Лариса Соболева - Фея лжи

– Нет. Сломать.

– Уф-фу-фу… – протяжно выдохнул Никита, этот парень начал потихоньку бесить его. Вдруг захотелось врезать ему, чтоб он хоть немного ожил. Но рукоприкладство дело неблагодарное, осталось долбить в одну точку. – Сломать. А зачем?

– У Лолы есть что отнять.

– А, – понимающе закивал он. – Все упирается в деньги.

– Не только. Деньги дают власть и престиж, дают положение.

– Угу. Ну, ладно, – поднялся Никита. – Спасибо за содержательную беседу.

Он пошел к выходу, а уходить не хотелось, у него осталось ощущение незавершенности. Никита взялся за ручку, приоткрыл дверь и вдруг резко обернулся. Опаньки! Стас держал в руке авторучку, та мелко-мелко дрожала. Конечно, рука дрожала, но с чего бы это? Разволновался, ясно. А что его взволновало? Какая тема, затронутая Никитой?

– Сколько раз ты встречался с Хвалюном? – внезапно выпалил Никита.

Внезапно для Стаса. В этой внезапности и той скорости, с какой он произнес фразу, была заложена провокационная задача: подловить врасплох. Подловить и посмотреть, что да как будет говорить неразговорчивый пресс-секретарь. Стас чуть вздрогнул, вскинув на него растерянные глаза, замер. Через незначительную паузу – а это время, время на обдумывание – произнес:

– Один. Когда он проверял сигнализацию. Потом я только звонил ему.

– Один, – повторил Никита. – Его убили. Труп с ножом в животе нашли на диком пляже. До свидания.

Никита заглянул в кабинет Лолы – Наташка пила чай с конфетами и смотрела телик. Остап листал журнал, полулежа в кресле и вытянув ноги. Перебросились незначительными фразами, Никита спустился вниз.

Сидя в машине, он анализировал Стаса. Что-то в этом «белом воротничке» сокрыто, что-то хранит он в себе, неискренен и осторожен. Стало быть, с Валеркой виделся один раз? Если это так, то почему вспоминал количество встреч? Один раз это не два и не три, которые действительно надо припомнить, если общался с человеком мало. Один – запоминается легко, памяти незачем его искать. Потому что первая встреча, первая рюмка водки, первый поцелуй, первый секс – все, что касается первого раза, врезается в память навсегда, по крайней мере, запоминается надолго. А Стас задумался. И на сообщение об убийстве Валерки у него ни один мускул на лице не дрогнул. Хотя почему обязательно должны дрожать мускулы, если с человеком виделся всего раз? Валерка ему до фонаря, но все равно… почему у него руки исполняли тремоло? Странно. Или?..

Никита наклонился к противоположной стороне салона, взглянул на окна четвертого этажа, вычисляя кабинет Стаса. Не понадобилось вычислять, фигура пресс-секретаря маячила в оконном проеме, а смотрел Стас вниз, скорей всего на машину любознательного детектива.

Никита резко сорвал авто с места, недоумение его росло, но придраться не к чему, нечем и прижать Стаса, чтоб выудить из него сведения. Мало ли что показалось мнительному Никите! Вероятно, парень трус по природе, боится нечаянно оброненного слова, которое истолковать можно по-разному, поэтому скуп на разговоры. Некоторые люди действительно теряются, когда их опрашивает милиция, и выглядят при этом преступниками.

Никита припарковался у магазина, чтоб купить воды, но тут поступил звонок от Аркаши:

– Ник, а-ахренеть! Это же Лола! Чего это она такая зачуханная? Что за маскарад?

– Это Инна, Аркаша, – сказал Никита. – Где ее видел?

– И сейчас вижу. Я недалеко от ее дома, а она идет по улице, наверное, домой.

– Точно видишь? А долго ей идти?

– Ну, если это Инна, в чем я не уверен, ей еще до двора метров пятьдесят топать, потом по двору…

– Погоди, я сейчас перезвоню, жди.

Никита позвонил Лоле, ждал некоторое время, нервничая. Она взяла трубку и с ходу:

– Извините, Никита, я не могу говорить. Перезвоню.

– И не надо, – буркнул он, услышав гудки. Никита набрал номер Аркаши, тот связался с ним мгновенно. – Ты еще видишь Инну-Лолу?

– Вижу. По двору идет.

– Она только что брала трубку?

– В смысле сотовый?

– Да, да, сотовый подносила к уху?

– Нет, а что?

– Ничего, все нормально. Выполняй мое задание.

Не собирался ехать к Эдуарду Дмитриевичу, но сделал крюк ради единственной цели, чтоб с порога заявить:

– Можете с чистой совестью снимать с Лолы подозрение в убийстве.

– То есть ты знаешь убийцу Вишневского?

– Знание есть не что иное, как наитие, в переводе означает – чувствование или: зрю в чувство. А зрю не означает – утверждаю.

– Эк тебя завернуло, совсем искалечился, – мрачно поставил диагноз Эдуард Дмитриевич. – Мне излагай, как в Правилах дорожного движения: четко, конкретно, без штучек.

– Конкретно? Есть подозреваемая, но не Лола.

Тот с минуту смотрел на него сочувственно, хотя сочувствия достоин он, потому что его команда поработала хреново, а точнее – недоработала.

– Как это? – наконец вымолвил он.

– Есть точная копия Лолы.

– То есть? – не понял Эдуард Дмитриевич. Собственно, с феноменом двойников встречаешься не часто, чтобы сразу въехать, в чем суть.

– Есть женщина, которую не отличить от Лолы, а Лолу от нее.

– Ну-ка, подробнее.

Никита не торопился выложить козыри, а ведь он на коне. Профессиональные достоинства следует преподносить с чувством, с толком, с расстановкой, ибо никто не оценит талант, Дмитрич в том числе, если не сделать небольшого акцента, дескать, я раскрутил то, что обязаны были сделать ваши сотрудники. Это не хвастовство, а уважение к себе, которое переносится в сознание других людей.

Никита подсел к Эдуарду Дмитриевичу, выпил воды и обстоятельно рассказал, как нашел таксистов, как те опознали Лолу, как пришла мысль, что у Лолы есть двойник, и так далее до звонка, который сделал час назад Лоле.

– Сознаюсь, – подходил к концу рассказа Никита, – я не верил Лоле. Но, Дмитрич, она взяла трубку. Это был ее голос, а она улетела, я специально провожал ее в аэропорт. В то же время Инна, которую вел Аркаша, не подносила мобильник к уху, а шла домой. Значит, это две разные женщины, но сходство… сходство уникальное. Только я не знаю, кто была у кафе «Киви», та женщина ближе к Лоле, а не к Инне. Инна затюканная какая-то.

– У меня голова кругом. Ну, две похожие – ладно, случается. А три… многовато. Это уже киношный вариант.

– Согласен с вами, многовато.

– Значит, Инна представляется Голдиной… Смело, ничего не скажешь.

– Потому что риск минимальный. Она уверена: никому не придет мысль о двойнике хотя бы потому, что не было прецедента. Я не слышал, чтоб совершалось преступление двойником, а отвечал за него оригинал. Нам остается подловить ее.

– Людей дать?

– Не надо, я попробую сам. Судя по всему, Инну с полным основанием можно назвать мастером перевоплощения, а раз так, то я не исключаю, что встреча со мной была подготовлена и гениально разыграна. У меня возникло подозрение, что ей кто-то помогает из окружения Лолы, следовательно, она постоянно начеку. Упаси бог, заметит слежку. Давайте дадим ей проявить себя, а я постараюсь Инну растормошить.

– Двойник, хм! – озадаченно проронил Эдуард Дмитриевич. – Невероятно! Ну, дерзай, действуй. Твою Лолу пока не тронем, пусть прохлаждается в Сибири, но дело по ней не прекратим.

– Я на сто процентов уверен, стреляла не Лола… – Никита достал звонивший мобильник. – А вот и она. Извините… Слушаю, Лола…

Связь включил громкую, чтоб Эдуард Дмитриевич слышал весь диалог.

– Здравствуйте, Никита, – сказала Лола. – Простите, что прервала ваш звонок, я была на важной встрече. Вы что-то хотели мне сообщить?

– Хотел сказать, что все в порядке, Наташа прекрасно справляется с вашей ролью…

– И все?

– Нет. Я познакомился с женщиной, потрясающе похожей на вас. Больше скажу, ее от вас не отличить, если соответствующе одеть и нанести косметику.

– Познакомились?! – удивилась Лола, ни капли не фальшивя. – Где? Как? И что? Что она делала? Опять меня подставляла?

– Стоп, Лола, столько вопросов сразу. Я встретился с ней случайно, в супермаркете, подвез ее домой…

– Случайно? – явно разволновалась Лола. – Полагаете, встречи с ней могут быть случайными? Умоляю вас, не верьте ей. И… возьмите себе помощника, я оплачу его труды, он хотя бы подстрахует вас. Боюсь, с вами что-нибудь случится, а отвечать потом придется мне.

– Помощник у меня есть, не переживайте, он взял ее под наблюдение. Так что не бойтесь, вы далеко от города, что бы со мной ни случилось, вас здесь нет, об этом знают в правоохранительных органах.

– Думаете, успокоили меня?

– Думаю, вы наняли меня не для того, чтоб я торчал в подполе. Все идет супер отлично, я теперь знаю, где она живет. Мой помощник выясняет о ней…

– Не надо выяснять, скажите милиции, чтоб арестовали ее.

– Нет оснований.

– Как это нет? – возмутилась Лола, вернувшись к командному тону. – Раз она моя копия…

– За это не сажают в камеру.

– А вы посадите, потом разбирайтесь, иначе она убежит.