Лето не вечно - Анна Князева

салат и не забыл про себя. Во всех его движениях и манерах угадывался сибарит, и было заметно, что он – человек с большими возможностями. Ульяна знала таких мужчин, общалась с ними и знала им цену. Но в этот момент ее интересовала лишь возможность вкусно поесть

– Чем закончился ваш визит в областной архив? – спросил Короленко. – Увенчался успехом? Нашли то, что искали?

– Только благодаря вам все нашла. – Включив подхалимку, Ульяна чувствовала меру и знала, как не заходить далеко. Со стороны это походило на благодарность, но тот, кому предназначался посыл, имел свою дозу желанного фимиама.

– Насколько я понял, вы ищете информацию об усадьбе Тишь-на-Тоске?

Ульяна прожевала бутерброд и ответила с притворным простодушием:

– Так ведь надо восстанавливать! Как же без информации?

– Когда-то эта усадьба принадлежала фабриканту Герасимову. Потом разместился интернат. В войну – госпиталь, а в последнее время, лет пятнадцать назад, в доме размещались подсобные службы и бухгалтерия психоневрологического диспансера.

– Вы местный житель? – поинтересовалась Ульяна.

– Да что вы! – маслено хохотнул Короленко. Я – москвич.

– Тогда откуда все это знаете?

– Моя вторая жена – журналистка, интересовалась усадьбой и публиковала в местной газете большой материал.

– Фамилия вашей жены Короленко?

– Нет. Она сохранила девичью – Марковская.

Закашлявшись, Ульяна выпила воды и прохрипела:

– Познакомьте! Мне необходимо встретиться с ней.

– Ну как же… – Короленко обескураженно развел руками. – Это неудобно. У нас с вами свои отношения, у меня с ней – другие. Я никогда не знакомлю подруг со своей женой.

В другое время и в других обстоятельствах она бы ответила этому дураку, да так, что он бы запомнил ее надолго. Теперь же Ульяна была готова терпеть и притворяться. Ей до зарезу была нужна встреча с этой женщиной.

Однако судьба решила все по-своему. Сначала за дверью послышались громкие голоса, потом она со стуком распахнулась, и в кабинет вбежала разъяренная дама лет сорока пяти и выкрикнула только одно слово:

– Кобель!

После этого она выхватила из вазы букет красных роз и стала хлестать Короленко по физиономии.

Администраторша ресторана стояла на пороге и, прижав руки к груди, трагически повторяла:

– Простите… Простите, Леонид Аркадьевич… Я не смогла воспрепятствовать.

Женщина продолжала хлестать Короленко по лицу, уже поцарапанному шипами. Он стоически переносил избиение и только вопрошал:

– Лида, за что?

Дождавшись небольшого затишья, Ульяна громко спросила:

– Вы Лидия Марковская?

Наверное, оттого, что вопрос прозвучал очень жестко, как обвинение, женщина обернулась, сдула упавшую прядь с лица и горделиво сказала:

– Я Марковская. Что вам надо?

– Нужна ваша консультация по усадьбе Тишь-на-Тоске, – решительно заявила Ульяна.

Для участников побоища фраза прозвучала отрезвляюще. Марковская удивленно посмотрела на мужа. Тот обобрал с волос цветочные лепестки и с улыбкой развел руками:

– Вот видишь, Лида, ты была не права.

Глава 17

Все люди хотят счастья

Ульяна отодвинула калькулятор и откинулась в кресле. Взглянув на Зарайского, она улыбнулась.

– Ну что же, Артемий. Смета значительно сократилась, но ее нужно уменьшить.

– Уменьшить? – в глазах архитектора появился ужас. – Лучше убейте!

– Мы с вами серьезные деловые люди, такие методы не используем. Идет обыденный рабочий процесс.

– Не знаю, что еще можно убрать.

– А я здесь пометила галочками. – Ульяна открыла смету. – Вот, вот и вот здесь, например.

Зарайский забрал смету.

– Ну хорошо. Я посмотрю.

– Посмотрите и посчитайте, – сказала она. – А также проверьте цены. По некоторым позициям они явно завышены.

– Не может быть!

– А вы посмотрите, посмотрите! И устройте головомойку вашему сметчику.

– Могу идти?

– Нет, погодите. – Ульяна протянула Зарайскому отпечатанный лист: – Пожалуйста, взгляните на это.

– А что это?

– Счет-фактура на те самые липовые изразцы, которые вы показали мне в усадьбе. Я отыскала ее в архиве и сфотографировала.

– Как интересно… – С минуту Зарайский вчитывался, потом вдруг воскликнул: – Но это же бред!

– В каком смысле? – Ульяна заглянула в листы. – Что тут бредового?

– Все!

– А если точнее?

– Цена этих плиток баснословная, раз в пять выше обычной. Да еще пресс-формы!

– Тоже дорогие? – осведомилась Ульяна.

– Их слишком много. Столько же, сколько плиток.

– О чем это говорит?

Зарайский вновь просмотрел фактуру и удивленно изрек:

– Это говорит о том, что каждую плитку изготавливали в отдельной пресс-форме.

– Но для чего, объясните! – попросила Ульяна.

– Здесь может быть только одно объяснение – все плитки разные.

– А на первый взгляд – одинаковые, с ромбами и цветами. Помните, вы сказали, что это дешевка?

– Вероятно, я ошибался. Такое тоже бывает, – признался Зарайский.

– Надеюсь, со временем все станет ясно и мы найдем ответ на этот вопрос. – Ульяна встала с кресла, намереваясь проводить его до двери: – Всего хорошего и до встречи.

После ухода архитектора она позвонила Надежде, и та сообщила, что состояние Кирилла стабилизировалось, дня через два его переведут в отдельную палату.

До обеда Ульяна занималась бумагами. За несколько дней их накопилось много. Поставив где надо подписи, она занялась рутиной – проверкой отчетов и зарплатных ведомостей.

Когда наступило обеденное время, она позвонила Рудневой и попросила подать обед в кабинет. Однако до того, как его принесли, к ней приехал Богданов.

– Ты уже ел? – справилась Ульяна.

– Нет, не успел. – Он выглядел уставшим, почти больным. На лице темнела отросшая щетина.

Она подняла трубку и распорядилась:

– Ольга Францевна, пусть принесут обед на двоих. – Потом посмотрела на Богданова: – Что с тобой? Уж не заболел ли?

– Просто устал. – Он съехал в кресле, сцепил пальцы в замок и положил руки на грудь. – Мало спал и, как видишь, небрит.

– Впервые вижу тебя таким, – обронила Ульяна.

– Я тоже, – заметил он с едва уловимой иронией. – Айтишник не звонил? Ничего тебе не рассказывал?

– Нет… – Она проверила телефон. – А что? Есть какие-то новости?

– Он восстановил стертую запись.

– Неужели получилось?! – Заинтересовавшись, Ульяна подкатилась к Богданову вместе с креслом. – Вот удача.

– Как выяснилось, мы оба с тобой ошибались…

– В чем именно?

– К машине подходил не Конюхов, а Инютин. Он же ее переставлял.

– Зачем?

– Этого мы никогда не узнаем. Не исключено, что из-за того бутылька с лекарством.

– Аптеку, в которой приготовили пилюли, определили? – осведомилась Ульяна.

– Нашли, – кивнул Богданов. – Она оказалась гомеопатической.

– И что?

– Придется подождать. Гомеопат, который прописал и приготовил лекарство, находится в лесу на сборе лечебных трав.

– Опять ждать! – Ульяна вскочила с кресла и заходила по кабинету. В дверь постучали, и она сказала громче обычного: – Войдите!

В кабинет вошли официантки и поставили на стол для совещаний подносы. Уходя, одна из них с интересом зыркнула на Богданова. Ульяна заметила, и в ней шевельнулся инстинкт собственницы.

«И все-таки