Детективное лето - Елена Ивановна Логунова

знает, как он ночью тут оказался. Как бы выяснить, кто она?

— Уже, — довольно сказал парень, — и никуда бежать не надо, просто сел за комп и все узнал. Значит, жена бывшая Белкина Татьяна Дмитриевна, год рождения тот же, владелица художественной галереи «Грифон». Так что, ребята, я за вас работу сделал, с вас причитается… а вы чего?

Напарники смотрели друг на друга, причем у капитана Топтунова глаза стали круглыми и вылезли на лоб. У капитана Мехреньгина с глазами было все в порядке, зато очки соскочили на кончик носа.

— Как ты, Вова, сказал — «Грифон»? — спросил Жека.

— Ну да, галерея «Грифон», как раз тут недалеко находится.

— Да знаем уж…

— А вы, ребята, куда это? — всполошился Володя. — Я думал — пообедать сходим, пива выпьем. Я пошутил насчет того, что с вас причитается, я сам поставлю, для знакомства.

— Ты, Вова, знаешь, какой сегодня день? — спросил Жека. — Правильно, у нашего начальства полковника Лося юбилей, так? Так с чего это мы будем пивом наливаться, когда вечером у нас банкет. А до того нужно это убийство по горячим следам раскрыть, потому как начальника не хочется огорчать, не хочется человеку праздник испортить. Он хоть и строгий начальник, но справедливый, у тебя еще будет случай в этом убедиться. Так что с пивом придется погодить.

— Ну и как тебе этот, новенький? — осторожно спросил Мехреньгин, плотно прикрыв за собой дверь.

— Да какой-то он самодовольный очень, хвастливый, — ответил Жека, — все я да я… Вряд ли он у нас приживется. С другой стороны, пообтешется, поймет, что вперед батьки в пекло соваться при нашей работе не стоит… Ну что, опять в этот «Грифон» пойдем?

— Давай только сначала к Ленскому зайдем, он наверняка уже что-то выяснил!

Напарники спустились в подвал, где находились владения патологоанатома Ленского.

Ленский стоял над столом, на котором находилось что-то серо-красное. Мехреньгин не любил крови и поэтому старался не смотреть на потерпевшего. Вместо этого он уставился на стену. На стене, на безопасном расстоянии от стола, висел календарь с видами города. Он был открыт на странице с Медным всадником. Памятник был сфотографирован в таком ракурсе, будто бронзовый конь вот-вот опустит копыта на патологоанатома и его безмолвного подопечного. Царь на фотографии смотрел высокомерно и презрительно.

Услышав шаги, Ленский обернулся.

На нем был заляпанный кровью халат, белая шапочка прикрывала волосы, глаза прятались за огромными защитными очками, на руках — окровавленные перчатки. При виде этих перчаток Мехреньгин невольно вспомнил мясной магазин возле метро и подумал, не перейти ли на вегетарианские продукты. Хотя вот если сосиски, то в них ведь все равно мяса нету…

— Вам чего надо? — раздраженно осведомился Ленский. — Вы видите, что я еще работаю?

— Нам бы хоть какие-то предварительные результаты… — заныл Мехреньгин. — Насчет орудия убийства…

— Я же сказал — тяжелый тупой предмет!

— А поточнее? Будь другом, скажи хоть что-то! Нам работать нужно, с нас полковник головы поснимает…

— Это он может… — вздохнул Ленский, стаскивая перчатки. — Ну, ладно… так и быть… предварительно, конечно, но, судя по форме раны, орудие убийства выглядело примерно так… — и он нарисовал на листе бумаги большую вытянутую дугу.

— Похоже на подкову… — протянул Жека, заглядывая через плечо напарника.

— Только очень уж большая подкова! — возразил Ленский. — Это какая же лошадь должна быть!

— Владимирский тяжеловоз, — предположил Жека и на всякий случай пояснил: — Была такая порода. Очень крупная.

Мехреньгин снова перевел взгляд на календарь.

Бронзовый конь грозно нависал над комнатой, казалось, вот-вот, и он опустит свои огромные копыта на маленьких, ничтожных людей…

В памяти не к месту всплыли строчки:

Куда ты скачешь, гордый конь,

И где опустишь ты копыта?…

Капитан вспомнил свой сегодняшний сон, вспомнил, как он убегал по улицам ночного города, как копыта бронзового коня грохотали по булыжной мостовой…

Так, может, этот конь и затоптал потерпевшего? Что за бред!

Мехреньгин потряс головой.

— Валя, тебе плохо, что ли? — забеспокоился Жека. — Чегой-то ты такой бледный стал, прямо зеленый…

— Счас, у меня тут где-то нашатырь имеется! — засуетился Ленский. — Или, может, кофейку покрепче сделать?

— Нет, мы уж пойдем! — Мехреньгин снова покосился на календарь, и ему показалось, что Петр едва заметно подмигнул. И чего только не привидится в этом жутком подвале у Ленского!

— Я соскобы взял, на анализ пошлю, так что завтра из лаборатории полный ответ будет! — крикнул Ленский им вслед. — Но пока скажу, что орудие из металла, вроде латуни.

— Или бронзы? — встрепенулся Мехреньгин.

— Может, и бронзы…

Вернувшись от Ленского, Мехреньгин уселся за стол и начал что-то рисовать на чистом листе бумаги.

— Мы вообще обедать сегодня пойдем? — спросил его Жека.

— Ты иди! — Мехреньгин вскочил из-за стола. — Ты иди, а мне тут одну вещь проверить надо!

Он вылетел из комнаты. Жека подошел к столу напарника и посмотрел на покрытый рисунками лист. Там были сплошные лошади — большие и маленькие, скачущие и поднявшиеся на дыбы.

Жека покачал головой и пошел обедать.

Тем временем Мехреньгин обошел площадь и подошел к знаменитому памятнику. Медный всадник строго взирал на него с высоты своего положения.

Мехреньгин вспомнил свой сон и почувствовал холодок где-то в животе. Однако он преодолел робость, перелез через ограду и вскарабкался на гранитный постамент.

Вблизи бронзовый конь казался еще больше, еще страшнее.

Вдруг из-за постамента выскользнула какая-то фигура. Приглядевшись, капитан узнал того же странного типа, который подходил к нему утром. И так же, как утром, псих забормотал:

И он по площади пустой

Бежит и слышит за собой -

Как будто грома грохотанье -

Тяжело-звонкое скаканье

По потрясенной мостовой…

— Тебя еще не хватало! — прикрикнул на него капитан — и городской сумасшедший исчез.

Мехреньгин вытащил из-за пазухи листок, на котором Ленский нарисовал орудие убийства, привстал на цыпочки и потянулся к бронзовому копыту, чтобы приложить к нему рисунок. Дотянуться до копыта никак не удавалось, но и без того было видно, что формы рисунка и копыта практически совпадают. Капитан вытянулся, как мог, но ему не хватало нескольких сантиметров.

Вдруг снизу раздался свист и грозный голос:

— Гражданин, немедленно покиньте памятник!

Мехреньгин опустил взгляд.

Около ограды стоял молодой полицейский в форме с погонами сержанта.

— Я кому сказал? Немедленно слезайте!

— Спокойно, сержант! Все под контролем!

— Что значит — спокойно? Что значит — под контролем? Я сказал — слезайте! — и сержант перелез через ограду.

Мехреньгин спустился ниже и показал сержанту