Проклятие ДНК - Ирина Градова

– Ты права, он загадочный тип, – согласился Виктор, и в его глазах вновь зажегся озорной огонек. – Красота и загадочность – вот и все, что необходимо женщине, чтобы заинтересоваться представителем противоположного пола!

– Я бы сказал, этого более чем достаточно! – вторя ему, подхватил Севада. – Обычно хватает чего-то одного…

– Перестаньте! – неожиданно поддержал Леру Леонид. – А ведь и правда: никто не рассказал о Романе ничего существенного! Спрашивается, почему?

– Ну, он же вырос в детском доме, – развел руками Логинов. – Попал к Карлу практически взрослым и ни дня не жил вместе с семьей – чего тут удивительного?

– Ему двадцать шесть лет, – не унимался молодой опер, – значит, он уже десять лет как член семьи – за это время они должны были хоть что-то о нем узнать, разве нет?

– А кто сказал, что Романа взяли из детдома? – поддержал коллегу Севада. – Луиза?

– Надо найти этот детдом! – решила Лера.

– Зачем же так глубоко копать? – изумился Виктор. – Какое это имеет отношение к убийству?!

– А вдруг имеет? В любом случае нам же нужна характеристика Романа как человека, так? Ни один член семьи не в состоянии ее дать!

– Эльза сказала, что несколько раз болтала с ним, – вспомнил Виктор. – Она отзывается о нем положительно!

– Этого недостаточно. Лечащий врач Романа утверждает, что он не способен на убийство, но отказывается объяснить свою уверенность, поэтому нам нужны люди, которые смогли бы описать характер подозреваемого: всегда необходимо узнать как можно больше о том, с кем имеешь дело! Может, удастся что-то вытянуть у адвоката Рубиса: чересчур уж он старался убедить Романа признать вину – вдруг на него давят другие члены семейства?

* * *

Подъезжая к зданию, где проживал Роман, Лера слегка мандражировала: она еще не бывала в таких домах. Этот, под номером семьдесят шесть, расположенный на Фонтанке, в самом центре города, так называемом «Золотом треугольнике»[6], поражал воображение как своим фасадом, так и близостью к самым известным достопримечательностям города. Он насчитывал девять этажей, и в интернете Лера прочла, что в нем всего чуть больше семидесяти квартир, четыре из которых являлись пентхаусами. Роман Вагнер жил не в одном из них, чего можно было ожидать, а на шестом этаже, но она не сомневалась, что любая квартира в таком доме превзойдет все, что она может вообразить. Лера не могла себе представить, каково здесь жить, в окружении памятников культуры, когда каждое утро, выходя на балкон с чашкой кофе, можно лицезреть Спас-на-Крови, Исаакиевский собор и прочие красоты самой привлекательной части Санкт-Петербурга! Казалось бы, в таком месте должно быть шумно и многолюдно, однако Лера убедилась, что дом находится в глубине квартала, вдали от оживленных магистралей. Здесь имелся даже небольшой скверик, в котором можно погулять одному или с собачкой. Оставив машину на парковке, Лера прошла к входу, где предупредительный швейцар открыл перед ней дверь и любезно указал на сидящего у стойки консьержа. Однако она не сразу подошла к нему, так как была буквально ослеплена великолепием холла.

– Да это же настоящий Эрмитаж… – пробормотала она и оглянулась, смущенная при мысли о том, что швейцар мог ее слышать. Он, несомненно, услышал ее слова, однако сделал вид, что ничего не произошло, и лишь дежурно улыбнулся. Интересно, часто ли он сталкивается с восхищением посетителей или все гости дома живут в таких же хоромах? С другой стороны, наверняка резиденты заказывают еду на дом, и доставщики, впервые попадая в такое место, как пить дать испытывают культурный шок! Задрав голову, Лера увидела огромную люстру, ярко освещающую просторное помещение. В потолок на равном расстоянии друг от друга были встроены мелкие лампы, которые, впрочем, в данный момент не горели – видимо, и здесь стараются экономить электричество, если в дополнительном освещении нет нужды. Тут и там стояли пальмы в кадках, а с реек, закрепленных на стенах, свисали изящные кашпо с яркими цветами. Лера даже удивилась, что в фойе не ходят важные павлины и не летают туда-сюда красочные попугаи! По обе стороны от входа вверх поднимались мраморные лестницы, а посередине, между двумя неоклассическими колоннами, располагался стол администратора, или консьержа. Приятный мужчина пенсионного возраста, одетый в строгий деловой костюм, внимательно изучил ее «корочки».

– Вас ожидают? – поинтересовался он.

Получив утвердительный ответ, он нажал на кнопку селектора.

– Роман Карлович, к вам посетительница из Следственного комитета! – сообщил он. И, обращаясь к Лере, сказал: – Вы можете пройти.

– А по какой лестнице подниматься? – поинтересовалась она.

– По любой, – доброжелательно ответил консьерж. – Обе ведут к лифтам. Вам нужен шестой этаж.

Лифты оказались не менее шикарными, чем все, что она успела увидеть в здании, – стеклянные, с прозрачными дверями. К счастью, пол оказался металлическим: Лере всего однажды довелось подниматься в лифте со стеклянным полом в каком-то бизнес-центре, и она запомнила, что ощущение было не из приятных – словно стоишь в невесомости и вот-вот рухнешь вниз!

Позвонив в нужную дверь, она ждала звука шагов, но ничего не услышала. Тем не менее через минуту ей открыл сам Роман – странно, она предполагала увидеть горничную! Он выглядел лучше, чем в их последнюю встречу. Хотя такие, как он, просто не могут выглядеть плохо – даже противно, ведь Лера с утра старалась на себя в зеркало не смотреть, чтобы не расстраиваться, пока не умоется и не причешется! Поздоровавшись, хозяин квартиры пропустил ее внутрь. Стараясь не слишком глазеть по сторонам, что оказалось не так-то просто, Лера проследовала за ним в круглую гостиную, обставленную мебелью в стиле ар-деко: интересно, это выбор Романа или Карла, первого владельца жилища? Странно, что Лера, обычно быстро составляющая мнение о человеке, до сих пор не понимала, с кем имеет дело – с хладнокровным убийцей, виртуозным лжецом или кем-то еще, с кем она пока не познакомилась! Гостиная была обставлена с большим вкусом – впрочем, этого можно было ожидать! Ноги Леры утопали в густом ворсе мягкого ковра. Ее зять, муж Эльвиры, считался состоятельным человеком, но его дом не шел ни в какое сравнение с квартирой Романа – да что там, даже дом Карла не мог с ней соперничать!

– Присаживайтесь, – вежливо предложил Вагнер.

Лера огляделась в поисках места, где можно разместиться. Глаза разбегались, и, после некоторых колебаний, она с опаской опустилась в белоснежное кресло у высокого окна, за которым открывался вид на тихий зеленый дворик. Дальше на фоне почти безоблачного неба высились купола Исаакиевского собора. Лера считала себя равнодушной к роскоши, но сейчас она вдруг почувствовала, что душу бы продала за такой вид!

– Как вы