Стрела Гильгамеша - Александрова Наталья Николаевна

Но точно известно: ни одна кошка не точит когти о специально купленную когтеточку, будь это хоть дорогущий итальянский агрегат о трех этажах с домиком наверху.

Кот Бейсик обычно точил когти об ножки старого письменного стола в кабинете Сан Саныча, также не обходил благосклонным вниманием и ковер на полу.

Проблема была в том, что кожаную мебель купила в свое время невестка Сан Саныча, Катерина. Сын его уже три года работал за границей, и Надежда с мужем жили в этой квартире, изначально принадлежавшей Сан Санычу.

С неродной невесткой у Надежды были прекрасные отношения (делить-то некого), но, разумеется, порчу дорогущей мебели та ни за что бы не простила. Так что Надежда тщательно следила, чтобы дверь постоянно была закрыта. Услышав же подозрительный шум из гостиной и обнаружив упавший букет и разлитую воду, она очень обрадовалась, что котяра удовольствовался только этим.

И ваза, кстати, не разбилась, так что обошлись, как говорится, малой кровью. Тем более что котяра, испугавшись справедливой кары за прегрешения, спрятался, и можно было в ближайшее время не ожидать от него подлостей.

Надежда вытерла разлитую воду, тут как раз встал муж, так что она приготовила сытный завтрак и проводила Саг Саныча на работу, порываясь самолично завязать ему галстук. Этого муж ей не позволил, поскольку у него узел всегда получался лучше.

Кот за все это время на кухне не появился, муж торопился на работу и не обратил должного внимания на этот факт.

После ухода мужа Надежда выпила кофе с калорийным бутербродом и поглядела на часы. Звонить Марии еще рано, она любит поспать, занятия у нее вечерние, над романом своим может и ночью работать.

Надежда удалилась в ванную, а вернувшись, застала на кухне кота, ожидающего завтрак. Полчаса ушло на воспитательную беседу, в процессе которой Надежда потрясала сложенной газетой и даже сняла с ноги тапок. Сан Саныч утверждал, что наказывать кота можно, только застав его непосредственно на месте преступления. А то потом он не поймет, за что наказывают. Надежда была твердо убеждена, что котяра все понимает, но спорить с мужем не решалась.

Кот наконец добился положенного питания, а Надежда позвонила Марии. Телефон ее был выключен или находился вне зоны действия сети. Понятно, как всегда, забыла зарядить мобильник и сейчас спокойно спит или в упоении пишет свой роман, радуясь, что никто ее не беспокоит.

Надежда немного прибралась в квартире, произвела ревизию холодильника и решила сходить в магазин. Так, на всякий случай. Молоко кончилось, сахар, заодно в пекарне хлеба свежего прикупить и к чаю что-нибудь.

Телефон Марии по-прежнему был выключен. Надежда покачала головой и выглянула в окно на предмет определения погоды.

За окном было облачно, дождя вроде нет, однако непонятно, тепло или холодно. И Надежда по старой памяти включила телевизор, чтобы узнать температуру.

И попала на криминальные новости.

– …найдена мертвая женщина! – услышала она слова диктора. – Полиция считает смерть насильственной…

Надежда в это время в прихожей пыталась развязать шнурок на ботинке. Шнурок был мокрый и затянут сильно, так что и тут не обошлось без кота. Пока она, чертыхаясь, развязывала шнурок, пропустила адрес дома, где случилось убийство.

Маленький телевизор стоял на кухне, оттуда как раз вышел кот, подняв хвост трубой.

– Бейсик, ты не слышал, в каком районе, на какой улице? – машинально спросила Надежда.

Кот в ответ явственно пожал плечами – только ему и дела, что такие вещи слушать. Надежда опомнилась и решила все-таки пойти в магазин, но что-то заставило ее смотреть дальше.

Показали двор и подъезд, и она узнала и то и другое. Именно в этом доме, где располагался кабинет психоаналитика, она вчера вырубила электричество. Номер квартиры она прослушала, а может, его и не сказали, но думать, что убитая женщина находилась в какой-то другой квартире, значило бы сильно переоценивать силы провидения.

Из подъезда вышел солидный лысый мужчина с толстым портфелем, в котором без труда можно было угадать местное небольшое начальство, а именно председателя ТСЖ. К нему коршуном бросилась рыжая девица с красным носом, очевидно, долго его дожидавшаяся, из чего Надежда машинально сделала вывод, что на улице холодно.

– Что вы можете сказать о жертве ужасного убийства? – Девица с ходу ткнула в лысого мужчину микрофон.

– Ну что сказать, – он пытался отстраниться, но девица дело свое знала, – в общем… – мужчина оглянулся на дверь подъезда, – она… Ирина, то есть, работала у психоаналитика администратором…

– Ой… – тихонько икнула Надежда, – мамочки, это что же творится…

Поскольку никто не отозвался, она продолжила смотреть.

– Помещение это он снимал под офис. У нас договор, все законно. Ходили к нему люди приличные, все тихо было, полный порядок, жильцы не жаловались…

– А что случилось в доме вчера? Был шум? Или что-то необычное произошло?

– Да ничего такого, только хулиганы какие-то влезли в распределительный щит и вырубили электричество во всем доме. Так что и видеокамера не работала. Как полиция приехала, свет уже дали. У меня ключи от квартир есть, так что они вошли и нашли там ее, мертвую.

– А как она выглядела? Известно уже, каким образом…

В кадре появился строгий коренастый мужчина, по его взгляду и ухваткам сразу было видно, из какого он ведомства. И хоть был он в штатском, чин Надежда определила не ниже майора.

– Без комментариев! – твердо сказал полицейский в микрофон, отчего девица отскочила на метр, а лысый председатель мигом стушевался и даже уронил портфель.

Дальше камера показала двор, толпу любопытных жильцов, несколько машин, потом два дюжих санитара вынесли черный мешок на носилках. Рыжая девица метнулась было к ним, но была перехвачена полицейским – не майором, чином пониже, но тоже в штатском.

Надежда окаменела, глядя в экран телевизора, хотя там давно уже говорили о ДТП на Московском проспекте.

Что ж такое, значит, Ирина мертва? Но как это случилось? Она оставила ее живой и здоровой, только прикованной к батарее. Может, она пыталась освободиться, при этом поранила себя и истекла кровью?

Ага, откусила себе руку, как лиса, попавшая в капкан, сама себе возразила Надежда. Этого не может быть, кстати, про лису тоже наверняка врут.

Задохнулась от кляпа? Да не было никакого кляпа, Надежда точно помнит. И теперь полиция будет это убийство расследовать, подключит камеры, найдет свидетелей, которые ее запомнили…

– Ёшкин кот! – Надежда очнулась от ступора и заорала на всю квартиру, хотя обычно таких выражений старалась не употреблять даже мысленно.

Но в данном случае иначе не скажешь. Ведь это она сама позвонила Марии и велела обратиться к знакомому полковнику… как его… Арсен, Армен… И Машка так и поступила. Потому что в противном случае полиция не появилась бы и не нашла там вместо преступницы жертву. Но как, как она умерла?

Надежда заметалась по квартире и споткнулась о кота, который явился узнать, с чего такой сыр-бор, да еще обзываются. Вопль, который Бейсик издал, когда ему наступила на лапу, совершенно не соответствовал действительности. Однако хозяйка не обратила на кошачий вопль никакого внимания, она искала свой телефон. А найдя, начала нервно нажимать кнопки и, послушав, что телефон по-прежнему выключен, выругалась уже более обстоятельно.

Это переходило всякие границы. На часах половина одиннадцатого, маловероятно, что Машка так долго спит. И вспомнила бы уж про телефон, зарядила давно. Неужели что-то случилось?

Надежда стала усиленно вспоминать, когда она последний раз говорила с Марией. Получалось, что вчера вечером, не очень поздно. Машка еще бормотала, что они нашли карту. Они – это, надо понимать, она и Венедиктов. Спелись, значит. Сработались. Нашли друг в друге родственную душу. Или встретились два одиночества.

Непонятно только куда они потом делись. Можно, конечно, позвонить Венедиктову и спросить, куда пропала Мария. Но, во-первых, он Надежду знать не знает, поэтому в полном праве ей не ответить. А во-вторых, это неудобно, Мария же не девочка пятнадцати лет, и Надежда не ее мамаша, чтобы разыскивать у приятелей.