Убийство в час быка - Ирина Градова
Все одновременно кивнули.
– Значит, кто уходит последним, тот и закрывает, – подытожил прокурор и вышел.
* * *
Алла решила, что пора уже ей вмешаться в процесс допроса: Антон достаточно раскочегарил Лаптева, чтобы тот был готов отвечать на вопросы по существу.
Лаптев оказался дядькой лет пятидесяти, крепко сбитым, совершенно лысым и с огромными ручищами, напоминающими ковши экскаватора, – такой легко справился бы с субтильным парнем вроде Гурова, окажись они один на один. Хотя оба провели какое-то время за решеткой, жизнь их там, судя по всему, сильно разнилась!
При виде Аллы Лаптев слегка удивился: очевидно, он ожидал увидеть следователя, похожего на опера Шеина, а пришла невысокая, хорошо одетая дама приятной наружности.
– Следаки стали краше! – ухмыльнулся он. – Вот уж точно – перемена к лучшему!
– Благодарю, – мило улыбнулась Алла в ответ на корявый комплимент. – Сергей Тимофеевич, расскажете, что случилось в день гибели Павла Гурова?
– Так откуда ж мне знать, в какой день Пашку грохнули? – театрально развел руками Лаптев.
– Думаю, вы никогда его не забудете! Вы побывали в колонии, но ваши преступления не были связаны с гибелью человека, верно?
– Вам лучше знать.
– Поэтому вы должны помнить, как ночью замывали кровь в уличном рукомойнике в день, когда погиб Павел Гуров.
Алла блефовала: теща Лаптева не помнила точно, когда это случилось – только месяц, но она справедливо рассудила, что подозреваемый об этом не знает.
– Кровь? – попытался он изобразить удивление. – Не припоминаю такого!
– У нас есть свидетель, который вас видел.
– Кто, интересно? Меня никто не мог… то есть никто не мог меня видеть, потому что такого не было!
– Есть ваша окровавленная одежда со следами ДНК Гурова!
Алла снова кривила душой: теща Лаптева действительно видела в сарае скомканную куртку, однако она избавилась от нее несколько дней спустя, решив, что зять, вероятно, просто снова с кем-то подрался спьяну. Кстати, по ее словам, крови было немного, поэтому она не сильно обеспокоилась. Однако там была сажа: трупы ведь сожгли!
На этот раз прием сработал.
– Я его не трогал! – заорал подозреваемый, перегнувшись через стол, и Антон схватил его за плечо, заставив откинуться на спинку стула. – Да, у нас были «терки», но за это ж не убивают, так?
– Ну, не зна-а-аю, – протянула Алла, качая головой. – Может, вы и не собирались убивать, а потом, слово за слово, разозлились и…
– А вот и не могло там быть никакого ДНК! – вдруг обрадованно воскликнул Лаптев, стукнув кулачищем по столу. – Я к трупам-то не подходил – да я их даже не видел… А кровь на куртке моя: я упал, вот!
А он не дурак – что ж, можно было ожидать, ведь подозреваемый – человек бывалый.
– А как ты объяснишь наличие сажи? – перехватил инициативу Антон. – Значит, ты присутствовал на месте преступления! Экспертиза доказала, что нападавших было несколько. Признавайся, ты отправился на дело со своими приятелями? Вы нашли Гурова выпивающим в компании нескольких человек. Слово за слово, вы напали…
– Да все не так было! – заорал Лаптев, аж привстав, однако Шеин тут же вмял его обратно в сиденье.
Алла сомневалась в том, что Лаптев – убийца, но он точно как-то связан с преступлением. Подозреваемый мог попросить приятелей помочь разобраться с человеком, который, как он предполагал, украл у него садовый инструмент, но откуда у обычных мужиков дорогие биты? Кроме того, совершив преступление, они, скорее всего, постарались бы спрятать тела так, чтобы их не нашли, ведь в поселке почти все друг друга знают. Ну и, наконец, даже в пьяном угаре они вряд ли забили бы насмерть молодую девчонку, к которой ни у кого, включая самого Лаптева, не было претензий.
Лаптев облизнул внезапно пересохшие губы.
– Ладно, ваша взяла! – выдохнул он. – Я… я их видел. Вот!
Алла едва не свалилась со стула.
– Кого ты видел? – навис над допрашиваемым Антон. – Убитых?
– Погодите, Антон, – остановила опера Алла. – Говорите, Сергей Тимофеевич, мы вас внимательно слушаем!
– Сажа на куртке… это не потому, что я убивал и сжигал, а потому… – Он запнулся.
– Почему же? – подтолкнул его Шеин.
– Да потому, что я и вправду был там, и…
Он снова умолк.
– Расскажите вашу версию, – предложила Алла.
– А вы мне поверите? – с сомнением спросил Лаптев.
– Это будет зависеть от твоей откровенности, – пожал плечами Шеин. – Попытайся нас убедить!
– Ладно… В общем, я видел, как Пашка уходит…
– И решил последовать за ним?
– Ничего я не решил… в смысле, в тот момент. Но потом…
– Ты передумал?
– Типа да. Я дернул с приятелями…
– Вот оно что!
– Да ты дослушай, начальник! Короче, выпили мы, и Саня…
– Что за Саня?
– Да просто Саня, – отмахнулся Лаптев. – Он тут вообще ни при чем! Короче, Саня спросил, удалось ли мне выцарапать у Пашки бензопилу. Я ответил – нет, и тогда он сказал, что у Пашки есть схрон в лесу…
– Где он прячет ворованное имущество?
– А я о чем! Я ж не просто так к Пашке цеплялся: он многих «обнес», только доказать ничего не смогли, потому что не нашли, хоть и перерыли весь его дом и участок! А откуда у него деньги, спрашивается?
– Так он вроде работал?
– Ой, да ладно, начальник, это где ж столько платят, чтоб дорогое бухло покупать и девчонку обхаживать с подарками?!
– Ты сейчас об Эмме Кореневой говоришь?
– Ну! Он ей цепочку золотую подарил с подвеской…
– Откуда знаешь?
– Видел. Я так кумекаю, он либо спер «рыжье» у кого-то, как мою пилу, либо инструментарий продал да купил цацки в ломбарде или у барыги!
– И ты решил пойти за Гуровым в лес?
– Ага. Дело уже к ночи было, а он все не возвращался – я подумал, он схрон свой разгребает, чтоб в город барахло отвезти.
– Один отправился?
– Ну. Колян ушел уже, а Санька-то никакущий был: его с полпузыря развезло, а я, прикинь, ни в одном глазу! Бухло закончилось, и…
– Круто. Давай ближе к делу, лады?
– Расскажите, что вы видели в лесу, – вежливо попросила Алла, тоже считавшая, что Лаптев описывает слишком много не имеющих отношения к делу деталей.
Подозреваемый снова облизнул губы.
– Дежурный! – позвала Алла. – Принесите воды, пожалуйста!
Через пару минут дежурный вернулся с бутылкой минералки и пластиковым стаканчиком. Все это время Лаптев молчал. Получив воду, он налил себе стакан и жадно выпил.
