Скрипичный ключ к счастью - Дарья Александровна Калинина

– Роды – это такой же естественный процесс, как та же дефекация. Никто же не умирает, сходив в туалет.

– Это было бы слишком дорогая плата!

– Вот и я о том же! Врачи все слишком усложняют.

Саша с негодованием переводила взгляд с одного на другого. Посмотрите только на них! Спелись! Эксперты хреновы! Оба рассуждают так, словно что-то понимают в этом деле. Саша тоже не понимала, но считала, что мужчинам нечего совать свои носы в те дела, которые их не касаются напрямую. А если уж суют, то пусть хотя бы относятся к процессу чуточку уважительней. А не сводят все к простому походу в туалет.

– Простите, что перебиваю ваш в высшей степени научный диалог, – ядовито произнесла она, – но давайте уже вернемся к вопросу о том, что все-таки случилось с Аней?

Гоша нахмурился. Видимо, эти воспоминания не относились для него к разряду приятных.

Но он все же ответил:

– Поссорились мы с ней. Когда до родов оставалось уже совсем немного, мне позвонили родители и позвали меня приехать к ним в Наукоград. Я не мог отказаться, Аня должна была это понять. Но она обиделась.

– То есть ты собирался уехать и оставить беременную подружку на последних сроках совсем одну и без всякой помощи?

– Так это же ненадолго. Всего на несколько дней. А ей до родов оставалась еще целая неделя! Я бы успел вернуться.

Этот тип раздражал Сашу все сильнее. Неделя до родов, а он уматывает от подружки, которой вот-вот приспичит рожать. Неужели он всерьез воображает, что дети на свет всегда появляются точно в назначенное им недоумком папашей время?

– Значит, ты уехал, а когда вернулся, то Ани дома уже не обнаружил?

– Нет! Я понятия не имел, куда она исчезла. Сам был в шоке. Не было ни Ани, ни ребенка, ни записки о том, куда она уходит. Она не позвонила мне, не прислала сообщение, ничего! Тишина! Молчание! Я даже тете Хелене позвонил, думал, что Аня вернулась к своим. Со мной разговаривал дедушка, сказал, что новостей об Ане у них нет. И я понял, что дело куда серьезней, чем думал. Аня решила меня наказать. Она решила спрятать от меня ребенка. Родила его где-то, а мне показать не захотела. Я сказал дедушке, чтобы Аня мне позвонила, когда вернется. Понимал, что она рано или поздно вернется к матери, больше ей идти было некуда. Возможно, она уже была там, когда я звонил, просто заставила деда соврать. Но она так и не позвонила. Зажилила нашего ребенка! Гадкая!

– А если мы тебе скажем, что она этого не делала? Что у нее, скорее всего, и мысли такой не было. Скорее всего, с Аней случилось несчастье, потому что еще тогда пять лет назад найти ни ее, ни ребенка полиции так и не удалось.

Гоша удивился.

– В смысле? Как не удалось найти Аню? Вы же мне от ее имени звоните?

И так как друзья молчали, он ощутимо занервничал:

– Разве нет? Разве не она вас ко мне послала? Как иначе вы тогда могли меня найти? И как могли узнать, что я – отец ребенка?

– То есть все эти пять лет ты не имел никакой связи с Аней и даже не знаешь, что она так и не вернулась домой?

– Мы же с ней поссорились! – напомнил Гоша. – Она от меня ушла. Не стала звонить. Ребенка спрятала. Я тоже не хотел навязываться. Тоже обиделся. К тому же родители позвали меня к себе. Мне у них понравилось, большой дом, при доме бассейн, тут очень здорово. Настоящий современный город этот Наукоград!

– И ты там у себя в этом вашем Наукограде совсем забыл про свою Аню?

– Не забыл, но… Она же первая начала! Не захотела меня дождаться. Ушла куда-то, спрятала младенца, одна захотела его растить, мне не давать. А это нечестно! Мы с ней вдвоем планировали, как будем его воспитывать. А она решила себе одной его забрать. Ну, и плевать! У меня тут тоже интересных дел полно!

Похоже, этот дурачок искренне считал, что Аня утаила от него родившееся у нее сокровище, исключительно из желания отомстить за его проступок. В голосе Гоши звучала такая неприкрытая обида, которая даже за столько лет не стала глуше. И он полагал, что растить ребенка в одиночку несовершеннолетней матери – это невесть какое классное развлечение. Нет, что-то в голове у Гоши было не на месте.

– Можешь мне поверить, останься Анечка жива, она бы уж позволила тебе заботиться о вашем малыше.

– Да? Вы так считаете? Что же… Аня и впрямь исчезла?

– Она пропала. И никто до сих пор не знает, куда она делась. Но получается, что ты последний, кто видел ее живой.

– Вы на что намекаете?

– Просто спрашиваю, куда она могла пойти, чтобы спокойно побыть до родов?

– К матери и деду она точно бы не сунулась. Она их осуждения очень боялась. К отцу своему тоже бы не пошла, его она ненавидела за обиду, нанесенную матери.

– Кто же у нее оставался еще?

– Знаете, был один старикашка, близкий друг ее деда. Вот к нему Аня вполне могла обратиться за помощью. Она мне про него рассказывала. Этот дедок был ей очень дорог.

– И как его имя? Ты знаешь? Помнишь?

Гоша знал и прекрасно помнил имя человека, которому единственному на всем свете доверяла Анечка. И почему-то Саша совсем не удивилась, когда из уст этого непутевого папаши прозвучало имя ее учителя по скрипке Петра Карловича.

Глава 10

Встречу и откровенный разговор с Петром Карловичем было решено оставить на другой день. Сегодня было уже слишком поздно. Саше нужно было возвращаться домой. Да и Юра намекал, что такое общение с ценным свидетелем лучше провести на свежую голову.

– Если Петр Карлович знал правду про Анечку, знал, куда она исчезла, но не сказал об этом родным девочки, то это может очень многое значить.

– Уверена, Петр Карлович тоже будет на похоронах, которые затеял Никифор. Там я с ними и поговорю. Хотя не думаю, что Петру Карловичу что-то известно. Ведь если бы он что-то знал, то давно бы уже рассказал Никифору и Хелене. Это же его друзья.

– Возможно, дела у Анечки оказались настолько плохи, что он просто не отважился сообщить правду своим друзьям. Поставь себя на его место. Он узнает, что Анечка мертва. У тебя язык бы повернулся сказать правду ее родителям?

Сашенька попыталась поставить себя в такую ситуацию и поняла, что Юра совершенно прав. Не