Настоящее пробуждение. Real Awakening. Книга 4 - Си Чжицзяо

я, я действительно никого не убивал… Я, я не… Нет, это был не я…

Чем сильнее он волновался, тем сильнее заикался. На глазах у него выступили слезы, а лицо было полно грусти и отчаяния. Не в силах больше переносить этого зрелища, Е Сяо попытался его утешить:

– Сначала успокойся. Не волнуйся и говори медленно.

Молодой человек сделал резкий вдох и рухнул на колени. Его костлявые плечи продолжали дрожать, а бесцветные щеки прочертили две дорожки слез.

Трудно было сопоставить его жалкий вид, грустное, но честное лицо с образом жестокого и хладнокровного серийного убийцы.

Может, это не он? Неужели его несправедливо обвинили?

Е Сяо с подозрением наклонил голову, присел на корточки перед железными прутьями и посмотрел молодому человеку в глаза.

– Если вы невиновны, я сделаю все возможное, чтобы помочь вам. А теперь скажите, как вас зовут?

Молодой человек поднял голову и пробормотал:

– Номер Тр… тринадцать.

– Номер тринадцать? – Е Сяо посмотрел на него в замешательстве. – Я спрашиваю о вашем имени.

Молодой человек закусил губу и неловко сказал:

– Они так меня называли. «Номер Тринадцать».

– Они? Кто они? – спросил Е Сяо.

– Нет, я не знаю, – заключенный покачал головой.

– У тебя нет нормального имени?

– Н-нет, не знаю. Я-я не помню…

Су Му стоял в стороне, скрестив руки на груди, и холодно сказал:

– Номер Тринадцать, только не говори мне, что потерял память.

Тот непонимающе посмотрел на Су Му, открыл рот, но ничего не произнес.

– Ладно, давайте пока отложим вопрос имени в сторону. Пока что остановимся на «номере Тринадцать».

Е Сяо беспомощно почесал голову, затем открыл блокнот, который все это время держал в руке.

– Шестнадцатого ноября прошлого года, около половины десятого вечера, профессор Цао Госюань с кафедры психологии университета F. и двое других членов его семьи были убиты в собственной квартире. Дочь и жена профессора получили одиннадцать и девятнадцать ножевых ранений соответственно, а тело Цао Госюаня было освежевано и расчленено. После этого жертвы были брошены у подножия горы. Это сделали вы? – на одном дыхании выпалил Е Сяо. Юноша безучастно смотрел на него, он был растерян. Через некоторое время он беспомощно покачал головой.

– Нет, это не я… Я… я не знаю…

– Вы этого не делали? Или вы не знаете?

– Я… я не знаю. Я этого не делал…

– Если вы этого не делали, тогда как объясните то, что отпечатки пальцев с места преступления совпали с вашими?

– Нет… Я не знаю, я не знаю…

Заключенный снова занервничал, на лбу у него выступили мелкие капельки холодного пота.

– Итак, – продолжил Е Сяо, – двадцатого января этого года сорокашестилетний мужчина по имени Цзян Чжунмин был забит до смерти железным прутом, а затем расчленен в биологической лаборатории на улице Юньлин на севере города. Убийца вы?

– Нет! Нет, это не я! – Номер Тринадцать взволнованно расширил глаза.

Е Сяо спокойно посмотрел на него.

– Но камеры видеонаблюдения в лаборатории засняли, как вы покидали место преступления.

– Я… я… я… – Юноша в панике закачал головой, не зная, что ответить.

– Хорошо, тогда для начала скажите: вы были в этой лаборатории в день инцидента? Вы видели жертву? Была ли жертва жива или мертва?

Все эти вопросы привели парня в еще большее замешательство. Он долго пытался вспомнить, но в конце концов покачал головой и ответил:

– Я не знаю…

Е Сяо устало вздохнул, закрыл блокнот в руке и нахмурился.

– Ваше «не знаю» не упрощает нашу работу.

– Извините, я действительно ничего не помню, я не знаю… Я ничего не знаю… – быстро выпрямился и забормотал парень.

Е Сяо беспомощно посмотрел на него, у него не находилось слов. Тогда заговорил приблизившийся Су Му.

– Поскольку вы ничего не можете вспомнить, давайте поговорим о полицейских, которые раньше вели ваше дело.

– Поли… полицейских? – переспросил на мгновение застывший молодой человек.

– Да. – Су Му сделал шаг вперед. – Вы ведь еще помните первого офицера полиции, который вел ваше дело, Хэ Чжидуна?

– Офицер Хэ… – Казалось, он вспомнил что-то страшное и вдруг замолчал.

– Во время допроса офицер Хэ Чжидун неожиданно ударил себя ручкой в глаз, – взглянул на него Су Му. – В это время вы сидели напротив него, верно?

Молодой человек помолчал некоторое время, потом кивнул.

Детектив наклонился и пристально посмотрел в его беспокойные глаза.

– Расскажите мне, что произошло?

– Я… не знаю… – заключенный тут же отвел взгляд.

– Перестаньте это повторять, – резко оборвал его Су Му. – Вы единственный свидетель этого происшествия.

– Н-но я… – В глазах молодого человека мелькнул страх, и он прерывисто заговорил: – Я, я не знаю, что случилось… Когда… офицер… Он еще не закончил задавать вопросы, как вдруг ткнул себя кончиком ручки в глаз.

– Почему?

– Я не знаю.

– Было ли что-то необычное в его поведении до этого?

– Нет, не думаю.

– Говорил ли он что-нибудь странное?

– Нет.

– Какой последний вопрос он вам задал?

– Он, он спросил… он спросил…

– Что спросил?

– Нет, извините, я не помню…

– Сколько всего вопросов он вам задал? И как вы на них отвечали?

– Я… он спросил меня… Извините, я не помню…

В ответ на настойчивые расспросы молодой человек в панике покачал головой. На его лице отразилась невыносимая боль, а в глазах появились слезы.

Су Му лишь холодно посмотрел на него и медленно произнес:

– Вы лжете.

Номер Тринадцать замер и поднял на офицера блестящие глаза.

– Вы ведь на самом деле не видели собственными глазами, как офицер Хэ нанес себе увечье? – негромко спросил Су Му.

Юноша, задрожав, открыл рот, но не произнес ни слова.

В это время Е Сяо, стоявший в стороне, не удержался и вмешался в разговор:

– Перед тем как прийти сюда, мы специально посмотрели видеозапись с того дня в допросной. Офицер Хэ Чжидун сидел напротив вас, задавал вопросы и делал пометки. Вдруг он резко замер и не двигался с минуту, после чего вырвал листки с записями из блокнота, скомкал их и проглотил. Затем он взглянул на вас, рассмеялся без всякой видимой причины и, схватив ручку, воткнул ее себе в глаз.

Юноша заглянул заключенному в лицо:

– Как, по-вашему, съесть свои же записи – это не «странное поведение»? Или вы вообще не видели, чтобы он что-то ел?

– Я…

– Вы сидели напротив, разделенные столом шириной менее пятидесяти сантиметров, – продолжил Е Сяо. – Как вы могли этого не заметить? Или просто не хотите об этом говорить?

– Нет, нет… Я… Я… Я, кажется, уснул тогда… – парень встревоженно прикусил губу, на его лице отразился ужас, а по лицу покатился холодный пот.

– Что? Уснули? –