Рыцари и ангелы - Майя Яворская

в них антикварной мебели. Намек был понятен даже олигофрену – дальнейшее сотрудничество должно оказаться весьма выгодным. Молодому человеку даже показалось, что Скоба пошла на контакт – предложила кофе. Но только он удобно расположился в кресле с чашкой в руках, как в дверь постучали. А вслед за этим на пороге появилась какая-то тетка с выцветшим лицом и в мешковатой одежде. Увидев ее, хозяйка салона тут же начала выпроваживать Самойлова из кабинета с обещанием продолжить разговор в следующий раз.

Женщина, в которой Кирилл не нашел ничего привлекательного, была Чистякова. Пройдя в кабинет, она коротко поздоровалась и стала выкладывать на стол все необходимое для сеанса акупунктуры. Обычно они длились чуть больше получаса. Но в этот раз Алла выскочила из кабинета буквально через несколько минут. Лицо у нее при этом было взволнованное.

– Вызовите, пожалуйста, «скорую помощь», – попросила она.

Сотрудникам показалось, что блеснул луч надежды: резервуар с ядом внутри Скобы взорвался – и произошло самоотравление. Появилась возможность бежать с этих галер. В принципе, их и так никто цепями не приковывал. Просто у всех, кто удержался в этом месте больше месяца, оказались какие-то обстоятельства, мешающие громко хлопнуть дверью. Теперь же случай все решал за них.

– А что случилось?

– Дарье Андреевне плохо, она без сознания.

– Скобе? Она же здоровая, как конь, – удивилась одна из продавщиц.

– Прошу вас позвонить, а я пока побуду с ней.

Если даже хозяйке плохо и от нее потом прилетит за любопытство, кто же откажется посмотреть, насколько плохо? Совсем чуть-чуть или ужас-ужас? А вдруг доктор просто решила зло пошутить и мечтать не стоит? Поэтому, как только Чистякова вернулась в кабинет, вслед за ней туда стали заглядывать один за другим возбужденные сотрудники.

Скоба сидела в своем рабочем кресле, откинувшись на спинку. Лицо было спокойное, руки лежали на подлокотниках, ноги вытянуты под столом. Казалось, она просто отдыхает или вздремнула.

– Может, нашатырь принести? – посоветовал кто-то.

Алла в этот момент щупала пульс.

– Нет. Не надо. Она мертва.

– Как мертва?! – Света не выдержала, подскочила к Скобе и схватила ее за плечо.

Хозяйка магазина слегка покачнулась и начала сползать набок.

– Ничего не трогайте здесь. Пусть врачи с ней сами разберутся.

«Скорую» ждать пришлось довольно долго. Пару раз в магазин пытались прорваться покупатели, истосковавшиеся по ампиру и барокко. Двери пришлось закрыть и повесить табличку. Сотрудники удобно расположились в зале на диванах в ожидании приезда медиков. Обсуждали, естественно, происшедшее.

– Нехорошо, конечно, так говорить, но мне ее ничуть не жаль. Такая стерва, – первой подала голос непосредственная Светочка.

– Люби своего шефа, у тебя шеф мог бы быть и хуже, – усмехнулся ее коллега Вадим.

– Куда уж хуже? Всех замордовала своей дисциплиной. Не антикварный магазин, а армейский плац.

– Если тебе так плохо здесь было, чего не ушла?

– Ушла бы, если бы не курсы. Я по вечерам учусь. А они тут рядом, пешком минут десять.

– Почта еще ближе. Чего не пошла?

– Если бы платили нормально, хотя бы как здесь, пошла бы.

– А как вы думаете, она сама умерла или ее убили? – поинтересовалась ее подруга Олеся.

– Откуда такие нелепые идеи? – поднял брови Вадим.

– Ну, не знаю. Просто странно все это. Как так может быть – только что человек стоял здесь, что-то говорил, а потом пошел в кабинет, сел в кресло и умер?

– Почему же нет? Инфаркт или инсульт. Тромб оторвался – и привет семье. Помнишь, как у Шаова? «Вот так живешь, гребешь деньгу лопатой. Тут трубный зов, и все коту под хвост…»

– Так она не старая.

– Ну и что? Сейчас инфаркты молодеют. Понервничала, потом присела дух перевести, тут ее и накрыло.

– Ты про пса, что ли?

– Ну а про кого еще? Ты вспомни, она аж побелела вся. Я ее такой злой еще никогда не видел.

– Это да. Но все равно не верится, что из-за такой ерунды человек может умереть.

– Я, конечно, понимаю твои чувства. Нам всем хотелось ее придушить. И думать, что она вот так спокойно отбыла в мир иной, как-то даже обидно. Но кто ее мог убить? Мы все в зале. Парня этого, что только что заходил, я помню. Он вроде из какой-то дизайнерской конторы. Кирилл, кажется. А Алла к ней только что зашла.

Света толкнула его локтем в бок и глазами показала на Чистякову. Та стояла в стороне от остальных, у окна. Выражение лица понять было трудно. Какая может быть мимика у мятой подушки? Но вроде расстроенное. Алла, конечно, прислушивалась к разговору. Не то чтобы ей было интересно, что произошло. Скорее, хотелось больше разузнать про Дарью. Она так и не смогла понять, почему Илья на ней женился и жил с ней столько лет.

– Да? А тот мужчина, что к ней с утра приходил? Кстати, я его уже не в первый раз вижу. Он у нее был недавно.

– Да, я тоже его видела, – подтвердила Светочка.

– И она на него шипела, – продолжила Олеся, – я из-за двери слышала.

– Она на всех шипит. Вернее, шипела.

– Да, но не на клиентов.

– А, может, он и не клиент. Он же у нас ничего не покупал и не продавал.

– А что ему вообще было нужно?

– А кто его знает? Вроде что-то просил.

– Думаешь, он?

– А кто еще? Правда, была еще с утра какая-то девица. Скандал закатила, чашку в Скобу запустила, а потом еще и угрожала…

– Слушайте, не несите чушь! – опять подключился к разговору Вадим. – Они не могли этого сделать. После девицы заходил этот дядька, а после него Скоба выходила в зал живой и здоровой. Потом был этот плейбой. Кирилл, да? Кстати, пиджак у него охрененный. Я такой на «Farfetch» видел…

– Ты опять о тряпках? – закатила глаза Олеся.

– Не, ну а че? Там и туфли…

– Тормози уже. Скоба умерла…

– Ну ладно, ладно… Так вот. Если бы он что-то сделал, то Алла точно заметила бы и тут же дала знать. Но он спокойно ушел, а врачиха выскочила только минут через пять.

– Да, точно! Значит, выходит сама, – вздохнула огорченно Олеся. – Увидела эту сумасшедшую собаку на диване и лопнула от злости.

– Если бы так можно было, я бы давно собак со всех окрестных помоек сюда притащила бы, – замечталась Светочка. – Чтобы ее прямо в зале разорвало.

– Слушайте, а у меня родилась одна мысль… – задумчиво протянул Вадим.

– Да? – девицы уставились на него с надеждой.

– А что, если это было отравление? Вот представьте – приходит человек, подсыпает что-то Скобе в