Обвинение - Дениз Мина

туго стягивал кожу. Фин переводил взгляд с него на меня.

– У меня тут вроде как небольшая зависимость, – пояснил Адам. – А в таких делах это не очень-то располагает к добропорядочности.

Коэн понимающе кивнул. Он глазел по сторонам, оглядывая бедную комнатушку, пытаясь понять, что к чему.

– Анна, никто заранее не платит экипажу наличными. Люди в любой момент могут свинтить. Работа тяжелая, сплошные переработки.

– Только он им правда заплатил, и вот в чем вопрос: зачем это ему было надо?

Адам рассмеялся.

– «Вот в чем вопрос»? Какого черта ты тут удумала?

Фин был крайне взбудоражен:

– Мы тут слушали подкаст, и я увидел фотку, когда на борту, по идее, никого больше не было, но это не селфи. Значит, на борту был кто-то еще.

– А-а-а-а-а-а, – осклабился Адам, – так вы расследуете это дело? Типа, как детективы?

– Ага, – ответил Фин.

– Ну развлекайтесь. – Он отвесил Фину снисходительный кивок, а после глянул на меня и рассмеялся: – В чем дело, Софи?

Я тоже засмеялась, но заметила, что Фин нахмурился, услышав это имя. Случайно с языка сорвалось. Я попыталась выкрутиться из положения блефом:

– Мне нравился Леон! А тут говорят, что он убил своих детей, но я так не думаю. Я тут пытаюсь выяснить правду.

– Хммммммм. Ну-ну, – Адам ухмыльнулся. – Сладкий вкус правосудия.

Но уж он-то понимал, что дело тут не только в этом. Он понимал, что все гораздо серьезнее, и ждал от меня разъяснений, поощрительно кивая. Даже не заметил, что назвал меня Софи. Зато Фин заметил и поглядывал на нас, дожидаясь разъяснений.

Брови у Адама то вздымались, то хмурились.

Оба ждали от меня того, чего я не могла рассказать. Я не хотела рассказывать Адаму про Гретхен Тайглер. Я не хотела говорить ему еще об одной девушке. Я не хотела рассказывать Фину, кто такая Софи.

Адам все кивал, и я кивала в ответ, думая про себя, скорее бы закончился этот неловкий момент. А потом мы хором рассмеялись.

– Ну вот, такие дела, – я решила соврать, – а чем еще заняться в понедельник вечером?

Он тоже усмехнулся.

Пока мы топтались на месте и заговорщицки хихикали, Фин просто сидел в растерянности, робко улыбаясь, крепко задумавшись. Адам вдруг резко оборвал смешок, глянул на Фина и предостерегающе на меня посмотрел, мол, не обижай его и не втягивай в неприятности. По нему сразу видно, что он вообще не в курсе. Адам хоть и потрепанный жизнью, но человек порядочный.

– Ну что ж, – Адам обдумал ситуацию. Глубокомысленно кивнул. Помычал. – Ладно. Экипаж не ступит на борт, если учует хоть малейший намек, что может остаться без оплаты. Тут есть о чем подумать. Два-три месяца жизни. А иногда, если хозяин дрянь, переживаешь, что зарплату могут урезать за всякие, ну знаешь, оплошности.

– Например? – спросил Фин.

– Если припозднишься на берегу. Или откажешься от дежурства, или сломаешь что. Всякое бывает, – он пожал плечами. – Дело может обернуться так, что платить в итоге будешь ты.

– А если он хотел покончить с собой, но симпатизировал экипажу, – сказал Фин, – поэтому и заплатил вперед?

– Нет, – упорствовала я, – не собирался он покончить с собой.

Но он меня поправил:

– Этого мы не знаем. Вы были едва знакомы.

Адам покачал головой и нахмурился.

– Ой, ладно вам, все мы когда-нибудь об этом задумывались.

– Члены экипажа говорили, что он вел себя очень спокойно.

– Да, – печально отозвался Адам. – Так бывает, ну знаешь, когда человек уже все решил, прямо перед этим он совершенно спокоен. По-мученически, что ли. Мне как-то доводилось это пару раз наблюдать.

Мы посмотрели на помятое живое безобразие, сидевшее на полу. Я задумалась, какой же рискованный образ жизни вел Адам. Я видела, как он отдавал дань памяти друзьям в «Фейсбуке», неизменно молодым, улыбчивым на смазанных фотографиях. Когда-то он спас мне жизнь. И наверняка не мне одной.

Он вопросительно вскинул брови:

– А Леон случайно не разорился? Банк ведь замораживает счета. Может, он хотел убедиться, что точно рассчитался с экипажем, потому что не был уверен, что по возвращении будет располагать деньгами?

– Я не знаю, разорился он тогда или нет.

– Альберт точно знает, – сказал он. – У Альберта чутье на банкротство, как у меня – на барыг.

Тут он был прав. Альберт Маккей наверняка был в курсе, но я не знала, расскажет он мне или нет. Человек он был патологически скрытный. Придется что-нибудь придумать, чтобы разговорить его.

21

Машина еще не успела остыть, когда мы вернулись. Из-за затхлого запаха сигаретного дыма и лопнувшей подушки безопасности складывалось ощущение, будто ты вернулся на вечеринку, где случилось и было сказано много неприятных вещей.

Мы захлопнули двери и устремили взгляд на Бен-Невис, горделиво возвышавшийся вдали.

– Почему он назвал тебя Софи?

– Адам-то?

– Да.

– А он меня так назвал?

– Сама знаешь.

– Я не заметила.

– Он назвал тебя Софи.

– А! Так звали его бывшую девушку.

Фин хмыкнул и помолчал.

– Если честно, я бы и не подумал, что вы друзья. Он больше… Не знаю, – Фин немного смутился, подтягивая ремень безопасности. – Ты больше похожа на женщину из среднего класса…

Я засмеялась.

– Да неужели?

Мне хотелось поскорей сменить тему, так что я пристегнула ремень и сказала:

– В общем, сомневаюсь, что Леон разорился. У него жена – одна из самых состоятельных женщин в мире.

– Но они ведь подписали брачный договор.

– Даже если бы Леон разорился, я точно знаю, он бы не покончил с собой.

– Ты не можешь знать наверняка. – Фин говорил свысока, но он не знал Леона.

– Я знаю. – Мои слова звучали непреклонно, хотя откуда мне было знать. Еще пару часов назад я сама чуть не покончила с собой. Что я, наверное, хотела сказать, так это что Леон – хороший человек. Мне нужно было в это верить, но, возможно, раньше мне это было нужней, когда я прозябала в страхе и без единого друга. Я уже было настроилась на свою волну, как вдруг меня сбил Фин:

– Мне кажется, ты сама себе врешь.

– ДА КОГДА ТЫ УЖЕ, НА ХРЕН, ЗАХЛОПНЕШЬСЯ?

Он обернулся на меня и улыбнулся, не такого я ожидала, все-таки прикрикнула я на него неслабо, да еще и матом, в надежде напугать его и утихомирить.

Но не тут-то было. Он мягко возразил:

– Ты слишком рьяно за это взялась, понимаешь? Вы же с ним едва знакомы. Ну правда, в чем дело?

– Забей. – Я завела мотор.

– Что это вообще за замок Скибо?

– Этот замок принадлежал Эндрю Карнеги. Сейчас там элитный