Женщина в библиотеке - Сулари Джентилл

и окровавленная рубашка сложены в ногах. Я забираю ноутбук с тумбочки.

Каин снова извиняется за то, что занял кровать, и за Бу.

— Наверное, стоит сообщить о произошедшем в полицию. — Я сажусь на кровать. — Бу вспыльчивый, нестабильный. Он может навредить кому-нибудь… еще.

Каин некоторое время молчит.

— Попробую завтра его найти. Возможно, уговорю его прийти с повинной. Может, есть какая-то программа, куда он…

— Что?

— Фредди, — Каин берет меня за руку, — то, что произошло с Бу, — это не совсем его вина. Не нужно было давать ему деньги. Нужно было купить ему еду, но я был с тобой, и мне хотелось, чтобы он побыстрее ушел. Не подумал, что он тут же найдет бутылку. — Взгляд у Каина пронзительный. — Я знаю Бу. Он спрячется и отоспится. Завтра я его найду.

Какое-то время я просто сижу, изучаю красивого мужчину в моей кровати. Я знаю, что он о чем-то умалчивает. Не так сильно он вскружил мне голову. Но мы познакомились совсем недавно, и, скорее всего, оба о многом не рассказали друг другу.

Каин садится, наклоняется ко мне и мягко целует в губы. Я так удивлена, что просто смотрю на него. Кажется, у меня открылся рот, но из-за шока я не могу его закрыть.

— Спасибо за сегодняшний вечер, — говорит Каин. — Прости, что он так закончился.

Я беру себя в руки:

— Тебе надо поспать.

Теперь Каин выглядит неуверенным, сомневающимся:

— Боже, Фредди, прости меня. Я не хотел…

— Целовать меня? — Стараюсь не выдать разочарования.

— Пользоваться ситуацией.

Я улыбаюсь:

— Это у тебя рана на голове.

— Я хотел поцеловать тебя задолго до того, как Бу меня ударил.

— Правда? — Я понимаю, что веду себя как влюбленный подросток. Делаю вдох и напоминаю себе, что мне двадцать семь лет. — Я рада. И я не против. Даже наоборот… Но слегка переживаю — у тебя может быть сотрясение.

Он смеется.

Эх, к черту все — теперь я его целую. И мы наслаждаемся этим новым, щекочущим чувством. А затем просто смотрим друг на друга не отрываясь. Спустя некоторое время я отодвигаюсь и встаю, разрушая опутавшие нас чары.

— Постарайся заснуть, Каин. Но сразу говори, если будет тошнить, или голова сильнее заболит, или начнешь терять сознание.

— А я думал, что потеря сознания — это и есть смысл сна. Правда считаешь, что у меня сотрясение?

— Надеюсь, что нет. — Я достаю из комода пижаму и забираю с кровати его рубашку. — Кину в стирку, пока кровь не засохла.

Я пишу. Все равно не засну. Слишком много всего надо обдумать. Работа как раз и отвлекает, и позволяет сосредоточиться. Бу нависает надо мной, его нестабильность, его злость. Вспоминаю, что Каин что-то ему передал. Интересно что — еще денег? И что Бу хотел, чтобы я знала? Стоило ли целовать Каина?

В конце концов я позволяю себе думать только о Каине. О его смехе. О его губах на моих. О его шрамах на груди и спине — что-то серьезнее, чем следы от простой операции. Я заметила их, но промолчала, хотя мне и было любопытно. Не уверена, что пара поцелуев дает мне право интересоваться историей болезней. Ко мне приходит осознание, что я влюбляюсь в Каина Маклеода. Что начала влюбляться еще тогда в читальном зале. Немного морщусь от этой мысли. Из-за простодушной одержимости Мэриголд Уитом мне несколько стыдно признаваться в чем-то похожем. И все же я не могу отрицать, что я заинтригована Каином, меня тянет к нему. Бу называл его Авелем — значит, он знал его, еще когда Каин был Авелем Меннерсом. Каин убил Авеля. Правда убил? Уничтожил свою прошлую личность? Если да, то зачем? Я понимаю желание сменить фамилию, но он убрал и Авеля тоже. Размышляю, каково это, называться другим именем, не Уинифред. Фредди — это и есть я… Но возможно, я могла бы стать кем-то другим… Мне всегда нравилось имя Маделин… может, я могу быть Маделин…

Меня будит стук в дверь. Смотрю на часы — девять утра. Первая мысль — я не заглядывала к Каину. Он мог умереть ночью, а я даже не узнала бы.

Еще раз стук.

Шатаясь, сползаю с дивана и открываю дверь прямо в пижаме. На пороге два джентльмена в опрятных черных костюмах, в руках портфели-дипломаты.

— Доброе утро. Чем могу помочь?

— Вы Уинифред Кинкейд?

— Да, это я.

— Мистер Маклеод у вас?

Вот теперь я напугана.

— Да. Простите, вы кто?

— Джарод Стилс и Лиам Маккенни из фирмы «Закхайм и партнеры».

— Вы солиситоры?

— Уполномоченные представители. Мы бы хотели поговорить с мистером Маклеодом, если это возможно.

Адвокаты. Возможно, адвокаты Каина. Иначе откуда они знают, что он здесь?

— Пожалуйста, проходите. Я приведу мистера Маклеода.

Провожаю их в гостиную и подхватываю с дивана простыню и подушки, стараясь не думать о том, как выгляжу со стороны. Иду в спальню. Каин еще спит, но хотя бы дышит.

Кладу руку ему на плечо:

— Каин. Проснись.

Он улыбается, открывая глаза:

— Фредди… здравствуй.

— Пришли адвокаты, хотят с тобой поговорить, — шепчу я. — «Закхайм и партнеры».

Он щурится:

— Адвокаты?

— Да. Ждут тебя на диване.

Он садится:

— Откуда они знают, что я здесь?

— Понятия не имею. Сейчас принесу твою рубашку из сушки… а ты надевай остальное.

Он слабо кивает:

— Хорошо. Ты сказала, адвокаты?

Я забегаю в ванную, где располагается небольшая встроенная прачечная, и достаю рубашку Каина из сушилки. Когда возвращаюсь, он уже надел джинсы и ботинки. В глаза снова бросаются шрамы — несколько на спине и один под ребрами.

— Спасибо. — Он застегивает пуговицы и заправляет свежую рубашку в джинсы, а затем мы вместе возвращаемся в гостиную. Я все еще в пижаме, но больше не могу оставлять адвокатов без внимания.

Они встают и представляются Каину.

— Мы были наняты доктором Элиасом Вайнбаумом и периодически, когда возникает надобность, представляем миссис Ирму Вайнбаум, — сообщает нам Джарод Стилс.

Я смотрю на Каина, не понимая, что происходит. Он выглядит таким же озадаченным.

— Нам дали понять, что миссис Вайнбаум была здесь вчера вечером. Что она оказала некоторые услуги?

— Откуда вы знаете?..

— Джо, ваш швейцар, позвонил нам этим утром. Наша клиентка сообщила ему подробности, он понимает ситуацию.

— Какую ситуацию? — требовательно спрашиваю я. — Доктор Вайнбаум зашила порез у Каина на виске.

Подождите, они же не за оплатой сюда явились?

Лиам Маккенни указывает на швы:

— Это она сделала?

— Да.

— Как вы себя чувствуете, мистер Маклеод?

— Нормально. Что происходит, мистер Маккенни?

Адвокаты переглядываются.

— Говоря откровенно, мистер Маклеод, мы здесь