Смерть в горах - Люси Кларк

Она по-прежнему дорожит нашей дружбой.

– Понимаю, – тихо отозвалась Хелена и, понизив голос, добавила: – Новость про Лиз и Патрика прозвучала как гром среди ясного неба.

Когда Мэгги задала следующий вопрос, Хелена почувствовала ее дыхание на своем лице.

– Ты же видела его недавно. Как он выглядел?

– Довольный как слон, что вырвался на свободу.

– Хелена!

– Что я такого сказала? Все знают, что он не прочь пропустить стаканчик-другой, когда Лиз нет рядом. – Она умолкла. – Слушай, у тебя нет ощущения, что нас развели? Они сейчас в состоянии, так сказать, «гостевого» развода. И Лиз заранее выбрала для поездки дни, когда с детьми сидит Патрик.

Мэгги промолчала. Хелена могла на нее рассчитывать почти во всем, но сплетничать за спиной подруг – это не к ней.

Хелена истолковала молчание превратно, поэтому продолжила:

– И все-то у нее в жизни правильно. Тоже мне мисс Совершенство.

– Тсс! – одернула ее Мэгги.

– А что я такого сказала? Сама подумай. Обложилась картами, списками, графиками. Всегда улыбочка наготове. Почему нельзя было просто взять телефон и сказать: Девочки! Мы с Патриком переживаем непростые времена. Мне нужно уехать подальше от дома. Кто со мной? Мы бы все ее поддержали.

– Я сказала «тсс», потому что мне что-то послышалось.

– Ой. – Хелена замолкла и прислушалась. Легкий ветер колыхал ветви деревьев. Сосновые иглы перешептывались друг с другом.

Мэгги спросила неуверенно:

– Как думаешь, Вильгельм… куда он направился?

– Домой, если с головой дружит.

– У него на спине висел походный рюкзак.

Да, глядя на мужчину, не оставалось сомнений, что в глуши он без проблем может жить неделями. Ставить ловушки на кроликов, ловить рыбу.

Мэгги перешла на шепот:

– Он знает, что мы здесь совершенно одни. Когда он рассказывал про «тонкие» места… душа у меня от страха в пятки ушла.

Мэгги в темноте нашла руку Хелены.

– Отпусти мою грудь.

– Ой, прости.

За стеной палатки Хелена уловила движение.

Мэгги замерла.

Шорох повторился. Шаги? Раздался хруст ветки под ногой.

– Там кто-то ходит! – прошептала еле слышно Мэгги.

Хелена перестала дышать, прислушиваясь к отчетливому звуку приближающихся шагов. Мышцы непроизвольно напряглись.

Произошло какое-то движение, и Хелена получила удар в плечо.

Крик Мэгги пронзил ночную тишину.

Ошарашенная Хелена нанесла ответный удар кулаком и почувствовала, как костяшки впились в мягкую плоть, с которой ее разделяла стенка палатки.

Раздался истошный вопль.

Хелена нанесла еще один удар в темноте.

– Ай!

Мэгги схватила подругу за руки и прокричала:

– Прекрати!

За стенкой раздался голос Лиз:

– Это я! Убить меня решили?

Выкарабкавшись из спальника, Хелена расстегнула палатку и высунула голову. В лунном свете виднелась фигура пытающейся встать на ноги Лиз.

– Какого черта? – закричала Джони, выныривая из палатки с фонарем в руке.

Лиз прикрыла ладонью лицо.

– Я сходила в кусты и на обратном пути зацепилась ногой за оттяжку!

– Ты упала прямо на меня! – прерывисто дыша, возмутилась Хелена. Сердце бешено колотилось. – Мы думали, нас убивают!

Джони расхохоталась, и луч света задрожал в темноте. Поняв, что им ничего не угрожает, подруги с облегчением выдохнули.

– Я не хотела, – оправдывалась Лиз.

Джони тряслась от смеха. Мэгги от нее не отставала.

«Очень смешно», – подумала Хелена и, вспомнив поговорку о том, что нет худа без добра, решила все же сходить в туалет. О том, чтобы надеть на истерзанные ноги ботинки, не могло быть и речи, поэтому она пошла по мокрой траве босиком. Неподалеку от палаток присела на корточки, и горячая струя с шумом обрушилась на землю.

Почему Лиз вообще оказалась так близко? Неужели подслушивала?

В любом случае Хелена была готова повторить каждое сказанное ею слово. Ей стыдиться нечего.

Она встала и вдруг за тлеющими в темноте углями костра уловила какое-то движение. Тогда, выставив фонарик вперед, она несколько раз повела лучом вокруг, но не увидела ничего, кроме возвышающихся в темноте деревьев, между которыми прятались черные тени. Хелена понимала, что на десятки километров вокруг ни души, и все же не могла отделаться от ощущения, что кто-то не сводит с нее глаз.

Ни с того ни с сего в мыслях всплыл образ мужчины, с которым она переспала в приюте, – Остин. Она не забыла, как от него пахло сидром и мясом. Не забыла взгляда холодных глаз. В память врезались слова, которые он бросил ей вслед: Еще увидимся!

Хелена нырнула в палатку и закрыла за собой молнию.

Поиски

Взгляд Лайфа прикован к двум бегущим в сторону приюта женщинам. Сжимая в кулаке бинокль, он сломя голову устремляется им навстречу. При каждом шаге земля под ногами пружинит и вздрагивает.

Впереди бежит женщина помоложе. Куртка завязана узлом на талии, темные волосы развеваются на ветру. На топе темнеют пятна пота. Завидев Лайфа, она переходит на шаг, и ее тело облегченно обмякает.

Молодая немка лет восемнадцати; следом бредет ее мать. Они выдвинулись в поход с ночевкой вчера. Точно. Лайф их вспомнил. Они еще очень долго изучали за ужином карту.

– Что случилось? – кричит Лайф, подбегая.

Девушка останавливается и пытается отдышаться. Она наклоняется вперед, опершись ладонями о колени. Грудь часто вздымается. На лбу – капельки пота.

Пошатываясь и едва волоча ноги, подходит мать. Ее щеки пылают.

Обе как по команде показывают руками на Блафьель.

Щурясь в туманном свете, Лайф поднимает глаза на вершину горы, не до конца понимая, что надеется там увидеть. Людей? Устремляющиеся в небо клубы тумана? Отсюда гора кажется высокой, неприступной и одинокой.

Способность говорить возвращается сначала к дочери:

– Женщина…

– Упала, – выдыхает мать.

У Лайфа мгновенно пересыхает во рту.

– Мы звали ее! Но слишком далеко! – добавляет мать. – Мы шли по нижней тропе.

– К ней не подобраться… Звонили спасателям… Связи не было…

– Поэтому побежали за помощью сюда.

У Лайфа перехватило дыхание.

– Она жива?

Женщины переглянулись. Похоже, мать представила собственную дочь на вершине той горы, и ее глаза наполнились слезами. Она повернулась к Лайфу и голосом, в котором паника уступила место чему-то более мрачному, сказала:

– Не знаем. Движения не заметили.

День 2

Глава 27. Лиз

Не успела Лиз выбраться из спальника, как холодный воздух окутал ее со всех сторон и заставил поежиться.

Джони спала рядом, закинув за голову руку, на которой вереница вытатуированных скворцов вытянулась в ниточку от локтя до запястья. Дыхание легкое, губы полуоткрыты, веки слегка подрагивают.

Лиз выбралась из палатки, на стенках которой затанцевали капельки росы. Утро выдалось безоблачным и светлым, но лагерь оставался в тени – солнце еще не добралось до самых высоких вершин.