Орхидея с каплей крови - Наталия Николаевна Антонова

ли он здесь кого-то постороннего.

– А если мы не найдём этих следов невооружённым взглядом?

– То я всё равно хочу попросить Шуру отправить эксперта сюда со мной.

– Тогда не будем терять время даром. Вы езжайте к Наполеонову. А я…

– А ты?

– Пойду, пообщаюсь с местными бомжами без предъявления им анализа ДНК.

– Ты надеешься их найти?

– Попытка не пытка, как говорите вы, русские.

– Морис! Ты католик? – неожиданно спросила она.

– Это-то тут при чём? – изумился он.

– Я где-то прочитала, что один известный и уважаемый журналист одну из причин отставания России видит в том, что она не приняла католичества.

– Весьма спорный вопрос. На Западе тоже далеко не все католики.

– Какова же, по его мнению, вторая причина?

– Большевики, – вздохнула Мирослава.

Морис хмыкнул:

– Вторая причина не помешала коммунистическому Китаю стать великой державой.

– Тоже верно, – согласилась Мирослава.

– Тогда я пойду? – спросил Морис.

– Иди.

Сама она, не оборачиваясь, направилась к выходу из арки, завела машину и поехала к следователю. По пути она всё-таки набрала номер его сотового.

– Ну-у, – промычал он вместо приветствия.

– Шур, это Слава.

– Вижу, не слепой, – проговорил он, имея в виду высветившийся номер её мобильного.

– Мне нужно срочно переговорить с тобой.

– Говори.

– Лично, – и добавила: – Это очень важно.

– Ладно, подъезжай, я на месте, – сдался он.

Войдя в кабинет следователя, детектив сразу же сообщила ему о проделанной работе.

Больше всего Наполеонова порадовало то, что орхидею, найденную рядом с телом жертвы, купила она сама.

– Вот видишь, – торжествовал он, – никто не приносил этого цветка. А это значит, что она никому дверь не открывала!

– Но кто-то всё-таки проник в квартиру. Теперь осталось только выяснить, кто и как.

– Ржунемогу, – ответил он ей.

– Вы исследовали ключи, которые принадлежали домработнице?

– Нет ещё, но я уверен, что если мы на них и обнаружим чьи-то следы, то только Жанны Гурьяновой. Именно она последняя держала их в руках.

– Я не обладаю твоей уверенностью, – отмахнулась от него Волгина.

– Могу поделиться с тобой по-братски, – весело предложил он.

– Шура! Кроме шуток!

– Не шипи! Сама знаешь, сколько у экспертов работы. Ключи ждут своей очереди.

– Почему так долго?

– Потому что не вижу повода спешить! Есть материалы, требующие незамедлительного исследования.

– Хорошо, – отмахнулась она, поняв, что спорить с ним бесполезно. И попросила: – Отпусти со мной Афанасия Гавриловича.

– Это ещё зачем? – удивился он.

И тут она рассказала ему о том, что в день убийства Гурьяновой курьер, проходивший мимо, заметил в арке силуэт человека.

– У курьера было видение, – хмыкнул Наполеонов.

– Шура! – прикрикнула она на него.

– Что Шура?! Что ты там хочешь найти?

– Курьеру показалось, что этот человек там мочился.

– И что?

– Нам нужно найти этого человека.

– Зачем?

– Затем, что он находился там либо в момент убийства Жанны, либо сразу после него.

– Погибели ты моей хочешь! – закричал Наполеонов, схватился за голову, вскочил со стула и забегал по кабинету.

Мирослава спокойно сидела на стуле и ждала, пока Наполеонов выдохнется. Наконец и он шлёпнулся на стул и сказал:

– Вот тебе моё последнее слово: если ты сама уговоришь Незовибатько на свою авантюру, то я возражать не стану. Это надо же, – хихикнул Наполеонов, – чего удумала, искать следы мочи бомжа. Держите меня семеро!

Мирослава поблагодарила друга детства за проявленное понимание и отправилась к эксперту.

Увидев её, Незовибатько обрадовался:

– Славушка! Какими судьбами?

– Афанасий Гаврилович, – проговорила она виновато после того, как поздоровалась с Незовибатько, – я к вам по делу.

– Без дела разве же я дождусь такой радости, – проговорил он делано сокрушённо. И уже серьёзно спросил: – Выкладывайте, что там у вас припасено в загашнике.

Мирослава коротко, но не упуская необходимых деталей, рассказала ему всё, что считала нужным.

– Если вы просите, Славушка, то конечно, посмотрим, что там наделал этот бомж, – ответил ей эксперт.

Исследовал пространство под аркой Незовибатько довольно долго. Мирослава стояла поодаль и не мешала ему.

Наконец он распрямился и сказал:

– Увы, должен вас огорчить, этой территорией пренебрегли даже кошечки и собачки.

– То есть? – вырвалось у Мирославы.

– Никаких недавних меток.

– Значит, тот человек просто стоял здесь и ничего не делал, – вздохнула Мирослава.

– Чего не знаю, того не знаю, – ответил эксперт-криминалист, – но прошу вас посмотреть сюда, – он указал на одну из досок, небрежно припёртых к стене арки. – Видите, эта доска стоит неровно, точно её кто-то или специально трогал, или задел случайно. Лично я склоняюсь ко второму варианту.

Мирослава внимательно слушала эксперта, пытаясь понять, что же необычного в этой доске. Незовибатько посвятил фонариком, что-то уцепил пинцетом и сунул в пакетик. Мирослава решила пока молчать.

– Теперь, я думаю, всё, – проговорил Незовибатько, – везите меня обратно.

В это время зазвонил телефон Мирославы, и она выскочила из арки.

Звонил Миндаугас.

– Вы где? – спросил он.

– Возле арки.

– Вы всё ещё не уехали или вернулись?

– Вернулись. Мы с Афанасием Гавриловичем. Сейчас обратно поедем в управление.

– Подождите меня!

Мирослава не успела ничего ответить, как Морис отключился. Она уже собралась ему перезвонить, как он появился из-за угла дома.

– Здравствуйте, Афанасий Гаврилович, – направился он к эксперту.

– Привет, привет! – ответил тот.

– Вы уж нас извините, – проговорил Морис, – но я тут вам ещё работу нашёл.

– Что у тебя? – спросила Мирослава.

– Да вот, – Морис потряс пакетом, который был у него в руках, – пообщался со здешними обитателями подворотен и за небольшую мзду собрал материал для ДНК.

– Что ж, посмотрим, что за материал, – проговорил Незовибатько.

Наполеонов, узнав о том, что благодаря стараниям детективов у экспертов увеличился объём работы, только рукой махнул. Морис, чтобы поднять ему настроение, съездил в ближайшую кулинарию, и вскоре все пили чай с пирожками, которые закусывали пирожными. Миндаугас ради дела скрепя сердце принимал участие в этом лукулловом пире. За результатами экспертизы Незовибатько велел подъехать на следующий день.

– Развели самодеятельность, – не удержавшись, проворчал Наполеонов.

Глава 12

Результат экспертизы поставил Мирославу в тупик и заметно позабавил Шуру.

– Это кусочек от прорезиненного плаща, – сообщил им Незовибатько. – Такие были в середине прошлого века. Короче говоря, сейчас это музейный экспонат.

– Неужели такого даже у твоей тёщи, Афанасий Гаврилович, нет? – хохотнул Наполеонов.

– Моя тёща молодая женщина, – осадил его эксперт.

– Интересно, – обронила Мирослава. Она задумалась о том, кому мог принадлежать этот плащ. Сама она о существовании таких вещей вообще не помнила. По крайней мере, ни у её деда, ни тем более у бабушки такого плаща точно не было.

– Есть и ещё одна вещь, – прервал её размышления эксперт.

– Какая?

– На кусочке с изнанки прилипла шерстинка.

– Кошачья? Собачья?

– Нет, – покачал