Фан-клуб Посейдона - Дарья Александровна Калинина

Очень удачно, что с крыши именно вашего дома видны все окрестности. Вооружившись телескопом, вы могли с точностью до минуты сказать вашему сообщнику то время, которое он мог провести в чужом доме.

– Бред.

– В принципе вы могли справиться и вдвоем. Он в доме, ты на крыше. Но так как объект живет в доме не один, вместе с ним обитает еще молодая девушка, то ли дочь, то ли молодая подруга, то вам приходилось учитывать и ее тоже. И если бы хозяин отправился в одном направлении, а девушка в другом, вот тут-то вам и нужна была еще одна пара свободных глаз, тут бы и пригодилась Вера!

– Нет, я совершенно не могу взять в толк, о чем ты тут толкуешь? Какая девушка? Какие всадники? Ну, живут такие соседи, и что с того?

– Лучше бы тебе это понять. Потому что весь наш разговор записывается. И как только я нажму «Отправить», он тут же окажется на почте у помощника следователя, который только и ждет, чтобы с ним ознакомиться. Уверен, что у него немедленно возникнут к тебе вопросы. И начнет он свое расследование с визита к хозяину двух очаровательных лошадок.

– Ах ты, крыса!

Лицо Егора исказилось от злобы до такой степени, что Саша испугался, как бы он на него не кинулся. И еще он очень пожалел, что и в самом деле не делал такой записи, потому что, если Егор с дружком сейчас его тут прикончат, то Гавр ничего не узнает о том, что удалось разнюхать Саше.

Но все обошлось. Когда Саша думал, что Егор вот-вот его примется душить, входная дверь отворилась, и на пороге появился тот самый мужчина, которого Саша уже видел с высоты башни.

Пришел он не один, компанию ему составляли собаки. Тот самый громадный и лохматый зенненхунд и Барон, который явно был счастлив такому обществу.

– Утихни! – велел мужчина Егору. – Раз парень до сих пор ничего не предпринял, значит, он не крыса, а просто хочет разобраться. Верно, парень?

– Я хочу найти убийцу Веры. И если ваше предприятие каким-то образом может быть связано с ее смертью…

– Не может, – спокойно сказал незнакомец. – Тут другое.

Саша с интересом разглядывал его. Мужчина был уже не так молод, лет на десять постарше их с Егором. Невысок, невзрачен, но при этом держался с большим достоинством, никакого страха не демонстрировал, и самое главное – собаки явно души в нем не чаяли. Это лучше всяких других слов и объяснений заставило Сашу расположиться в пользу чужака.

– Зови меня Андреем, – велел тот. – А кто ты такой, я догадываюсь.

– Если вы мне все расскажете, что тут у вас происходит, то я клянусь, не стану впутывать вас в это дело с убийством Веры.

– Конечно, я расскажу, – все так же спокойно и невозмутимо сказал Андрей. – Тем более что ты и сам уже почти все знаешь. Да, Спиридон обратился к нам двоим за помощью. Ко мне и Егору. Ну, и Веру пришлось посвятить в курс дела, все равно она жила в доме и без этого было не обойтись. От них с Егором требовалось осуществлять контроль сверху его башни.

– А почему нельзя было просто проконтролировать смартфоны тех двоих?

– Нельзя, – возразил Андрей. – Не пользуется хозяин всякими такими штуками. Принципиально. Телефон у него кнопочный, не отследишь. Вот и пришлось действовать по старинке. Егор на башне, я внизу. Местоположение просто идеальное. Под страховкой Егора я мог бы копошиться в доме хоть каждый день.

– Погодите, вы что, проделываете этот трюк не первый раз?

– Уже неделю занимаемся поисками.

– И что же вы ищете?

Егор с Андреем переглянулись.

– Мы этого не знаем.

– Нет, так разговор у нас с вами не пойдет!

– Честное слово, мы не знаем. Да мне кажется, что и сам Спиридон не очень-то в курсе. Задание он получил от людей, с которыми был знаком еще на воле. Этим людям очень хочется заполучить некую коробочку, которая, как они точно знают, хранится у нашего любителя лошадей.

– Кто он такой?

– Какая-то крутая шишка, здорово разбогатевший на взятках и откатах чиновник. Имеет некий компромат, который никак не позволяет его засадить за решетку. А так как заигрался он довольно сильно, то избавиться от него мечтают не только его враги, но и его же собственные «друзья», хорошо осведомленные о его делишках. Они-то и скинули Спиридону инфу о том, как ему нужно поступить.

– А у Спиридона в этом деле какой интерес?

– Точно такой же, как и у нас с Егором.

– Деньги?

– Я даже и не собираюсь скрывать, что работаю исключительно за деньги. Ну, и еще немножко за идею. Разве засадить за решетку проворовавшегося чинушу такое уж плохое дело?

– Нет, не плохое.

– Я исполняю самые разные поручения самых разных людей. Это всегда поручения деликатного характера, и за это имею свою денежку. Но с убийствами я дела не имею.

– Это уже твоя принципиальная позиция?

– При чем тут принципы, хотя и принципы, конечно, тоже. Но дело в другом. Смерть Веры привлекла к нам совершенно ненужное внимание полиции. Егор – муж Веры, хоть ему и повезло, у него есть алиби, но все равно он будет постоянно требоваться сыщикам, чтобы дать то одни, то другие показания. А такое внимание нам с ним совсем не льстит. Оно попросту опасно. Да и зачем нам убивать Веру? Она была с нами заодно.

– Может, потому что она грозилась вас сдать?

– Вера? Нас? Да с какой стати? Она мечтала получить вознаграждение за хорошо выполненную работу ничуть не меньше, чем мы оба. Она даже на праздник к Диме ехать не хотела, невзирая на его многочисленные приглашения. Поехала только после того, как нам точно стало известно, что у нашего всадника в тот день будет полон дом своих гостей, а стало быть, очередной визит к нему для меня окажется невозможен.

– Но что это за коробочка? Что конкретно вы ищете?

– Спиридон описал этот предмет, чтобы я мог его найти. Выглядит он, как гладкий цилиндр из черного металла. Внутри у него находится то ли флешка, то ли какой-то другой носитель. Мне заглядывать внутрь контейнера настоятельно не рекомендовали, да я излишним любопытством никогда и не страдал. Но, судя по тому, что каждому из нас за работу обещали заплатить по десять тысяч евриков, ценность информации очень велика.

– А кто заказчик?

– Это может быть известно Спиридону, а может, и он сам не знает. В любом случае, аванс нами уже получен,