Если бы не он… - Diana Panamis

Пушкина Александра Сергеевича, конечно если я не ошибаюсь". Но что-то мне подсказывало, что я не ошибаюсь.

"Теперь осталось выяснить, в каких библиотеках имеются ячейки для хранения". Это не составило особого труда, таких библиотек всего три и только одна находится недалеко от кафе на Слободской улице. "Сомневаюсь, что Захаров отправился бы в библиотеку в нескольких часах езды. Даже если и так, проверить их можно, три это не тридцать. Вот только без пароля сделать это не возможно, не взламывать же их".

Я посмотрела на часы, уже пять, мне не терпелось отправиться туда чтобы лично убедиться, права ли я, а пока необходимо кое-что сделать, заодно вдруг получиться вспомнить цифры с билета…

— Выглядишь уставшей, опять всю ночь не спала? — спросил Богданов меня за завтраком.

— Почему, спала, — ответила я, — только немного. Сам понимаешь, мыслей куча, да и Слава всё время перед глазами стоял.

— Да, такое не сразу забудешь? — он сжал мою руку, поддерживая меня.

— Но, — говорила я, спокойно намазывая тост маслом, — я разгадала всю тайну конверта Захарова. — И откусила хрустящую сдобу.

— Что? — На лице Паши читалось явное удивление.

— Я всё время думала, над тем что это слишком нелепо и не имеет никакого смысла, подсовывать мне конверт с совершенно бесполезной информацией. — я говорила и в тоже время поглощала свой завтрак, — Только если это не был отвлекающий манёвр, как я предположила вчера. Но потом, во сне, мой собственный разум подсказал мне. Насколько всё гениально и банально просто, — Сделав паузу для большей грандиозности, я продолжила, — то что прятал Захаров и искал Слава, находиться в библиотеке недалеко от кафе.

Паша молчал, но его взгляд выражал непонимание.

— Объясняю. Я всё думала, что цифры на лотерейном билете, это спрятанный шифр, что собственно я и сказала Славе, в тот день. Но это не так, эти цифры это просто цифры, не более того. Но, именно их профессор взял за пароль от ячейки, в которую и положил флэшку или другой носитель. А сама ячейка находится в библиотеке, "Все познания от чтения". Про библиотеку я поняла благодаря стихотворению Пушкина, из конверта Захарова, могу лишь предположить, что номер ячейки, это год в котором Александр Сергеевич написал своё произведение, это 1824. — Закончила я и замолчала.

— Да, Машка ну ты даёшь, — Пашка встал и убрал чашку со стола. — Кто бы мог подумать, что всё окажется действительно всё так просто. А самое главное, — Я услышала шорох за спиной и через секунду, к моему лицу прижата тряпка с резким, эфирным запахом, от которого у меня потемнело в глазах, — уже в далеке до меня доносились слова, — В тебе я не ошибся, нужно было только слегка подтолкнуть…

Глава 18

"Вот она, та самая библиотека, Паша остановился у входа в культурное сооружение, на вывеске красовались слова "Все познания в чтении". Закрыв машину, уверенной походкой парень направился к своей цели. "Пусть для этого мне пришлось пожертвовать самим профессором, бывшей одноклассницей и ещё парой тройкой людишек. Но, согласись Захаров на его предложение, ничего этого могло бы и не быть. Да и сам старикан жил бы припеваючи, ни в чём не нуждаясь. Но нет же, он передаст своё открытие государству, "патриот хренов", теперь я буду распоряжаться работой всей твоей жизни".

— Здравствуйте, — поприветствовала девушка на ресепшн, мило улыбаясь.

В прекрасном расположении духа, парень поклонился и обворожительно улыбаясь, проговорил, — Знай, я раньше, что в царстве книг обитает такая прекрасная нимфа, давно бы пристрастился к чтению.

— Желаете что-то конкретное почитать или находитесь в поиске? — спросила девушка.

— В поиске, — ответил ей парень.

— Я могу, вам посоветовать, но для начала ваш номер читателя, или если вы ещё не являетесь нашим читателем, заполните анкету.

— С удовольствием, но у меня скоро самолёт. — Улыбался тот, — Возможно в другой раз. А сейчас мне нужно всего лишь забрать, посылку от отца из вашей ячейки.

— Как зовут вашего отца?

— Захаров Г. В.

Быстро проверив в компьютере, девушка подняла на него свои огромные глаза, и извиняющимся тоном произнесла, — Да, ваш отец оплатил ячейку, но мы не можем, позволить вам её открыть.

— Я понимаю, красавица но если ждать пока мой отец приедет сюда, мы опоздаем на самолёт. Видите ли, он уже на подъезде к аэропорту, а меня попросил забрать его заметки, он у меня учёный.

— Нет, у нас так не принято, только сам наниматель имеет право открывать ячейку. Своим ключом, мы пользуемся только с предписания полиции или если срок найма ячейки истёк, а наниматель больше пяти дней не появляется здесь.

— Вы не поняли меня, мне не нужен ваш ключ, я просто воспользуюсь паролем открою ячейку, заберу заметки и, больше вы меня не увидите.

— Вы знаете код от замка.

— Ну, разумеется, я же говорю, это мой отец мне его назвал, чтобы я мог забрать его заметки.

— Ну, хорошо, — девушка взяла ключи, — пойдемте, я провожу вас в комнату хранения.

Пройдя по коридору, они повернули направо, открыв дверь ключом, девушка повернулась к парню. — У вас несколько минут, — и вышла.

— Спасибо красивая, — ответил ей он и вошёл внутрь.

Столько ячеек, что в глазах рябит, но времени не много, нужно действовать. Проверив слева, парень шёл по порядку, ища глазами нужный номер.

— Вот он, 1824, — быстро из кармана достал потрёпанный лотерейный билет и ввёл цифры. Замок щёлкнул, с замиранием сердца парень открыл маленькую дверцу. — Что за хрень? — он вытащил оттуда чёрный куб.

— Это колондуб, — от голоса позади, парень резко развернулся. — Вижу Пашка, ты сильно удивился, увидев меня здесь, а не там где ты меня оставил, связанную.

Я немного отошла в сторону пропуская вперёд полицию, следующими зашли Форд, Влад, Сашка, Ворошин как же без него ну и конечно девушка с ресепшн, та самая Милана. На Влада я взглянула всего лишь раз и то, чтобы благодарно кивнуть. Теперь настал час моего триумфа.

— Ты думал, что умнее всех, — я подошла к Богданову, — Но знаешь что, когда так рьяно идёшь к цели, проверяй хотя бы информацию. Так как свой стих "Узник", Пушкин написал не в 1824, а в 1822 году. Упс, — пожала я плечами и открыла нужную мне ячейку, достала оттуда маленькую флэшку и на глазах яростного Пашки отдала офицеру полиции.

— Сука, — прошипел Богданов.

— Возможно, — ответила я с отвращением, — но зато живая и на свободе.

— Уведите! — скомандовал офицер. — А вам Мария Алексеевна, мы выражаем свою особую благодарность, за помощь в поимке опасного