Страсть на грани - Людмила Мартова

согласилась Татьяна Ивановна. — Это ее так в коттеджном поселке зовут, княгиня, — пояснила она, поймав непонимающий взгляд дочки и зятя.

— Несите-ка сюда эти картинки, — сказала Лера, которой категорически не нравилось происходящее.

Мальчишки сбегали в дом и принесли перетянутую канцелярской резинкой стопку картонок, на которых действительно с одной стороны красовались павлины, а с другой были витиеватым старорусским шрифтом набраны всякие стихи, цитаты и просто факты из жизни павлинов.

— Посчитала? — спросил у нее Олег.

— Да, — ответила она и улыбнулась. — Все как в аптеке, ровно двадцать одна штука. Как и положено в последовательности Фибоначчи.

— Как бы узнать, кто та тетка, которая разговаривала с пацанами, — задумчиво проговорил Олег. — Она точно здесь живет, в нашем поселке или, в крайнем случае, в коттеджном. Для того чтобы подкинуть картинки, нет смысла из города ехать. Если бы это была «княгиня», то след бы точно вел к Ланским, но раз не она, то думать можно на кого угодно. Тут восемьдесят домов почти. Но вообще-то это была ошибка — показаться детям. Они же ее опознать смогут, если увидят.

— Олег, я боюсь, — тихо сказала Лера. — Валю Резвухина убили не за понюх табака, а если они, кем бы они ни были, решат что-то с детьми сделать? Тут же только мама, она не сможет их защитить. Ей самой защита нужна.

— Не бойся, — Олег приобнял ее за плечи. — Я убежден, что совсем скоро Димка Воронов все выяснит. Они не посмеют тронуть детей, тем более что дети ничего не знают. Не волнуйся, пожалуйста. Скоро у меня отпуск, я сюда приеду и буду целыми днями за ними смотреть. Хочешь?

— Хочу, — Лера благодарно улыбнулась. — Только отпуск у тебя в августе. А сейчас середина июня.

— Этим упырям клад нужен, а не Степка с Антошкой. Верь мне, пожалуйста, все будет хорошо.

Поздним вечером, когда все уже напились чаю и убрали с большого деревянного стола под раскидистой яблоней посуду, Лера вышла на крылечко. Пели цикады, пахло вечерней травой, нагретой за день июньским солнцем, в реке плескалась рыба, на соседских участках звенели голоса. Миром и покоем дышала поселковая жизнь, которой не было никакого дела ни до чьих тайн.

Из дома выскочил Степка, сел рядом, прижался к ее плечу.

— Мама, я давно хочу тебя спросить, а почему ты фамилию Олега не берешь? — спросил он, и Лера в немом изумлении посмотрела на сына. Такого вопроса она от него почему-то совершенно не ждала.

— А почему ты спрашиваешь, сынок? — уточнила она аккуратно.

— Ну, ты же с ним поженилась. А жена должна брать фамилию мужа. То есть теперь ты должна быть Золотова, а не Соболева.

— Но вы ведь Соболевы у меня, — засмеялась она и чмокнула сына в теплую вихрастую макушку. — Мне гораздо важнее, чтобы у меня с вами была одинаковая фамилия, а не с Олегом.

— А почему мы не можем тоже стать Золотовыми? Тогда бы у нас у всех была одинаковая фамилия, — упрямо гнул свою линию Степка. Лера аккуратно отстранилась и внимательно посмотрела на него.

— Потому что вы с Антошей — сыновья своего отца и носите его фамилию. Папа не сделал вам ничего плохого. И родительских прав его не лишали. Поэтому вы Соболевы, и я, как ваша мама и папина бывшая жена, — Соболева. А Алена — Золотова, хотя Олег с ее мамой тоже развелся.

— Все равно в этом есть что-то неправильное, — сказал сын и вскочил со ступенек. — Ладно, мам, я спать пошел.

* * *

Весы каждый день били новые рекорды. К концу июня Лера с изумлением обнаружила, что весит семьдесят пять килограммов, последний раз такой результат она показывала десять лет назад. Штаны сваливались, платья и сарафаны болтались, прошлогодняя летняя одежда ни к черту не годилась, поэтому пришлось снова посетить любимый секонд-хенд, чтобы как-то спасти ситуацию.

Стремительное похудение Леру уже тревожило, потому что есть хотелось практически постоянно и так сильно, что она даже ночью вставала, чтобы схомячить кусочек хлеба с кефиром. И все равно теряла в весе.

Трепетно прислушиваясь к себе, она искала симптомы каких-то неведомых, но очень страшных болезней, которые могли настичь ее во цвете лет и оказаться неизлечимыми. Уходить из жизни, полной тайн, приключений и любви, не хотелось, поэтому Лера была готова при первых же признаках недуга бежать к врачу и бороться за выздоровление. Однако у нее ничего не болело. Не кружилась голова, не тошнило, не было приступов сонливости и слабости. Просто хотелось есть и уходила так мучившая ее последние годы полнота.

Идти к врачу с такими смешными симптомами было стыдно. Лера представляла, как она отпрашивается с работы, берет в поликлинике талончик, терпеливо сидит в очереди, а потом объясняет врачу, что ей страшно от того, что у нее наконец-то начала появляться талия. Дальше ее богатое воображение рисовало позорное изгнание из кабинета и запрет отвлекать доктора от работы с теми, кто в этом действительно нуждается.

Немного помучившись, она решила посоветоваться с бабулей. Волновать старушку ей, конечно, не хотелось, но бабуля всю свою сознательную жизнь была врачом, причем приличным врачом, а потому ее дельный совет был как нельзя кстати.

За внучкину жизнь и здоровье бабуля, к слову, совсем не испугалась. Спокойно выслушала сбивчивый Лерин рассказ, спустила на кончик носа до невозможности стильные очки в тонкой серебряной оправе, посмотрела на внучку поверх этих очков, причем Лера голову бы дала на отсечение, что взгляд был ехидным и насмешливым, и спросила:

— И что тебя смущает?

— Я не понимаю, что со мной, — призналась Лера.

— С тобой все в порядке. Ты беременна, — констатировала бабуля и усмехнулась, глядя на оторопевшую внучку. — Ты что, родив двух сыновей, до сих пор не научилась определять признаки беременности? Лерочка, честное слово, ты меня удивляешь.

— Я беременна? — У Леры даже губы с трудом шевелились от изумления. — Бабуля, но этого не может быть!

— Почему? У вас с мужем что, фиктивный брак?

— По-чч-чему фиктивный? А, нет, настоящий, — Лера густо покраснела. — И мы не предохраняемся, если ты об этом. Мы об этом не разговаривали, как-то само собой предполагалось, что мы оба не против общего ребенка, но я как-то не думала, что это случится так быстро. В прошлые разы у меня не сразу получалось забеременеть.

— Этот твой новый муж все делает стремительно, мигом женится, мигом брюхатит, — проворчала бабуля, но Лера видела, что Олегом она, как ни странно, довольна.

— Бабуля, но почему я худею?! — воскликнула Лера. — При беременности положено набирать вес, и в