Наперегонки со страусом - Дарья Александровна Калинина

– Как мы должны были это проверить?

– Хотя бы осмотрели девушку? А вдруг у нее и правда на плече синяк от удара камнем?

Но полицейские в ответ лишь выразительно на Сашу посмотрели и посоветовали ему топать своей дорогой. И не обращая больше на него внимания, они заговорили между собой.

– Старуха-то на всю округу знаменитая, жалко ее, хоть бы выкарабкалась, – сказал один из них.

– А чем же таким она прославилась?

– Ты чего? Забыл? Это же на ее участке в Трушине археологи из города нашли клад с золотыми монетами.

– Чего?! – выпучил глаза второй полицейский. – Какой клад?

– А! Ты ничего не знаешь! Ну правильно, ты же у нас новенький. Меньше года работаешь. Да, была громкая история. Не этим, а прошлым летом археологи к нам из города прикатили, вроде как по местам боевой славы. Мальчишки совсем сопливые, а с ними руководитель. Вот они клад и откопали.

– И что? Ценный клад?

– Ну, мне лично повидать его не удалось. Вызвали нас, потому что соседи смекнули, бабка государству ничего добровольно не отдаст, не тот характер у человека. Но она шустрей оказалась. Когда приехали, клад уже словно корова языком слизнула. Но мальчишки, которые монеты видели, говорили, что они все золотые были. И, судя по виду, еще до Петра чеканились.

– И много их было? Монет этих?

– Много. Целый кошель. Ребятишки все монеты из кожаного кошеля, он уже совсем ветхий был, в черную холщовую сумку пересыпали, шопер по-ихнему. Так я видел похожий шопер, туда килограмма два картохи запросто влезало.

– Не хило! Два кило золотишка!

– Было да сплыло.

– И кто украл?

– Так мы этого и не выяснили. Бабка на археологов кивала. А они на бабку. Но сдается мне, что был еще кто-то третий, кто монетки себе и прикарманил.

История эта была Саше уже знакома. Ничего его не удивляло, за исключением одного момента. Степан утверждал, что монеты были медные, да еще отчеканенные во времена поздних Романовых, а потому стоимость их была сравнительно невысокой. А вот у полиции была совсем другая версия. Монеты были сильно старинными и отчеканены они были вовсе не из дешевой меди, а из самого настоящего золота.

Но в этом Саша был склонен верить Степану и не слишком доверять здешней полиции. Все-таки клад нашел именно Степан, он имел возможность хорошо разглядеть и запомнить монеты. А полиция прикатила к шапочному разбору, они и клада-то в глаза не видели. Только слышали, что клад был. Был да и сплыл.

Что-то царапнуло Сашу в этот момент за душу. Что-то очень важное почудилось ему в этом подслушанном рассказе.

Но вслух он спросил у полицейских совсем другое:

– Можно мне повидать Настю?

– На суде увидитесь!

– Пожалуйста!

– Нет! Не положено!

– Я вам заплачу.

– Ты смотри, какой настырный! – разозлились на него полицейские. – Посадим тебя в соседнюю камеру за попытку подкупа должностного лица. Так тебя устраивает? Будете общаться из клетки в клетку!

Конечно, оказаться в камере Саше совсем не улыбалось. Из камеры он Насте помочь точно ничем не сможет. А находясь на свободе, еще есть шанс.

Он сурово глянул на полицейских, которые ответили ему совершенно безразличными взглядами, и ушел.

Степан ждал Сашу на улице.

– Ну что? Идем за Анечкой?

– Куда?

– Домой к этому доктору! Я с Федором поговорил, он в таком шоке был от смерти доктора, что во всем мне признался.

– В чем признался?

– Все, как мы с тобой и предвидели! Доктор велел Федору, чтобы тот привез к нему домой Анечку. Сказал, что это в счет оплаты лечения Петеньки. Теперь доктор мертв, Анечка на свободе, пошли за ней скорее! Я бы и один сходил, да как-то боязно.

– Чего боязно-то?

– Собака там во дворе у доктора огромная бегает.

– Ты боишься собак?

– Таких огромных? Конечно, боюсь. А ты будто бы нет!

Саша покачал головой. Нет, он огромную Песю совсем не боялся. Собака не была ни злой, ни агрессивной. И странно, что маленький Петенька это сразу же понял, а вот взрослый, большой и такой начитанный Степан нет. Впрочем, Степан ведь и к Казбеку отнесся настороженно, хотя более робкой животины трудно было сыскать на этом свете.

– Я схожу с тобой. Все равно мне нужно забрать Барона. Только Ани твоей у доктора в доме нет.

– Как? Увезли! – ахнул Степан. – Это гномье семейство постаралось. Снова Федор мне дорогу перебежал! Видел, как он с женой и мальчишкой уезжали. Странно, но в машине, кроме них и собаки, никого больше не было.

– Какой собаки?

– Собаку, которая у доктора жила, они с собой увезли.

– Тогда кого же ты боялся, что за Аней не шел?

– Так Федор только что укатил. Я как раз собирался идти за Аней, а тут ты при-шел. Значит, это они Анечку мою снова увезли?

– Нет. Они тут ни при чем.

– А почему же тогда ты говоришь, что Ани у доктора дома нет? Федор сказал мне, что там она.

– Ты с ним говорил?

– Ну еще бы! Налетел на него. Он у меня извинения просил, сказал, что не знал, что Анечка моей невестой является. Сказал, что доктор просил, чтобы он к нему Анечку привез. Федор и рад был стараться.

– Нет твоей Анечки у доктора, еще до всей этой истории с его убийством сбежала она.

Степан разинул рот.

– Как сбежала? Куда?

Саша объяснил в подробностях, но Степану этих слов было мало и он не унимался.

– К кому она побежала? С кем договорилась?

– Вот и я о том же думаю. С кем?

– А почему сбежала-то? – недоумевал Степан. – Мы же ее спасать приехали! Уж дождалась бы!

– Наверное, она не ждала, что мы появимся. А мы с ней просто немного разминулись. Когда убегала, она и не знала, что мы уже приехали за ней и находимся совсем рядом.

– Так ее снова похитили?

– Из дома она ушла по своей воле.

– Но если она смогла из дома доктора сбежать, почему она мне не позвонила? Почему не просила о помощи?

А действительно, почему? Эта мысль до сих пор не приходила как-то Саше в голову, а напрасно. Она была очень дельной и если бы Саша счел за труд хорошенько ее обдумать, то многое бы понял. Но он зациклился на одной-единственной версии.

И предположил:

– У нее могло не быть при себе теле-фона.

– Но у того, кто ее встречал за забором, телефон должен быть! Ты же сказал, что она не просто так убежала, что в проулке ее машина какая-то ждала!