали этого преступления, – гость, не дослушав, перебил. – Значит…

Значит, не такое уж хорошее у него воспитание.

– Не все! – я тоже позволила себе перебить говорящего. – Не все детали нам известны. Что-то мы видели, что-то слышали, а что-то вынуждены додумывать. Скажите, я правильно понимаю, что грабитель напал на Ахиллеса и Брисеиду, выскочив из люка?

– Вот как бы он напал на них, выскочив? – тут же заспорила со мной Ирка. – Люк узкий, в него протискиваться надо, а помост высокий. Пока подтянешься, пока выберешься – это не быстро. Что, Брисеида с Ахиллесом стояли бы и смотрели, дожидаясь, пока грабитель выкарабкается и нападет на них?

– Ну, Брисеида с Ахиллесом были заняты друг другом, могли не заметить третьего лишнего, – предположила я неуверенно.

– Они же понарошку обнимались, – возразила подруга. – В шатер вошли, полог опустили – и любовь напоказ сразу закончилась.

– Но стены тряслись, пол скрипел, мы слышали стоны, – припомнила я. – Хотя… Все эти эффекты могли сопровождать преступные действия нападающего.

– Вот именно! Но он же не выпрыгнул, как чертик из коробочки, в полете разматывая скотч? Я думаю, заранее влез в шатер, пока герои разыгрывали сцены для публики.

– И спрятался, к примеру, за подушками! – подхватила я. – А когда герои вошли и опустили полог, злодей сразу дал Шишову по голове! Тот упал – стена затряслась, доски заскрипели, девица взвизгнула, но ее быстро скрутили, скотчем спутали и рот заклеили, обеспечив звуковое сопровождение в виде эротичного мычания.

– Тогда он еще и Шишова скотчем окрутил для надежности, потом взял шлем, спустился в люк – и был таков! – закончила Ирка, и мы стукнулись в кулачки, радуясь стройной версии.

Народному ликованию помешал следователь, дважды ударивший в ладоши. Он похвалил нас, но как-то неискренне:

– Прекрасный у вас сценарий, очень гладкий.

– У нас не сценарий, только ретроспективная реконструкция. – Я не собиралась примазываться к чужой славе.

– А вот у нас есть информация, что этот план придумали именно вы. – Андрей Ильич уставился на меня уже без всякого намека на приязнь.

– Кто вам такое сказал?! – я сначала возмутилась, а потом сообразила: – Слава, наверное? Вот хитрый жук. Как всегда, нашел стрелочника. Я не писала сценарий этого шоу! Только идею дала – в самых общих чертах. Ахиллес отбивает Брисеиду у захвативших ее воинов, увлекает красотку в шатер – и все, занавес.

– Но шатер на помосте – это ваша идея?

– Шатер – да, а о помосте и речи не было, о нем спросите у Славы или у застройщика площадки, ставившего