Не лучшее время для убийства - Юлия Евдокимова

– Вьери.

– Я пошла. – И Саша нажала кнопку на двери.

– Кто? Сегодня приема нет. – ответил мужской голос.

– Алессандра. Мне позвонила Галина.

– Вы принесли тетрадь?

– Да.

– Покажите ее. На камеру. Раскройте, но медленно.

Саша сделала, как велели.

– Заходите.

Дверь запищала и щелкнула.

Саша вошла, тяжелая дверь медленно закрывалась за ее спиной. оставив дверь закрываться самостоятельно. И как Вьери собрался сюда войти, такую дверь только штурмом брать, из пушек стрелять.

Приемная оказалась пуста. Саша толкнула дверь с золотой табличкой «Notaio Edoardo Morelleschi». Вошла в кабинет.

Высохший нотариус, знакомый по первому визиту в дом Иволгиной, сидел в кожаном кресле. Напротив через стол сидела Галина, непривычно тихая, молча кивнула на Сашиной приветствие.

– Садитесь, дорогая. Вы ужасно выглядите, что неудивительно, учитывая недавнее происшествие. К сожалению, не могу предложить вам кофе, я отпустил секретаря.

Галина по-прежнему молчала.

– Это та самая тетрадь? Она написана по-русски?

– Конечно по-русски.

– Вы прочли ее?

– Да, прочла.

– Вы уже рассказали об этом полиции?

– Нет, Галина просила срочно приехать сюда.

Нотариус сочувственно поцокал.

– Я могу посмотреть?

Саша протянула ему тетрадь. Галина что-то пискнула, но тут же замолчала.

– Это очень мило с твоей стороны. И что вы об этом думаете?

– Думаю, что эта тетрадь подтверждает аферу с картинами. И напали на меня не случайно, человек пришел туда специально.

– Ну, что вы, нападение на вас – чистая случайность. Грабитель пришел в пустой дом, а вы его спугнули. Так что вы увидели в этой тетради?

– Мы были на правильном пути. Бедный парень писал на холсте, скрывающим украденные картины. И Елену Иволгину убили не случайно, он подарил ей один из таких холстов.

– Не такой уж он и бедный. Вы преувеличиваете. Кем бы он был без фонда? А теперь он звезда.– Нотариус потер лоб. – Расскажите мне еще раз про всю цепочку.

– Все просто. Иволгину проконсультировал какой-то антиквар. Но ей нужна была полная информация и кто-то направил ее в магазин художественных принадлежностей синьора Джанотти. Тот не был специалистом в реставрации и направил ее дальше, к реставратору, с которым давно сотрудничал – американцу Дугласу Ханберри, исполнительному директору фонда Аньези. Пользуясь болезнью главы фонда, Ханберри наверняка давно проворачивал всякие сомнительные дела, а тут такая золотая жила: ворованные картины можно прятать под тутовой бумагой, а парень- аутист не обратит на это внимание. Из парня сделали звезду, и его картины можно вывозить без помех.

Конечно, он испугался, когда русская писательница задала ему вопрос о тутовой бумаге. И отрицал, что занимается реставрацией. На этом все бы и закончилось, и все пошли свои путем, но художник-аутист подарил картину Иволгиной, а та отказалась возвращать ее фонду. Поэтому Иволгину убили.

– Но зачем ее убивать, можно просто украсть картину.

– Иволгина была в курсе технологии, могла найти спрятанное полотно, или вскоре нашла бы, а укради картину, она бы сопоставила все и догадалась.

– И вы все это рассказали полиции?

– Да, но им было не особо интересно, Доказательств не было. С этой тетрадью будет проще.

– Да… Вот так придумываешь идеальный план, он работает, капают хорошие деньги, и вдруг появляется ниоткуда дилетант и все портит.

– Что вы имеете в виду? Погодите… Саша увидела выражение лица Галина и до нее начало доходить. – А откуда вы узнали, что на меня напали? Я не успела рассказать об этом Галине.

– Это уже не важно. С минуты на минуту приедет синьор Феретти.

– Синьор Феретти? – Саша вспомнила, кого напомнили ей пухлые губы мужчины в капюшоне: он был постаревшей и похудевшей копией Арнальдо. Так это отец художника, Томмазо!

– Убить человека ради каких-то картин?

– Каких-то? Каждая из них стоит миллионы.

– Но вы… как вы могли? Вы уважаемый человек! Где вы познакомились с Ханберри? – надо было тянуть время, тем более, Вьери слушает их разговор.

– Моя контора удачно расположена. Я давно вел дела семьи и фонда Аньези, продажа картин требует нотариального заверения всяческих бумаг. Я никогда не бедствовал, но то, что предложил этот молодой человек… Ханберри… просто гениально. И такие деньги! Это чудо, что мы нашли юного Арнальдо Феретти, просто гениальный план.

– Вас арестуют.

– Не успеют, билеты куплены, самолет ждет.

– А что вы собираетесь делать с нами?

– Пока не знаю. Думаю, лучшим способом будет запереть вас тут, лишив телефонной связи. Пока вы придете в себя, доберетесь до полиции, мы окажемся далеко. Но Томмазо Феретти, возможно, предложит лучший план. Конечно, я не собирался на покой так быстро, но всех денег не заработаешь, пора в теплые края. Думаю, вы с Томмазо пока поедете в одно тихое местечко.

– И что мы там будем делать?

– Подождете, пока вылетит наш самолет. А дальше на усмотрение Томмазо. Здесь в округе много пустых домов, никто лучше него не знает адреса. Посидите… и пойдете домой. Если Томмазо не захочет с вами рассчитаться. Ты была с ним невежлива! – нотариусу надоело «выкать».

– Никуда я с ним не пойду! – Саша вскочила, но в руках старика появился пистолет.

– Под дулом пистолета твоя подружка сидела тихонечко. И тебе пора замолчать. Встали обе, и пошли, вон туда, к стене. Телефоны на стол!

Саша положила телефон дисплеем вниз. Медленно пошла к стене.

Нотариус вышел из-за стола, продолжая наводить на женщин дуло пистолета, попятился к двери.

– Я с вами прощаюсь, ждите Томмазо, – он противно хихикнул, так делают злодеи во второсортных фильмах.

Также спиной, не выпуская женщин из виду, он толкнул дверь, но вместо того, чтобы перешагнуть порог, рухнул обратно в комнату и застыл на полу.

– Не сильно я его приложил? – Вьери с керамической статуэткой, изображавшей обнаженную женщину, стоял на пороге. – Нда, нехорошо получилось, не по-мужски, голой бабой по затылку…

Саша и Галина расхохотались и сползли по стене на пол. Так и сидели, смеясь и не в силах остановиться.

– Посмейтесь, посмейтесь, не все в обморок падать. А потом я вам таблеточку выпишу на ночь, от стресса, и через недельку будете как новенькие.

В коридоре затопали и в кабинет вбежали полицейские.

***

Прошло еще несколько часов, пока Галина и Саша давали показания. Томмазо Феретти арестовали в местном баре, куда он зашел выпить, чтобы прийти в себя, не особо и торопясь по зову нотариуса. Элену Дамиани, или как там ее на самом деле, задержали в галерее Оспедале Инноченти, Дугласа Ханберри дома, где он спешно собирал чемоданы.

Нотариус Мореллески и Дуглас Ханберри намеревались этим же вечером вылететь из Пизы в Милан, оттуда в Латинскую Америку. Судьба Томмазо Феретти и Элены Дамиани их совершенно не интересовала.

После того, как все допросы закончились, к Саше зашла женщина полицейский, мягко поинтересовалась, не осталось ли чего-то, о чем Саша не хочет говорить мужчинам. Девушка сначала не поняла, а потом заверила полицейскую, что на ее честь никто покуситься не успел. Один был слишком стар, да и вступил в отношения с обнаженной керамической красоткой, второй вовремя получил коленом