Растворенные - Мадс Питер Нордбо

объяснить, откуда они взялись. Поэтому давайте сосредоточимся на них.

Из нескольких углов помещения послышался шепот, атмосфера была напряженной, тревожной. Серийные преступления в Дании – редкость, поэтому весь следственный отдел в напряжении, подумал Лиам. Потом перевел взгляд на главного криминалиста.

– Что вы можете сказать об этих записках – кроме того, что текст, как мы знаем, взят из Корана?

Криминалист подошел к доске и прикрепил к ней увеличенные изображения трех цитат.

– Мы проанализировали чернила, шрифт, его размер и бумагу, и похоже, что все три стиха были напечатаны на одном принтере и на одной и той же бумаге. К сожалению, бумага эта стандартного типа, ее можно купить в любом магазине. Используемый шрифт – «Ариал Нэрроу», и все три цитаты написаны на безупречном датском языке. Принтер, скорее всего, Эйч-Пи, но это нам смогут подтвердить чуть позже.

– Сохранились отпечатки пальцев, следы ДНК или еще что-то? – спросил Лиам, не сводя глаз с криминалиста. – Или еще рано об этом говорить?

– Нам нужны ответы по анализу последней записки, но пока не обнаружено никаких следов. Однако мы можем сказать, что записки вырезаны очень ровно, и мы предполагаем, что использовался резак для бумаги с большим лезвием.

– Значит, мы ищем принтер Эйч-Пи и резак? – с иронией воскликнула Дея.

– Мы составляем профиль преступника, – вмешался Лиам, не обращая внимания на тон Деи. – Сейчас нас интересует, кто мог использовать «Ариал Нэрроу». Шрифт включен в стандартный список, но, чтобы выбрать именно эту модификацию, требуются дополнительные действия. Получается, мы ищем человека, который понимает хоть что-то в текстовом редакторе. К тому же мы ищем человека, который умеет грамотно писать, правильно расставляет запятые и хорошо знает Коран.

– Не очень похоже на молодое поколение, – вмешался один из членов команды.

Лиам кивнул, соглашаясь с ним, и продолжил:

– Сейчас одна из приоритетных задач – выяснить, есть ли связь между пропавшими. Что-то связывающее их, о чем они, возможно, и сами даже не подозревали: общие знакомые, семейные отношения, общие интересы и так далее.

Он мгновение помолчал.

– Сегодня нас ждет большая работа – систематизация всех полученных данных. Команда в Ассенсе обыскивает мастерскую и квартиру Каспера. Операцией там руководит Торбьорн, он поговорит с владельцем мастерской и сотрудниками. Я отправил человека в Видовре, чтобы побеседовать с бабушкой Каспера. Она, кстати, подала заявление через день после его исчезновения.

Лиам бросил взгляд на Нассрин, словно хотел поблагодарить ее.

– Помимо этого, – продолжил он, – у нас есть только стихи из Корана и пропавший «Форд-Гранада», который может вообще не относиться к делу, так что любая информация имеет значение.

Он перевел взгляд на одного из следователей.

– Можешь рассказать, что вы узнали о машине?

– «Форд-Гранада» был замечен возле Вернинге несколькими свидетелями, а возле Гламсбьерга – патрульной машиной с камерой распознавания, просто он тогда не был в розыске, поэтому камера не зафиксировала его. Офицер на патрульной машине увлекается старыми авто и вспомнил, что видел его. Мы предполагаем, что он двигался через Вернинге и Гламсбьерг в направлении Ассенса, и время, когда он был замечен, совпадает с промежутком времени, когда исчез Вернер. На машине были номера, но, предположительно, они краденые, так как машина была снята с учета в две тысячи третьем году.

– Спасибо, – сказал Лиам. – Мы усилим команду для поисков между Гламсбьергом и Ассенсом.

Следователь кивнул.

– И надо сказать, что «гранаду» не видели в тех районах, где исчезли два других человека. Ни до, ни после их исчезновения.

– Может, по счастливой случайности номерные знаки все-таки попали в поле зрения какой-нибудь камеры наблюдения?

Полицейский покачал головой.

Руку подняла женщина-полицейский, и Лиам кивнул ей.

– Все-таки, что у нас с прессой? – спросила она. – История приобрела огласку, все проявляют к ней интерес, и к нам неизбежно явятся журналисты. Может быть, нам взять ситуацию под контроль?

Лиам задумался. Несмотря на то что в большинстве газет уже давно закрылись большие криминальные отделы, всегда появлялся криминальный репортер с телеканалов DR и TV2, да и журналисты газеты «Экстра бладет» тоже, как правило, оказывались на месте. А затем их материалы перепечатывали другие СМИ. Но в данном случае было ясно, что средства массовой информации Фюна обязательно захотят получить информацию из первых рук, и Лиам, когда этот вопрос обсуждался в отделе, дал понять сотрудникам, отвечающим за связи с общественностью, что им важно установить контакт с местными СМИ. Но он также предупредил, что они могут предоставлять журналистам только информацию, полученную непосредственно от него или начальника полиции Дюббёль. Ни слова о стихах из Корана и ни одного несогласованного ответа на вопрос.

– Три пропавших человека за три дня – это много, – нерешительно продолжила женщина.

– Я полностью уверен в вас, – сказал Лиам. – Но я прекрасно понимаю, как трудно информировать так, чтобы не создавать страха. Сейчас самое главное, чтобы мы контролировали СМИ, а не наоборот. Мы также не можем допустить, чтобы наружу вышло слишком много деталей, тогда преступник – или преступники – будет сидеть за утренней газетой или перед телевизором и наблюдать, как мы выполняем свою работу. Придерживайтесь наших нынешних установок и поддерживайте дружеские отношения с прессой.

Женщина кивнула, и Лиам посмотрел на руководителя группы наблюдения.

– Есть еще что-то новое о Деннисе?

Офицер, тоже женщина, откашлялась и сказала:

– Мы узнали, что не только Деннис, но и его сестра, которую зовут Луна, имеет несколько судимостей за кражи.

Она помахала фотографией молодой худощавой женщины в синем пуховике.

– Послушайте, – воскликнула Нассрин. – Это же та самая Луна, с которой я вчера была в одной поисковой группе.

– Отлично, – улыбнулся Лиам. – Хорошо, что ты пошла с ними, Насс.

Дея закатила глаза и слегка покачала головой, а затем подалась вперед и спросила:

– А что еще мы знаем об этой Луне?

– Она живет в Томмерупе уже год. Но она из Ассенса, как и Деннис с Каспером. В тюрьме она никогда не сидела, но была приговорена к общественным работам после шести условных сроков за мелкие кражи. На данный момент мы также знаем, что она была социальным работником, но ее уволили, когда поступило заявление о краже. Деннис, в отличие от своей сестры, отбыл срок за кражу со взломом в доме Шарлотты Лаурсен. Их отец умер. Мать известна в местном сообществе как алкоголичка и наркоманка.

– Понятно, – сказал Лиам и достал из сумки маленький Коран в коричневом переплете, который Нассрин принесла ему накануне вечером. – Первоочередная задача – выяснить,