Туман цвета хвои - Анна Блэр

class="p1">– Это не отсюда, – прошептала она, не осознавая, что говорит.

– Ничто здесь не отсюда, – сказал он, отводя взгляд к свиткам. – Деревня – это не начало. Это… продолжение.

Его слова повисли в воздухе, как туман. Астрид вновь посмотрела на странный предмет, но теперь он пугал её больше, чем прежде.

– Кто это принёс? – спросила она, чувствуя, как внутри нарастает смятение.

– Мы не приносим, – сказал он, его взгляд стал тяжёлым. – Мы только сохраняем.

Астрид медленно отступила, её сердце билось быстрее, чем обычно. Она не знала, что это значит, но это была не просто вещь. Это была подсказка. Что-то, что не должно быть здесь, но всё же существовало.

– Почему мне это показали? – спросила она, её голос был дрожащим, но настойчивым.

Хальдор посмотрел на неё долго, прежде чем ответить.

– Потому что теперь ты часть этого, – сказал он. – И ты должна понять, прежде чем сделаешь свой выбор.

Её разум разрывался между страхом и любопытством. Этот предмет, это место, его слова – всё это было слишком странным, слишком противоречивым. Она почувствовала, как мир вокруг неё начинает рассыпаться, обнажая то, что она никогда не ожидала увидеть.

– Почему здесь так много вещей, которые… не отсюда? – наконец спросила она, её голос прозвучал тише, чем она ожидала.

Хальдор поднял глаза, его взгляд задержался на ней, прежде чем ответить.

– Что ты имеешь в виду? – спросил он, но в его голосе не было удивления.

– Ну, например… шнурки, – неловко начала она, её пальцы невольно потянулись к ботинку. – Они слишком… правильные. Словно кто-то знал, как сделать их удобными. Или тот предмет, который я видела в хранилище. Он был таким… чужим.

Хальдор не спешил с ответом, его взгляд снова устремился к углям, которые медленно затухали, но продолжали отдавать слабое тепло.

– Мир не так прост, как кажется, – сказал он наконец, его голос звучал мягко, но в нём чувствовалась тяжесть. – Всё, что мы видим, что нас окружает, – это только тонкая оболочка. Под ней скрывается нечто большее.

– Но откуда эти вещи? – настаивала Астрид, её голос дрожал от смеси любопытства и страха.

– Откуда? – повторил он, словно размышляя над её словами. – Они приходят к нам через лес. Через время. Может быть, через границы, которые мы не видим. Это следы, которые оставляют за собой те, кто был здесь до нас.

Его слова прозвучали, как загадка, и она нахмурилась, чувствуя, что ответы, которые он давал, только усиливали её вопросы.

– Ты хочешь сказать, что деревня… не первая? – спросила она.

Хальдор посмотрел на неё, и в его глазах мелькнула тень, словно её вопрос коснулся чего-то, что он не хотел раскрывать.

– Всё имеет начало и конец, – сказал он, и его голос стал тише. – Деревня – это лишь одно из воплощений веры. Она рождается, как огонь, когда его разжигают. Но огонь может погаснуть.

Её дыхание замерло.

– Но кто зажёг этот огонь? – её голос стал чуть громче, она почти не осознавала, как наклонилась вперёд, её взгляд был прикован к нему.

– Мы все, – ответил он, и его губы изогнулись в слабой улыбке. – Вера рождается из страха, из одиночества, из желания понять мир, который нас окружает. Люди нашли в лесу богов, потому что лес был слишком большим, слишком сильным. Они нашли силу в вещах, которые не могли объяснить.

– А ты? – спросила она, её голос стал мягче. – Ты нашёл?

Он долго смотрел на неё, и его взгляд стал глубже, как если бы он пытался разглядеть что-то, что скрывалось за её словами.

– Я нашёл что-то, что не даёт мне покоя, – сказал он наконец.

– Что это? – её голос был почти шёпотом.

Хальдор наклонился чуть ближе, его лицо оказалось в тени, но в глазах было что-то, что заставило её дыхание замереть.

– Ты, – сказал он тихо.

Она не ожидала этого ответа. Её сердце забилось быстрее, и на мгновение она не могла найти слов.

– Почему? – наконец прошептала она.

– Потому что ты видишь. Ты ищешь. И это делает тебя опасной, – сказал он, но в его голосе была странная мягкость.

Между ними повисла тишина, но это была не просто пауза. Это было напряжение, которое тянулось, как тонкая нить, готовая оборваться.

– Но опасной для кого? – спросила она, её голос дрогнул, но взгляд остался твёрдым.

Хальдор улыбнулся, но в этой улыбке было что-то больше, чем просто ответ.

– Для всех нас, – сказал он, и его голос был таким тихим, что почти растворился в звуке затухающего огня.

– Иногда я думаю, что это всё бессмысленно, – тихо произнесла она, её голос дрожал, словно она боялась, что её слова будут услышаны не теми ушами.

Хальдор слегка наклонил голову, его глаза не отрывались от её лица.

– О чём ты? – спросил он, его голос был мягким, но в нём чувствовалась внимательность, словно он знал, что её ответ будет важным.

– О поисках, – ответила она, её взгляд остался прикованным к рукам. – О Сане.

Имя сестры прозвучало так, будто оно само по себе обладало весом. Она почувствовала, как внутри всё сжалось, как будто это имя было ключом к двери, которую она боялась открыть.

– Она была всем, что у меня было, – продолжила Астрид, её голос стал чуть громче, но в нём по-прежнему звучала боль. – Она была ярче всех, кого я знала. Сана могла найти радость даже в самых простых вещах. В её глазах всегда был свет, даже когда в деревне становилось слишком темно.

Хальдор молчал, но его взгляд оставался прикованным к ней, и в этой тишине было что-то утешительное, словно его молчание говорило больше, чем слова.

– Я должна найти её, – сказала Астрид, и её голос дрогнул. – Живую или мёртвую. Я должна знать.

Её плечи сгорбились, как если бы этот груз был слишком тяжёлым.

– Это сводит меня с ума, Хальдор, – добавила она, её голос стал хриплым. – Каждый день, каждую ночь я думаю только о ней. О том, что она могла видеть, что чувствовать, в тот момент, когда она исчезла.

Он медленно протянул руку и положил её на её плечо. Его ладонь была тёплой, сильной, но в этом прикосновении было больше утешения, чем силы.

– Ты найдёшь её, – сказал он, его голос был низким, но уверенным.

Она подняла на него глаза, и в них была смесь надежды и отчаяния.

– Когда? – спросила она, её голос почти ломался. – Я не могу больше ждать.

Хальдор наклонился ближе, его взгляд был серьёзным, но в нём читалась мягкость.

– Тот, кто торопится, теряет путь, – произнёс он. – Ты должна быть