Дело драконьей бабушки, или Верните мне Новый год! - Виктория Миш

и бордовое покрывало на широкой двуспальной кровати с резной спинкой, по цвету перекликались со свежими цветами в вазе на прикроватном столике. Белые тюльпаны и бордовая эустома зимой? Оригинально!

…Или вот бежевый ковёр с мелким растительным рисунком темно-коричневого и вишневого цвета. Прелесть! Еще мне понравились элегантные витые подсвечники на туалетном столике по обе стороны от зеркала. По три свечи на каждом подсвечнике. И новые, ни разу не зажженные… Будто Эльдора собиралась гадать.

Мебель в комнате была старинной, из орехового и дубового дерева. Как в музее. Распахнутый платяной шкаф изнутри был обит бордовой тканью. Это мы, когда искали Эльдору, забыли его закрыть.

Пошатываясь, я приподнялась над столиком, но сразу же почувствовала слабость.

Устала. Я безумно устала после длинного сумасшедшего дня. Сколько сейчас времени?

Мутным взглядом оглядев комнату, часов я так и не заметила.

… Плюхнулась обратно на пуфик и уронила голову на руки, не имея сил больше ее удерживать.

Ладно, посижу так, отдохну.

… Мне почудилось, что где-то вокруг столика витал явственный запах горького шоколада.

«Эльдора - сладкоежка?»– мелькнула последняя мысль перед тем, как я окончательно заснула.

Глава 16

*Чарр Стравински

Я напугал Лизу. Она в панике сбежала, и я не посмел последовать за нею, чтобы всё объяснить. Ужас в ее глазах будет преследовать меня долго.

Я – чудовище, зверь. Пусть и созданный искусственно. Но я отличаюсь от других мужчин. Кардинально и в худшую сторону. Да-да, в романтических отношениях моя вторая ипостась лишь мешает, а не помогает.

Раньше я не задумывался об этом, не представлял, что когда-нибудь мне захочется женского внимания. Захочется близости не только физической, но и душевной. Просто быть рядом с девушкой, оберегать её, холить и лелеять.

Носить на руках…

О, с каким удовольствием я бы подхватил на руки Лизу и отнес к себе!

Да, никогда раньше я не думал, что к простой с виду девушке у меня возникнут такие сильные чувства. Вот так, почти сразу. «Симпатия с первого взгляда» - как любила говорить бабушка.

Да, я хочу быть с Лизой так сильно, что уже почти ненавижу своего дракона.

Теперь я чётко понимал – это моё проклятие, оно испортит мою жизнь. Лиза ни за что не согласится встречаться с драконом, для неё – это за гранью.

Она, простая человечка, даже не подозревала раньше, что магия существует. Принять ей было это сложно. Поверить в неё, увидеть и прочувствовать на себе…

Что же говорить о моей драконьей ипостаси?.. Нет, она долго-долго не сможет принять её.

Лиза, Лиза… В какой момент ты стала для меня важна?

Простая попаданка, обычная девушка без каких-либо особых достоинств.

…Третий размер груди только прыщавый подросток типа Паскаля может посчитать за достоинство. Нет, я привык смотреть вглубь. Оценивать человека или мага по его душевным качествам.

И теперь забота о ее психическом состоянии перекрывает горячие желание догнать её и всё объяснить. Пусть побудет одна. Пусть смирится с тем, что видела.

А мы с Генрисом пока займемся двумя пострадавшими. Придётся вызвать доктора к Эльдоре и Паскалю, признаться в гибели бабушки. Непредвиденное нападение заставляет меня обнародовать свое горе.

Не дожидаясь вечера.

Я внимательно посмотрел на лежащих плашмя на кровати Паскаля и Эльдору. Да, дело скверное. Они не просто потеряли сознание. Возможно, их души потерялись в межпространственном вакууме.

Бабушка называла его «астралом».

***

И всё же, день накануне Чудогодия продолжал удивлять. Всё шло не как обычно. Я бы даже сказал, перевернулось с ног на голову.

Нашего семейного доктора Гроуэнса не было на месте. Генрис вернулся и доложил, что доктор уехал на все праздники к дальней родне. Пришлось прибегнуть к помощи совершенно незнакомого мне человека, доктора Лайнса. Он купил крохотную практику на другом конце города, и Генрис пропал на целых полтора часа, пока не привез высокопарного сухонького старичка в нашу гостиную.

-У меня к вам деликатное дело, - заложив руки за спину, я чинно бродил вокруг мягкого кресла, на котором восседал доктор. Благородные черты лица его вызывали доверие. Как и готовность быть посвященным в семейную драму. Я с порога так назвал нашу экстраординарную ситуацию, - Моя бабушка, княгиня Стравински, умерла сегодня утром. Моя сестра, Эльдора Боррэй, дочь лорда Боррэй, находится в бессознательном состоянии, как и мой помощник Паскаль Грин.

- С кого вы желали бы начать, лорд? – деловито спросил старичок, - Если с трупа вашей бабушки, то…

- Не с трупа! – поморщившись, перебил его я, - С живых. Генрис проведет вас, и я прошу вас сохранить конфиденциальность.

- Разумеется, лорд! – доктор Лайнс покачал головой, - Надо же, какие неприятности свалились на вашу семью в Чудогодие!

Не найдя, что ответить, я махнул в сторону подошедшего слуги. Генрис вежливо предложил последовать за ним в гостевую спальню, где на двух кроватях (пришлось для Эльдоры притащить еще одну) возлежали наши страдальцы.

Доктор подхватил свой увесистый саквояж и последовал за Генрисом.

Я сел писать отчет, но не мог отделаться от одной мысли.

«Шоколад». «Неделю назад мадам распорядилась купить фунт растолченных какао-бобов, и мадемуазель Эльдора самолично приготовила из них шоколад»…

Казалось бы, причем здесь шоколад? Я слышал, что перед смертью у пожилых иногда меняются привычки. Или это говорилось про женщин в положении?

И всё равно, меня беспокоила эта странность. Заказать какао-бобы, попросить приготовить внучку домашний шоколад… Очень непривычно, странно. Проще же купить!

… Когда отчет был готов и отправлен, я вспомнил еще одну деталь: Эльдора приехала вчера. А значит, она за неделю она дважды приезжала в особняк. Но почему не осталась погостить на неделю?

Вопросы… Одни вопросы.

Но я не тот, кто позволяет себе не находить ответы.

Доктор Лайнс сработал профессионально. При помощи своей целительной магии он вернул в тело душу Эльдоры, проверил