Игра в правосудие - Эльвира Владимировна Смелик

А между прочим, у мистера Кэрригана глаза светло-голубые с золотистыми вкраплениями, совсем как у Эмберли. Хотя, скорее всего, он немного младше Тани, а не старше, как должно было быть.

Срезая путь, девушка завернула в узкий переулок. Заброшенная водонапорная башня возвышалась над обшарпанными одноэтажными домишками. Эмберли передернула плечами, подумав о том, что кто-то живет еще хуже, чем они с матерью.

– Косяк есть? – гнусавый голос, неожиданно раздавшийся за спиной, напугал, заставил нервно дернуться и оглянуться.

Парень ее возраста, только вот видок у него, будто несчастный сбежал из какого-нибудь столетнего заточения: синяки под выцветшими глазами, а сам бледный как смерть.

– Не курю, – пробормотала Эмберли и поспешно отступила.

– Так и не ходи тут, раз не куришь, – гнусавый раздосадованно махнул рукой и исчез. Буквально только что был за спиной – и нет. Нырнул в скрытую дыру в штакетнике, не иначе.

Едва ли не бегом миновав эту улочку, Эмберли вышла на порядком вытоптанный пустырь, где были лишь горы песка и булыжников с редкой колючей порослью. Тоже не слишком привлекательное место, лучше и здесь не задерживаться! И вообще больше не пытаться срезать заранее намеченный путь. И только оказавшись на широкой улице уже вполне приемлемого вида, Эмберли наконец-то успокоилась.

Здесь дождя не было. Или не только здесь? Пока искала подходящие слова для разговора, пока пробиралась задворками, девушка просто не заметила, как он закончился. С ней всегда так. А местечко, куда она попала, тоже не самое оживленное. Даже не улица – дорога, вдоль которой нескончаемо тянулся забор, а перед ним – зеленая аллейка. Зато вдалеке по узенькой дорожке среди деревьев мелькали силуэты фанатичных бегунов.

Целеустремленно шагая вперед, девушка не заметила, как со спины ее нагнал кто-то и резко дернул за рюкзак. Возможно, это был тот самый, гнусавый.

Эмберли инстинктивно схватилась за лямки.

Нападавший был ощутимо сильнее и наглее, но и Эмберли не думала сдаваться. В рюкзаке – полжизни.

– Отпусти, дура! – рявкнул вор.

Она не ответила.

Тратить на это силы, уже и так почти покинувшие ее, не хотелось. Сердце подкатило к горлу и бухало там вместо бомбы с часовым механизмом. Руки внезапно сделались ватными и потными, рюкзак трещал. Внутри него лэптоп, куча всякой нужной мелочи – за подобное добро можно выручить от силы пару баксов, но ведь вор этого не знал. Должно быть, он проследил за Эмберли, решив, что та окажется легкой жертвой.

Какая-то неловкая секунда, и лямка выскользнула из пальцев. Нападающий громко присвистнул и помчался вперед. Только убежать далеко ему не удалось. Один из бегунов, которых Эмберли заметила на аллее, с размаху сшиб вора, поднял за шкирку, отобрал рюкзак – и все это буквально за несколько мгновений.

Дерек! Опять Дерек. Словно ангел-хранитель, появляется в самый нужный момент и спасает. А она его издалека даже не узнала.

Подошел, протянул рюкзак, процедил сквозь неровное дыхание:

– Я же предупреждал, не связывайся со всякой швалью.

Объяснить ему, что она ни с кем и не связывалась, у Эмберли вряд ли получилось бы. Ровно так же, как и тогда, с Купером. В присутствии парня слова разбегались и дыхание перехватывало.

– Спа-сибо! – только и смогла выговорить она, но запнулась даже на единственном слове.

– Не за что, – Дерек улыбнулся одним лишь уголком губ и оглянулся по сторонам.

Она повторила его движение.

Вора и след простыл, и, видимо, это вполне удовлетворило парня. Он махнул Эмберли рукой, поправил наушники и побежал к одному ему видимой цели, а девушке осталось только вздохнуть и тоже двинуться дальше. Уж у нее-то цель вполне определенная.

В данный момент у дома мистера Кэрригана было безлюдно и тихо, только основательно затоптанный край газона подтверждал, что идиотский репортаж и еще более идиотский пикет из возмущенных мамаш Эмберли не приснились. Хотелось надеяться, что не только дождь, но и полиция вмешалась, заставила этих ненормальных убраться восвояси, и теперь они больше сюда не сунутся.

Но все-таки девушка остерегалась приближаться к нужному ей дому, поэтому немного поболталась чуть поодаль, приглядываясь к окружающей обстановке, пытаясь отыскать тайных наблюдателей, но так и не обнаружила ничего подозрительно.

Для начала Эмберли просто прошла мимо, вдоль по тротуару до соседнего участка, потом вернулась и только тогда ступила на тропинку, ведущую к крыльцу с табличкой «14», поспешно дошагала до дверей и отыскала кнопку звонка.

Девушка надавила на нее раз, другой, а потом стала жать на нее снова и снова. Кажется, звонок уже начал хрипеть, но мистер Кэрриган и не думал открывать, хотя наверняка находился дома.

Почему? Неужели он считал, что Эмберли тоже пришла его обвинять? Или, возможно, он не был уж так невиновен, если прятался даже от нее?

В очередной раз, накрыв кнопку пальцем, девушка решила, что, если дверь не откроется прямо сейчас, она уйдет, и тогда будет совершенно непонятно, как действовать дальше и что вообще думать. Но дверь открылась. Точнее, приоткрылась, совсем чуть-чуть.

– Уходи, Эмберли, – произнес мистер Кэрриган в образовавшийся просвет.

Голос спокойный или скорее безразличный, лишенный интонаций. Взгляд немного сумрачный и усталый.

– Я только хочу поговорить, – Эмберли уперлась ладонью в дверь, но та не поддалась, а мистер Кэрриган качнул головой и чуть слышно хмыкнул.

– Зачем? Ты же понимаешь, что твой приход могут расценить как угодно. А ни мне, ни тем более тебе лишние проблемы ни к чему. Поэтому уходи.

– Хорошо, – согласилась Эмберли. – Но тогда просто скажите. Точнее, подтвердите: Саванна врет? Ничего такого ведь не было?

Последняя фраза даже не получилась вопросом, скорее утверждением, но учитель не торопился с ответом. Он посмотрел отрешенно, его рука, придерживающая край двери, дрогнула.

«Сейчас захлопнет перед носом», – подумалось Эмберли. Но мистер Кэрриган на секунду опустил глаза, потом опять глянул на девушку и произнес:

– Не было.

– Тогда зачем она все это выдумала? – торопливо выдохнула Эмберли и на всякий случай сильнее надавила на дверь, чтобы та все-таки не закрылась. Конечно, это не совсем правильно, но ей обязательно надо узнать.

Учитель помолчал несколько мгновений, сверля ее взглядом, видимо, решая, как поступить. У него бы хватило сил отпихнуть Эмберли и запереться в доме, но он не стал этого делать.

– Вероятно, из-за оценок, – произнес безучастно. – Из-за «F» за несколько последних работ. Она требовала исправить, а я не стал. И тогда пообещала, что я еще пожалею.

Да, это в духе Саванны – Эмберли ни капли не сомневалась. Судя по ней, судя по ее мамаше и по сегодняшнему пикету у дома.

– Тогда почему вы все это не рассказали? – воскликнула она. С негодованием. С изумлением.

Мистер Кэрриган усмехнулся несколько снисходительно и тихо вздохнул:

– Я рассказал.