Легенда о мертвой Джинни - Энни Кей

никому не суждено этого узнать, – сказала Глория, сделав глоток из стремительно пустеющего бокала.

– Вы учились в школе, когда это произошло?

– Да, в выпускном классе. А она даже не знаю, в каком. Когда ты капитан группы поддержки, организовываешь выпускной для целой школы и не забываешь об итоговых экзаменах, не до маленьких выскочек, пусть и очень богатых.

– Знаете, судя по вашему дому, рискну предположить, что и у вас довольно состоятельная семья… – пробормотала я.

Моя бестактность ей внезапно польстила.

– Не стану этого отрицать, – с улыбкой пропела Глория. – Отец никогда не жалел сил и денег, чтобы мы с мамой жили достойно. И сейчас продолжает это делать. Мой муж работает на предприятии отца, вместе с ним. И Гарольд, скорее всего, пойдет по его стопам – не думаю, что ему будет очень интересно работать после колледжа где-то в другом месте. Да и с отцом и дедом он отлично ладит. Хорошо, когда есть преемственность в семье. И хорошо, что она не сработала в случае с моим мужем.

Она подняла бокал как бы в благодарном тосте.

– Да, мужчины из семьи священнослужителей часто выбирают путь своего отца, – согласилась я.

– У Джорджа тоже были все шансы поступить в семинарию: он с детства помогал отцу в церкви. К тому же у него прекрасный музыкальный слух, как и у меня, он до сих пор иногда выступает звонарем в нашем приходе… Вы были в нашей церкви? Мы проходили ее только что.

– Да, она великолепна!

– Бесспорно. И это единственное, чем может гордиться мой свекр. Все остальное в нашей семье – заслуга моего отца.

– Вы слышали о призраке Джинни Харди? – Я специально задала этот вопрос ни с того ни с сего, чтобы увидеть искреннюю реакцию Глории.

Она выглядела сбитой с толку, но не напуганной. Скорее заинтригованной.

– Что еще за призрак?

– Ну, вам не встречалась на улице босоногая девушка, одетая в белое платье и фату?

– А-а, – разочарованно протянула Глория. – Сразу видно, что вы не из этих мест. Это у нас популярный костюм на Хэллоуин, но сейчас его надевают все реже: вчерашние и даже позавчерашние новости. Уже и не скажешь наверняка – труп невесты или Джинни Харди, но девочки любят носить фату.

– И все носят этот костюм с босыми ногами? – с сомнением спросила я.

– Ну, вряд ли босыми, конечно, – холодно ведь очень. Может, что-то надевают, чтобы казалось, что босые, а на самом деле нет. Сейчас чего только не придумывают, каких только костюмов нет.

– Ну да, ну да… – протянула я; меня успокаивало мирское, хоть и притянутое за уши объяснение Глории.

– Сейчас уже никто и не вспоминает о том, что произошло с Вирджинией Харди, люди живут дальше своей жизнью, а Харди – своей.

Помолчав, я спросила:

– Вам не кажется, что жизнь семьи Харди как раз закончилась после смерти Джинни? Отец тоже убил себя, мать в психиатрической больнице, а Генри Харди так и не обзавелся собственной семьей и живет отшельником в огромном доме.

Глория равнодушно пожала плечами и слегка скривила свои красивые губы:

– Ну а нам-то какое дело? Не нужно упрекать себя за то, что ты счастлив, если несчастлив кто-то другой. Сейчас часто читаю, что дети в школе сталкиваются с давлением и даже гонением со стороны своих сверстников или детей старше, но в наше время ничего подобного не было. И уж тем более такого не было с Харди. Это сейчас Генри Харди отгородился от целого мира, а тогда мы вместе оканчивали школу, ходили на дискотеки, он дружил с местными парнями, а его сестра – с девчонками. Никто не избегал их, так что нам всем точно не в чем себя упрекнуть за такой ее поступок. Это только ее проблемы, и никто в Холмсли Вейл не должен за это отвечать.

«Как минимум, кто-то стал отцом ее ребенка, – думала я про себя, – так что совсем уж всех назвать непричастными едва ли получится». Если бы я только могла сказать Глории о беременности Джинни, думаю, это открыло бы мне неиссякаемый источник новой информации. Но выдать это главной, судя по всему, сплетнице округи было бы большой ошибкой, особенно на пороге примирительной встречи с Генри.

– Как вы считаете, исчезновение Бобби Джентли и Микки Хита связано с самоубийством Вирджинии Харди? – Раз уж Глория так настойчиво звала Джинни полным именем, я решила, что ей будет комфортнее, если и я буду звать ее так же.

Глория встала, чтобы подлить в наши бокалы свежую порцию крепленого. Когда она двигалась, то плавно раскачивалась вперед и назад, отчего появлялось ощущение, что она плывет над полом, не передвигая ногами. Мне это что-то напомнило, но в тот момент я только завороженно наблюдала за ее грациозными движениями. Интересно, где деревенская девочка набралась такого аристократизма движений?

– Маделин, я понимаю, вам хотелось бы, чтобы в нашей вариации «Сонной Лощины»[3] все дышало какими-то призраками из готических романов, но, боюсь, у нас все банально и заурядно.

Она отдала мне бокал и осторожно ударила его своим.

– Здесь, – продолжила она, – не случается ничего подобного.

– А как вы тогда объясните исчезновение мальчиков?

Глория вздохнула.

– Не хочу быть пессимисткой, но думаю, с ними случилось что-то плохое. Все же праздник, молодежи много. Может, где-то позволили себе лишнего, выпили, может, подрались, и вот…

– Но где же они тогда?

– Кто знает. У нас густые леса. Если иногда люди допускают ошибки молодости, они не должны за них расплачиваться всю оставшуюся жизнь…

– То есть вы думаете, что их кто-то случайно убил, а потом спрятал тела в лесу?

– Или в реке. – Глория снова пожала плечами, а взгляд ее стал стеклянным и отстраненным.

Я замотала головой, не в силах принять такую версию событий.

– То есть, по-вашему, это мало того что произошло случайно, так еще и, по совпадению, два года подряд?

– Это всего лишь два раза, а не двадцать два, почему бы и нет.

Я с силой зажмурилась и снова открыла глаза. Шерри давал о себе знать, дурманя и мою голову, и, очевидно, голову Глории.

– На Хэллоуин пропали два парня – совпадение?

– А когда им еще пропадать? – удивилась Глория. – Нет, я понимаю, что для вас это странное совпадение, потому что в городе, где круглый год открыты ночные клубы, а алкоголь молодые люди распивают на стоянках у супермаркетов, конечно, несчастные случаи происходят чаще, а на разные праздники их становится еще больше. Но здесь, в Холмсли Вейл, Хэллоуин – один из немногих действительно масштабных праздников в году; да вы это, наверное, и сами заметили. Именно поэтому выступление моего свекра вчера вызвало такое негодование: никто не хочет лишаться тех немногих радостей, которые нам здесь доступны.

Я вынуждена была признать, что знаю о местных традициях не так