Купидон стреляет трижды - Ирина Славская

– Сколько угодно.

– Твоя мама на твоего отца злится?

– С чего бы? Они нормально с ней жили.

– А кто твой отец?

– Сейчас, погоди. Покажу.

Выскочил из комнаты. И побежал куда-то. Принес фотоальбом и стал показывать мне свой фотоархив.

– Это вот я родился.

– А фотка, где ты голенький на одеяле лежишь, почему отсутствует? Обычно мамы голеньким мальчика норовят снять, а потом невестам этот компромат показывают.

– Эту порнографию я спрятал. Уничтожать ее рука не поднялась. Но всем показывать такое я ей запретил.

– А чтоб наверняка соблазна не было показать, ты ее спрятал? Покажи.

– Такое показывают невестам.

– Чтоб впечатлялись увиденным?

– Но ты же не невеста.

– А вдруг? Чем черт не шутит…

Он внимательно на меня посмотрел и полез куда-то в шкаф.

– Не надо, я пошутила.

– А то смотри, я могу и показать. Ладно, сжалюсь, не буду. Это мы на море. Здесь мне два года. Это…

В общем, он мне с такой любовью показывал фотки своих родителей, что у меня язык не повернулся рассказать ему про настоящего отца. Что этот отец ему не родной был. А тут и мама его пришла. Красивая и холеная женщина. Уверенная в себе.

– У нас гости? Что же ты, Славик, к столу не пригласил гостью?

– Сейчас, – сказал и побежал стол накрывать.

Что семья не бедствовала, я поняла сразу. Еще увидев дом и дверь в квартиру. А когда Славик стал доставать все угощенья, то я поняла, что сахарный диабет мне обеспечен. Значит, у этой семьи есть деньги и на дорогие конфеты, и на остальные вкусности.

Стол был накрыт по всем правилам сервировки. Значит, для Славика это дело привычное. Семья соблюдает определенный ритуал. Да и в квартире все было стильно и подобрано со вкусом. Уж не знаю, какая Валентина была в прошлом, но сейчас она была на порядок выше своих бывших соперниц.

– Итак, с чем к нам пришла гостья?

– Аркадий Самойлов умер. Знаете такого?

Она вздрогнула. Но постаралась взять себя в руки. Лицо заморозилось…

– Так вы пришли ко мне? Извини, Славик, нам надо поговорить с гостьей.

– А кто такой этот Аркадий?

– Это из прошлой жизни. Друг моих родителей. Давайте прогуляемся и там поговорим…

– Хорошо. Славик, пока.

– Приходи еще.

Мы собрались на улицу. Там она сразу ко мне с вопросами пристала. Лицо разморозилось и стало обычным человеческим. Значит, она его не выкинула из головы и не забыла.

– С чем пришли? Шантажировать? Как Аркашка?

– Нет. Я не знала, что он вас шантажировал.

– Тогда зачем явились к нам?

– Его убили. А по поводу чего он вас шантажировал?

– Сыну собирался рассказать, что он отец. Но я все равно сказала, что не буду ему платить ни копейки. Шантажистам платить нельзя. Тем более таким бессовестным.

– Когда он к вам приходил?

– Месяц назад он меня случайно встретил. Я как раз машину припарковала к супермаркету. И дернуло меня в этот магазин поехать. Никогда здесь не отоваривалась. Просто по пути было. Припарковала я машину, а тут он возник. Откуда только выполз змей…

– С чего он взял, что у вас есть деньги?

– Машину, наверное, увидел. Кольцо опять же на пальце. Мужу угрожал рассказать. Только это ему никак не удалось бы.

– Почему?

– А Славик вам не рассказал? Мой муж помер два года назад. Сердце…

– Извините. Я не знала.

– И я не знала, что у него больное сердце. Скрывал от нас со Славиком.

– А если бы узнали?

– Погнала бы стенты ставить. Это операция такая.

– Я знаю. У меня мама доктор.

– Сейчас эти операции на поток поставлены. Риска практически никакого. Вы не подумайте. Я мужа любила.

– А он вас?

– И он меня. Он меня беременную подобрал, обогрел, выучил и полюбил свою Галатею.

– Расскажите.

– Слушай. В общем, я глупая была. Меня же до тридцати лет мама с папой пестовали. Любили и берегли от всяких жизненных неурядиц. Поэтому я жизни и не знала. Потом умер сначала папа во сне. Через год мама. И осталась я одна. Стали вокруг мужики крутиться. Ну как же, девица со своей квартирой. Да еще трехкомнатной. Только я на них не смотрела, а их это злило. Сплетни стали сочинять: то одному я дала, то со вторым переспала. Больно охочая я до мужиков, по их версии оказалась. Первейшая потаскушка в районе. Мужики сочинили, а жены их меня ненавидеть стали за выдуманные грехи. Но я на это внимание не обращала. Пусть говорят, лишь бы ко мне не лезли.

– Вы с Самойловым как пересеклись? Честно говоря, так себе мужичонка.

– А этот гад меня силой взял. У нас отчет был, и сидели мы до позднего вечера в бухгалтерии. Отчет сдавать, а у меня не сходятся итоги в журнале. Вот я и искала ошибку. Поэтому домой пошла поздно. Он пьяный меня в подъезде зажал, ударил по голове и снасильничал.

– Потому вы и вздрогнули, когда я его имя назвала?

– Противно было. Я себя для мужа берегла, а он так грубо взял не свое. До сих пор противно и мерзко. Домой пришла, все с себя сбросила, помылась. Мочалкой себя часа два терла. На следующий день затемпературила и взяла больничный. Потом оказалась беременной.

– Почему аборт не сделали? Если изнасиловали, аборт делают.

– Сначала хотела сделать аборт, но мне ночью родители приснились. Сказали, что не надо. Я и не стала. Аборт же все равно убийство. Сказала этому Аркадию, что беременная от него, а он стал меня перед всеми позорить. Выдумал, что я сама к нему в трусы залезла.

– Обычная уловка бесчестных мужиков.

– А потом меня травить стали на работе. Выжили. Я квартиру поменяла. И район был хуже, и квартира хуже, но мне от этих бы подальше. Только этого хотела. Устроилась на работу. Начальник узнал, что беременная, стал выживать. Я и уволилась. Боялась за ребенка.

– А потом?

– Сижу как-то на скамейке, плачу. Жить не на что: денег нет, работы нет. И скоро ребенок появится. Да еще и мать одиночка.

– Не позавидуешь…

– Сижу. Вдруг мне на колени роза шикарная падает. Подняла глаза, а там такой красавец стоит. Думаю, сейчас скажу что-нибудь и чары развеются. Исчезнет красавец. Или вообще скажет, что обознался. Но нет. Стал он меня успокаивать. Вот так я с мужем и познакомилась. Он меня на следующий день в загс потащил. Беременных сразу расписывают. И ребенка он своим признал. В общем, стал меня учить всему. Учиться заставил. Потом через