Детектив к осени - Елена Ивановна Логунова

На ее очень полное, зато пышущее естественным здоровьем лицо. На ее черные глаза, которые, конечно, стали немного меньше над гладкими, упругими розовыми щеками, зато сохранили свой природный разрез и юный блеск.

– Инна, я не помешаю?

Рядом с ней стоял Никита, их с мужем секретарь и адвокат. Она открыла глаза, даже не подумала запахнуть пеньюар.

– Уже помешал. В смысле разбудил. Сходи еще за бутылкой и возьми себе бокал. Попрощаемся с бабьим летом. Завтра обещают дожди и холод.

Тема погоды была у Инны коронной и любимой. Она с утра читала в интернете все прогнозы на день, неделю, месяц. Волновалась, начинала думать о том, чего не хватает в ее гардеробе, пересматривать содержимое шкафов, искать новые модели и стильные штучки. Для Инны не существовало фасонов и цветов, которые полнят или делают стройнее. Было лишь то, что нравится.

Она с удовольствием устраивала телефонный обзвон знакомых, чтобы сообщить им все новости о погоде. Мысль о том, что они могли и сами, как она, прочитать это в интернете, ее не посещала. Инне было приятно говорить о солнце, дожде, возможных заморозках и даже грядущих метелях. Это все был тот фон, те декорации, которые так выгодно оттеняли главный факт ее существования: ей в любой ситуации будет тепло, уютно, богато и сытно.

Однажды в гостях она зашла в туалет и нечаянно подслушала, как две дамы, смеясь, обсуждали ее непреходящий интерес к теме погоды и умственные способности в целом.

– Инна мне напоминает карикатурного, яркого и важного попугая из мультфильма, – сказала одна. – Я сидела с ней рядом за столом, и она мне раз пять сообщила, что на следующей неделе будет похолодание, а она еще не получила заказанное в Париже пальто.

– Да, забавное существо, – ответила вторая. – Зато, знаешь, не приходится ждать подвоха, коварства, злобы. Искренняя и примитивная, как сводка погоды.

Инна тогда вышла из туалета в задумчивости и какое-то время решала: они ее обидели или нет? Какие глупости, господибожемой. Да плевать она хотела и даже наоборот: ей лестно, что они именно ее решили обсудить. Инна любит говорить о погоде и тряпках. А надо о чем? О политике, будь она неладна? О катастрофах, эпидемии, пожарах? Об убийствах, которых полно в каждой сводке новостей? Те, кто всем этим интересуется, и сами становятся катастрофой: трясутся, ругаются, готовы поубивать друг друга из-за разницы во мнениях. А Инна в ладу с собой и, как результат, – спокойна с другими.

Никита вернулся. Поставил на стол две бутылки любимого красного вина Инны, разлил напиток по бокалам. Они пили, лениво говорили о погоде и о том, достаточно ли в доме каминов. Никита в разговоре коснулся обнаженного плеча Инны. Она сразу зажглась, откликнулась, призывно взглянула на него. Какой он все-таки красивый, особенно по сравнению с Виталием. Мускулистый, стройный, всегда загорелый. Никита очень следит за своей внешностью: ходит в тренажерный зал, в бассейн, солярий. Инна вспомнила бледное, дряблое тело мужа с большим отвисшим животом и здраво решила: так именно поэтому он управляет большим бизнесом, такими деньжищами. Это очень тяжелый труд, это не зад в солярии греть. Как же хорошо, что она замужем за Виталием, для которого есть одно дело: добывать и умножать свои сокровища. И то, что Никита на своем месте, обслуживает и радует Инну, тоже хорошо.

– Слушай, Инна, – произнес Никита. – Я тут перечитал ваш с Виталием брачный контракт. Вы обменялись завещаниями: он тебе все, чем владеет, ты тоже все – старый гараж своего деда и собственные драгоценности. Так?

– Да, все верно, – довольно улыбнулась Инна.

– И уточнение, – продолжил Никита. – Это соглашение действительно, пока вы состоите в браке. Понимаешь? Он все тебе завещает, если умрет, будучи твоим мужем.

– Ну, так это вроде положено, нет?

– В общем, да, хотя более предусмотрительные люди в брачном контракте рассматривают разные варианты. Но я подумал вдруг: а зачем эта оговорка была в брачном контракте?

– Не понимаю, Ники, ты о чем?

– О том, что если Виталий завтра захочет с тобой развестись и жениться на другой, он может оставить тебя без гроша.

– По-моему, ты мелешь ерунду, Ники, – медленно проговорила Инна. – Я, конечно, никаких юридических тонкостей не понимаю, но я верю, что Виталий не сможет так поступить. Я доверяю ему. И потом: у него времени на меня нет, не то что еще на какую-то другую.

– Ладно, – улыбнулся Никита. – Проехали.

В тот последний день бабьего лета Инна наслаждалась теплом, покоем и комфортом, ублажала свою любимую плоть всеми доступными способами. Именно в тот день ей показалось, что Никита не просто с ней спит, а любит ее. Она почувствовала его нежность, заботу и готовность ее защищать. И это было для нее неожиданным подарком судьбы. За такое она даже не боролась.

Ужинала она в одиночестве и была, кстати, этому рада. Виталий по вечерам приходил обычно взвинченным, озабоченным, часто злым и нетрезвым. За столом молчал или грузил ее непонятными проблемами. Инна старалась уйти спать до того, как он вернется. У них с первого дня супружества были отдельные спальни. Так предложил Виталий, а Инна радостно согласилась.

– Не хочу тебе мешать, – сказал он. – Я могу прийти очень поздно. Я храплю, люблю развалиться поперек кровати. Лучше мы будем продолжать встречаться в своем доме, как любовники.

В ту ночь Инна уже почти уснула, сладко и крепко, и вдруг вздрогнула, открыла глаза. Как будто услышала голос Никиты: «Завещание действительно, если на момент его смерти вы будете в браке». А зачем, на самом деле, муж написал это в брачном контракте? Инна встала, полезла в интернет и даже пыталась разобраться в юридической информации на эту тему, но почувствовала, что ее мозг сейчас лопнет. В первый раз пожалела, что бросила колледж гостиничного бизнеса, в который ее взяли на бюджетное место после школы. Тогда учеба казалась пустой тратой времени, которого было и так мало, чтобы прорваться в другую жизнь.

Утро выдалось прохладным, прямо над террасой повисли тяжелые темные тучи. Инна велела приходящей домработнице затопить камин в гостиной. Язычки огня как будто зализали ее тревогу, эту внезапную странную панику. Инна съела свой вкусный и плотный завтрак, запила арбузным соком. Затем села в кресло у камина с чашкой кофе, в который щедро добавила коньяк. А не придумал ли Никита всю эту чепуху с брачным контрактом и завещанием просто для того, чтобы показать ей, какой он незаменимый помощник? Какой грамотный адвокат, бдительный и заботливый друг? Может, хочет прибавку к жалованью или просто намекает,