Одарена и особо опасна (СИ) - Нинель Мягкова

не каждый способен сохранять спокойствие, видя как стремительно уходит ввысь относительно безопасный остров, мимо мелькают острые края каменных сколов, а вокруг — лишь темное небо, рассыпавшиеся бисером звезды и все еще розоватые после заката облака.

Потока воздуха я больше не ощущала, щит прикрывал нас со всех сторон. Только приближающаяся с каждым мгновением земля напоминала, что мы летим.

Точнее, камнем падаем.

— Активирую артефакты! — сообщила вслух, вливая силу.

Булавки, вколотые в корсаж мне и в жилетку ректору, засветились мягким золотом, окутывая обоих компенсирующим полем. Скорость плавно уменьшилась до парящего скольжения по задаваемой мною траектории.

Лимбергер лежал в долине на горизонте, к нему-то мы и направились.

Чтобы Айзенхарту не было скучно, я повернулась боком к земле. Теперь он тоже мог рассмотреть крошечные, как игрушечные, домики, неровные участки полей и извилистую сеть дорог.

— Часто ты так летаешь? — гаркнул он.

Я поморщилась. Щиты блокировали и внешние звуки тоже, в коконе стояла тишина, повышать голос было совершенно необязательно. Похоже, у ректора заложило уши от резкой смены высоты.

— Иногда приходится, — честно призналась я. — Но с такой высоты еще не эвакуировалась. Обычно с десятого этажа, однажды пришлось с небоскреба… ну, это очень высокое здание, уровней сто. Было весело!

— Я начинаю тебя понимать, — хмыкнул уже потише Айзенхарт.

Я тоже хмыкнула. Вряд ли он действительно меня понимал. Но то, что ему понравился прыжок в неизвестность, мне импонировало.

Мы приземлились в пригороде. В центр напрямую лететь не стала, опасалась застрять в чьем-нибудь защитном поле. Аристократы, они такие. Защищают свою территорию, совершенно не думая о пролетающих мимо воровках!

Айзенхарт с трудом разжал руки, и мой чемодан с глухим стуком упал на землю.

Для полета пришлось все вещи переместить в пространственные карманы. Набились под завязку, зато вес ушел, осталась лишь масса самого саквояжа. Такой вот магический фокус.

Было бы странно, имей багаж вес всего, что в нем в данный момент находится. Я бы тогда и с места его не сумела сдвинуть!

— Поаккуратнее, он у меня один такой! — возмутилась я, поднимая бесценный артефакт с сырой земли и счищая налипшую траву. Грязь на юбках меня не смущала. Выйдем на нормальную дорогу — уберу. Сейчас же все равно придется брести по проселочным тропкам.

Высокие сапоги уверенно месили осеннюю слякоть. В небе маячили темные пятна летающих островов. Редкие прохожие с недоумением провожали нас взглядами. Еще бы — одеты мы прилично, а бредем пешком!

Впрочем, в черте города нам удалось найти пустой кэб с дремлющим за рулем водителем. Он не пришел в восторг от поздних клиентов, но ректор продемонстрировал значок ловца. Лицо труженика руля и колес моментально разгладилось, и чемодан в багажник мужчина грузил уже с любезной улыбкой до ушей.

Старался изо всех сил.

Удобно все-таки иметь под рукой служителя закона.

— На портальную станцию, — бросил Айзенхарт, устраиваясь на заднем сиденье.

Этот момент мы с ним оговорили заранее.

Точнее, капитально поругались. Ректор собирался к коллегам — требовать подкрепление. Я же настаивала на тайной операции. Пусть пошлет им записку, чтобы были в курсе где мы и зачем, но под ногами не путались.

Знаю я их — набегут, устроят шухер, вспугнут всех кого могут.

Нет уж, мы лучше как-нибудь своими силами. Уж с кем с кем, а с Фальком я одной левой справлюсь. И не таких обламывала.

Разборку с бывшим посредником я искренне предвкушала.

Никто не смеет меня сдавать!

Тем более кто-то вроде Фалька. Средненький маг, дара которого только и хватало маскировать внешность и подписывать магические контракты. Впрочем, сквозь его личину я видела, так что в случае чего и на улице опознаю.

Портальная станция в честь неурочного времени была тиха и пустынна. У каждого перехода сидел дежурный охранник. Они по очереди позевывали, глядя по сторонам. Около двух постаментов с радужными завихрениями телепортов стояли группы туристов, ожидая открытия. Ночные билеты дешевле, так что путешественники победнее частенько предпочитают именно их.

Я собралась было в кассу, но Айзенхарт двинулся прямиком к табличке «Альдер» и снова продемонстрировал жетон ловца.

— Дама со мной, — лаконично бросил он, огибая толпу и увлекая меня за собой в первые ряды. Ропот смолк — стражей порядка побаивались все.

— Надо же! Через неучтенные порталы лазила, с чужими документами — было дело, а вот так, зайцем — первый раз! — восхищенно прошептала я на ухо спутнику.

— Ты не зайцем, а по служебной надобности, — назидательно возразил он и неожиданно подмигнул.

У меня ослабели колени.

Подмигивающая и лукаво усмехающаяся скала — это ж орудие массового поражения женских сердец!

Он меня еще и за талию ухватил.

Судя по осуждающим взглядам пассажиров, большинство решило, что мы нагло пользуемся привилегиями в личных целях. В какой-то степени так оно и было!

— Должен тебе кое в чем признаться, — шепот Айзенхарта обжег ухо.

Я поежилась и кивнула, давая понять, что внимательно слушаю.

— Мне раньше не приходилось покидать пределов Траумфельда, — сознался ловец. — Так что ты уж будь добра, не потеряй и не подставь меня.

— Не переживай. Позабочусь, как о самом ценном грузе! — заверила я и похлопала по ладони, все еще уверенно лежащей на моей талии.

Бесстрашный ректор опасается путешествий по мирам. Чего только не увидишь в многоликой вселенной!

Собственно переход я почти не ощутила, как всегда. Ступила с одной платформы в мерцающее многоцветное зарево, зажмурилась, а вышла уже на другой стороне.

На Альдере занималась заря. Вовремя мы. Фальк как раз закрывает офис, если можно так назвать его комнатушку на верхнем этаже таверны, и идет домой отсыпаться.

Тут-то мы его и накроем!

Вряд ли посредник подозревал, что все его тайные убежища для меня давно не тайна.

Я уверенно вела Айзенхарта по узким улочкам столицы. В плане цивилизации Альдер порядком отставал даже от Траумфельда, застряв где-то между средними веками и индустриализацией. Потому и стал центром сходок различных группировок и оплотом преступности. Скрываться проще.

Поди проверни черные делишки, когда все деньги хранятся в банке, а пользоваться ими можешь только через артефакт!

Вот то-то же.

Мы обошли три квартиры, оказавшиеся пустыми. Я проголодалась и обозлилась, потому когда наконец почуяла следы присутствия Фалька, особо не церемонилась. Дверь вынесло воздушной волной, припечатав посредника к стене. Я перешагнула порог, отбросила бесполезную створку в сторону и подняла гаденыша за шею, чтобы удобно было смотреть ему в глаза и любоваться синеющей мордой.

— Итак, я слушаю, — промурлыкала нежным тоном, не вязавшимся с яростным оскалом и оттого еще более пугающим.

Ответом стал невнятный хрип.