Слово из шести букв - Гретхен МакНил

Женщине не удалось договорить, вскоре раздались совсем другие звуки. Больше похожие на хлюпанье, сменившееся протяжным стоном.

«Твою ж!..» – выругалась Иззи про себя. Это не братец вернулся домой, а ее отец. Вероятно, девушке стоило обрадоваться тому, что, несмотря на очевидную отчужденность между супругами, они все еще заботились друг о друге и проводили время вместе. Как ни странно, осознав этот факт, Иззи почувствовала себя еще более одиноко.

Она закрыла уши, как трехлетний ребенок, искренне считающий, что нежеланные звуки исчезнут, если так сделать, и повернулась к окну. На короткий миг проплывающее мимо облако затмило лунный свет, который словно подсвечивал комнату изнутри, в то время как остальная территория по-прежнему пребывала во тьме. Облако казалось живым существом, ведь оно так ярко мерцало в небесах. А когда луна наконец снова показалась из-за облака, ее свет ярко осветил улицы, будто первые солнечные лучи.

Боковым зрением Иззи заметила какое-то движение внизу. Что-то черное двигалось в ночной тьме. Она внимательнее всмотрелась в улицу за окном, думая, что, наверное, это большая собака или медведь, спустившийся с гор. Но через пару мгновений девушка снова заметила, как что-то движется в направлении ее дома.

И хотя фары были выключены, Иззи удалось разглядеть очертания черного внедорожника квадратной формы, ехавшего в столь поздний час по Эль-стрит.

Глава 16

На следующее утро, к тому времени, когда девушка смогла вылезти из кровати, солнце и тепло окончательно покинули город. Солнцу не удалось победить ночную прохладу, и, как только босые ноги Иззи коснулись холодного пола, она пожалела, что не удосужилась закрыть окно перед сном. И хотя, глядя на темно-серое небо, казалось, что до рассвета еще долго, часы уже показывали полдесятого утра.

К счастью, в доме царила не такая мрачная атмосфера. Когда девушка прокралась на кухню, испытывая острую необходимость в чашке горячего кофе, то увидела мать, встретившую ее с поразительно сияющим лицом и улыбкой.

– Доброе утро, спящая красавица! Хочешь бейгл?

Иззи от удивления моргнула:

– Да, не отказалась бы.

За исключением лучившейся счастьем Элизабет Белл, в кухне все было как обычно: Райли залипал в телефоне, сидя на подоконнике. Паркер стоял в прачечной, закидывая спортивные вещи в стиральную машину. А отец уже ушел. Почти типичное летнее утро, если не считать поведения мамы. Она буквально подлетела к тостеру, засовывая туда относительно свежий бейгл, разрезанный на несколько частей, и напевая под нос какую-то мелодию. Танцующей походкой она дошла до плиты с кофейником.

– Без сахара, но со сливками, так?

Иззи понятия не имела, что мама знает, какой именно кофе она предпочитает.

– Ага.

Женщина поставила перед дочерью дымящуюся чашку, все еще улыбаясь как ребенок.

– Взбодрись, дорогая! Сегодня такой чудесный день!

Иззи взглянула в окно, чтобы посмотреть, что творится на улице. Не изменилась ли погода за те пять минут, что она находилась внизу? Нет, все тот же серый и отвратительный пейзаж. Глядя на маму, она вспомнила, как радостно Пейтон поднималась по пристани после долгого поцелуя с Хантером. Личная жизнь очень положительно влияет на людей, даже в самые пасмурные дни они чувствуют себя счастливыми.

– Да чтоб тебя! – неожиданно крикнул Райли.

Паркер высунул голову из прачечной:

– Что случилось?

– Кайли отменила сегодняшнее свидание. – Парень сердито бросил телефон на стол. – Сказала, что у нее дела.

– Ты вроде говорил, что она не просыпается раньше полудня. Или я путаю? – спросил брат, ухмыляясь.

Райли нахмурился:

– Она написала еще вчера ночью. Я просто только сейчас увидел сообщение. Черт, весь день по одному месту.

– Ты бесишься, потому что сегодня не сможешь потрахаться?

Младший брат скорчил недовольную мину:

– А ты бы не злился?

Паркер шумно и как-то обреченно вздохнул:

– Скорее бы ты уже умотал в колледж, а?

– Еще скучать по мне будешь.

– Когда у тебя самолет?

– В понедельник утром, – ответила мать. Голос ее искрился радостью. – В десять часов.

– О, Lunedi![30] – раздался звучный голос Альберто, а через мгновение в кухню вошел и он сам. Парень был одет в джинсы длиной по щиколотку и простой обтягивающий свитер в бело-серую полоску. – Мы… что, куда-то едем?

– Только Райли, – ответил ему Паркер, который решил зайти на кухню перед тем, как вернуться наверх. Он взял из холодильника пакет кокосового молока и прихватил из банки со сладостями один батончик. – На наше счастье, обратно в колледж.

Элизабет Белл потрепала младшего сынишку по голове:

– Я уже готова снова остаться в полнейшем одиночестве.

– Э-э, я вообще-то все еще живу здесь, – подала голос Иззи, подняв руку, тем самым привлекая к себе внимание. – Не забыла?

Женщина снисходительно улыбнулась:

– Конечно, не забыла, дорогая.

– Разве матери не положено грустить, когда ее птенцы вылетают из гнездышка? – спросил Райли. Настроение его становилось хуже с каждой секундой. В этом он был очень похож на мать.

Альберто забрал из рук Элизабет чашку горячего кофе и спросил:

– L’università[31]где-то поблизости?

– Пожалуй, если бы он мог дойти туда пешком, а не лететь на самолете, колледж находился бы даже чересчур близко, – сказал Паркер, поднимаясь наверх.

– Ночью я тебе отомщу, засранец!

– В Сан-Диего, – ответила итальянцу мать, поставив перед ним тарелку с несколькими яйцами пашот. Иззи никогда в жизни не видела, чтобы она так их готовила. – Достаточно далеко, чтобы не являться в отчий дом без предупреждения.

– Э-э… вот как? – воскликнул Райли.

Он снова взял мобильник и начал яростно стучать пальцами по экрану, печатая сообщение. Девушке показалось, что он пытается убедить Кайли все же сходить с ним на свидание. Очень в духе ее братца.

Альберто подвинул стул к столу и сел, поставив кружку перед собой и положив локти на стол. На лице его, как обычно, играла довольная улыбка, он внимательно рассматривал Элизабет Белл.

– Я сегодня спящий мозг, да?

– Спящая красавица, – поправила его женщина. Голос ее звенел словно колокольчик.

– Ах, si. Красавица, а не мозг. Но мой английский это… становится лучше!

– Определенно, – одновременно произнесли Иззи с матерью.

– Totalmente[32].

Вновь услышав идеальный итальянский матери, девушка вспомнила о своей несостоятельности в этом вопросе. Прошло уже трое суток, а младшая Белл все еще разговаривала с Альберто только на английском. Что было только на ее совести, ведь она сама сознательно избегала иностранного языка. Но, увидев, что у Альберто с матерью начали появляться какие-то свои секретики и поводы для радости, она внезапно очень захотела попрактиковать итальянский. Причем только с Альберто. Без матери под боком.

– Знаете, думаю, мне пора заняться итальянским, – озвучила свою мысль