Джон Макдональд - Трэвис Мак-Ги

- Та-ак, уже что-то жужжит. Грязная работа, Трев.

- Ты знаешь, что я ни в коем случае не мистик, и я сказал им обоим об этом. Потому что, когда она позвонила мне и вызвала на Гавайи, я взглянул на эти снимки и уверил ее, что у нее было что-то вроде галлюцинации.

- Я бы на твоем месте спешно помчалась обратно, - заметила Дорис.

- Идея недурна. Но сейчас, знаешь ли, она где-то к юго-западу от Гавайев на той самой восхитительной яхте, с тем же самым восхитительным парнем!

- Ладонь Дорис тут же накрыла мою лапищу. Мне стало немного легче.

- Ох, Господи, - сказала она. - Как безжалостно и глупо. Может быть, он сумасшедший?

- Куда они направляются, - поинтересовался Гейб.

- Паго-Паго. Должны быть там в четверг, десятого января. В пути уже двенадцать дней. Она собирается развестись с ним. По крайней мере, она объявила ему: что между ними все кончено. Она только помогает ему привести яхту, у них нашелся покупатель.

- И эта девушка так дорога тебе?

Я попробовал улыбнуться, но боюсь, вышла гримаса.

- Она очень богата и недурно готовит. Она слишком молода для меня. Хотя считает, что мы созданы друг для друга...

- Погоди-ка, - прервал меня Гейб. - Так они на яхте весь путь от Мартиники до Гавайев? Вдвоем?

- Да.

- Почему же теперь они в большей опасности, чем тогда?

- Она была и тогда. - Я рассказал им о двух покушениях Говарда. - Я пытался осмыслить все это, но у меня ничего не вышло. Так просто было сказать: ребята, вы беситесь с жиру. Но Говард Бриндль знал, что убьет ее еще когда брал в жены. Весь этот круиз был задуман именно для убийства. Потому что, если они уплывут из Лодердейла на неделю-другую, а через три дня он вернется и скажет: вы знаете, Гуля свалилась за борт и утонула, его просто растерзают на месте. Он знал это. Эта история - одна сплошная помойная яма.

- Говард Бриндль! - сказала Дорис. - До чего удивительно обычное имя.

- А как насчет его биографии? - поинтересовался Гейб.

- Не то, чтобы у меня были улики, но около него наличествует уже два трупа, не считая той несчастной попутчицы.

- Из-за денег?

- Не думаю, что этому были вообще какие-то определенные причины. Может быть, это мания, может быть озлобленность и желание противостоять всему миру. Он хитрый, поворотливый и сильный. Не думаю, что он слишком умен. Я хочу сказать, что умный человек изъял бы эти снимки у жены после того, как нужный эффект был достигнут.

- В чем заключался эффект? Заставить ее поверить, что она сошла с ума?

- Заставить ее сказать нескольким близким друзьям, что она сошла с ума. Так, как она сказала мне. Так, чтобы он мог сказать, что он беспокоится за нее. Может бють, он спланировал все с самого начала. К тому моменту, как с ней наконец что-то произойдет, в его пользу будут играть и месяцы, проведенные ими вдвоем в океане, и ее безумие. И найдутся друзья, которые подтвердят: да, она стала какой-то очень странной, чудной какой-то. Может быть, у него такое хобби - убивать станных людей. С ними не будет ни одной серьезной улики. А тут еще солидный куш: около миллиона долларов. Так что он будет очень осторожен. Мне кажется, у него нет настоящих глубоких чувств. Он слишком легко плачет. Или в таком случае он величайший актер в мире.

- Но ведь, можно связаться с ними по радио? - робко сказала Дорис. Выслать корабль. Вертолет, наконец.

- Славная ты у меня девочка, - улюбнулся Гейб. - Океан, знаешь ли, большой. Несколько войн назад целая куча самолетов, кораблей, радарщиков и прочей ерунды пытались засечь в океане флотилию, а не одну маленькую яхту. Неделями пытались. Да, еще и подключили к поиску кучу субмарин. В конце концов обнаружили - совершенно случайно. А флотилия, скажу я тебе, занимает несколько квадратных миль в океане. Через Тихий может нестись целая регата парусных судов, ты будешь об этом знать, но пролетишь мимо раз десять, пока тебе посчастливится засечь хотя бы одну яхту. Вот если у тебя есть прямая радиосвязь и ты знаешь до тонтостей маршрут судна, вот тогда только ты сможешь по пеленгу обнаружить его. И то с поисковым самолетом.

- Разумеется, ничего подобного на "Лана" нет, - сказал я.

Повысло молчание. Гейб прищурился в небо. Казалось, он что-то обдумывает.

- Являться в порт одному было бы вопиющей глупостью, - сказал он. Если человек говорит, что его жена упала или спрыгнула за борт, первый возникающий у всех вопрос будет: а не столкнул ли ты ее сам? При этом не важно, сколько месяцев или лет они плавали вместе. Хоть трижды вокруг света. А если еще и обнаружится - а это обнаружится тут же - что они женаты меньше полутора лет, сразу станет ясно, что дело в ее деньгах. И любой идиот сообразит, что в таком случае он должен был привести тело в порт.

Я поинтересовался, будут ли законники чинить какие-либо препятстаия вступлению во владение наследством, потому что, насколько я знал, у Гули не было завещания. Все зависит от того, сколько будет длиться судебное разбирательство, ответил Гейб. Но в любом случае они будут иметь право отсудить в пользу государства до сорока пяти процентов. Я задумался над этим и дошел до совершенной ерунды. Голос Гейба вернул меня к действительности. Оставим завещание. Лучше подумаем, что Говард Бриндль вероятнее всего сделает с моей девочкой. Да, его женой. Но моей девочкой. Я могу назвать момент с точностью до дня, часа и минуты, с которой она перестала быть его женой.

- Всегда хорошо быть жывым свидетелем, - пробормотал я.

- Не понимаю, - отозвалась Дорис.

- Кем-то, кто действительно знает, что то, что произошло, в самлм деле произошло, - пояснил Гейб. - Такие особы всегда думают, что они видели нечто, что кому-то важно было видеть и слышали нечто, что кому-то важно было слышать. Самовнушение. Но я должен тебе напомнить, что мистер и миссис Бриндль на своей яхте совершенно одни. Посреди Тихого океана. И без каких бы то ни было свидетелей.

И все это потому, что я убедил себя и убедил ее, что Говард - очень славный, немного глуповатый обычный парень, а у нее - мания преследования на нервной почве! Но она решила его бросить, и теперь он знает, что больше у него нет шансов не будет. Единственная вещь, которую я еще могу сделать для нее - это быть В Паго-Паго в тот час, когда они туда прибудут.

- Она будет на яхте, - сказал Гейб. - Обязательно будет. Если он не довезет ее до порта, ему будет не отделаться от подозрений или по крайней мере сплетен. Он не захочет рисковать.

- Я не знаю даже, сможет ли он все это рассчитать. Я не знаю, насколько хватит его благоразумия.

- Но если хватит, то тогда ты, вероятно, сможешь удержать его от дальнейших действий. Хотя бы обвинением в одном из тех возможных убийств, о которых ты говорил. Или той девушки - ее то он убил почти наверняка. Гейб вертел в руках пакет с фотографиями.

Я задумался. Я хорошо помнил рассказ Говарда, и хотя сомневался, что мне удасться это доказать, но в этой истории все-таки было за что уцериться.

- Две девушки путешествуют вместе, - задумчиво начал я. - Пытаясь на попутных судах добраться до Санта-Круса до Плимута - того, который на острове Монтсеррат, а не в Массачусетсе. Джой Хэррис И Сесил... Сесил?.. Селия. Да. Селия Какой-то-Зверь. Булл? Вулф?

- Может быть, Катц? - издевательски подсказал Гейб.

- Ну, конечно. Американская девушка с немецкой фамилией! Вспомнил: Фокс! Селия Фокс, сестра которой выходила за муж за какого-то адвоката в Плимуте. Может быть, это можно было бы выяснить по телефону сразу после Нового Года, если Майер вспомнит фамилию того адвоката, с которым знаком в Плимуте, и если Селия и ее сестра обе носили фамилию Фокс. Впрочем, мне кажется, что парень должен быть англичанином, ну, может, только первого поколения колонистов. Тогда его женитьба на американской девушке - более чем достаточная информация, чтобы найти их обоих. Но что мы с этого будем иметь? Предположим, я найду юную миссис Адвокатшу, наберу ее номер и сумею убедить, что она просто обязана дать мне адрес Селии Фокс - если только он у нее есть. Предположим, я разговорюсь с Селией, и она скажет, что да, Джой Хэррис уехала на "Лани" с Санта-Круса, и с тех пор ее никто не видел и никто о ней ничего не слышал. Предположим, я смогу созвониться с родителями Джой Хэррис, и они, невероятно обеспокоенные, тоже скажут мне, что ничего не слышали о своей девочке вот уже год. И что их этого? Девушки хипповали на островах. Что в этом предосудительного с точки зрения закона? Это я могу быть тысячу раз уверен, что очень скоро после того, как Джой Хэррис рассказала Говарду о том, что Гуля сфотографировала ее, нежущуюся на солнышке, Говард немедленно разработал свой "маленький розыгрыш", а потом свернул Джой шею и скинул ее в море, вместе с ее шмотками, веревочными сандалиями, драными джинсами и гитарой.

Дорис шевельнулась и издала ахающий звук.

- Пожалуйста, не надо больше. У меня хорошее воображение.

- Я больше не буду. Есть и другая вещь, которую хорошо бы все-таки выяснить. Гуля сказала, что когда двигатель был включен, она как наяву слышала голоса Говарда и Джой, болтающихся и смеющихся. В общем-то, конечно не так уж сложно спрятать на яхте магнитофон с лентой, склеенной в кольцо, подсоединить его к двигателю так, чтобы они включались и выключались одновременно. Я точно знаю, что Говард мог это сделать. А голоса и смех, которые слышатся в каком-то звуке - неважно, в ревущей воде или в шуме работающего двигателя, - по утверждению медиков, одна из самых распространенных галлюцинаций.