Катя Чудакова - Белоснежка и семь клонов

Алина машинально достала из сумки бумажку с адресом и телефоном семьи Хольц. Название улицы показалось ей знакомым. Собственно, ничего удивительного – по идее Хольцы должны жить где-то по соседству с ней. Зачем бы они стали возить ребенка через весь город в детский клуб? Такие клубы есть в каждом районе…

Алине явно уже попадалась когда-то эта улица – но в связи с чем? Напрягать память бесполезно. Такую информацию Алина никогда в памяти не откладывала – для телефонов у нее есть записная книжка мобильника, а адреса – в компьютере.

«Приеду домой, сразу же посмотрю, название улицы до боли знакомо…»

Выслушивая впечатления Вики после разговора с еще одним «женихом», Алина просмотрела в компьютере адреса всех своих дюссельдорфских знакомых, но безуспешно. Затем она запустила функцию поиска документов, в которых встречается это слово. Потрещав и покряхтев для порядка, компьютер выдал результат.

Оказывается, на этой самой улице расположен русский ресторан «Москва», о хозяйке которого Алина как-то писала в своем журнале. Вот почему название улицы ей знакомо – конечно же, она там бывала: и для беседы с владелицей Настей, и просто так – вкусно покушать.

– Ну что, ты готова? – отрываясь от монитора, спросила Алина. – Мы с тобой сегодня ужинаем в ресторане «Москва»!

– Москва? – ухмыльнулась Вика. – Это ж надо было приехать в Германию, чтобы здесь попасть в «Москву». Смешно! И вообще, ты слышала, что я тебе говорила?

Алина виновато посмотрела на подругу – конечно, она пропустила мимо ушей ее «важное» сообщение:

– Извини, повтори…

– Так вот, – победоносно задрав свой курносый веснушчатый нос, вещала Вика, – мой новый телефонный знакомый Карстен живет в Дюссельдорфе и даже неплохо говорит по-русски! Мы с ним говорили часа два, и я поняла – мы по-настоящему близкие души и прямо созданы друг для друга. К тому же, Карстен – профессор…

– И в какой области? – поинтересовалась Алина, начиная понимать, что подругу понесло не в ту степь.

– Не знаю…

– Как же так? Чуть не замуж собралась, а не знаешь, чем твой избранник занимается… И вообще, неплохо было бы для начала хотя бы глянуть на него. Или в пятом браке это уже не столь важно?

У Вики глаза налились слезами:

– Обязательно надо было своими ядовитыми замечаниями настроение портить? Никуда я с тобой не пойду! Вот перееду сейчас же к Карстену, раз ты насмехаешься надо мной!

– Викуля! Я просто хочу вернуть тебя с неба на землю. Давай-ка мы пригласим Карстена с нами в ресторан? Совместим приятное с полезным!

Алина не стала распространяться, что одна полезная часть этой вылазки уже запланирована – ей хотелось посмотреть на дом, где живет семейство Хольц.

Вика позвонила «своему» профессору и после разговора с ним разочарованно сказала:

– Он сможет подъехать только часов в восемь.

– Тем лучше! – подвела итог Алина.

– Чем же лучше?

– Мы успеем поболтать без лишних ушей и с ним все-таки тоже познакомимся – он же придет, как я понимаю?

– Надеюсь… надеюсь, что он не такой, как тот дед, который в аэропорту меня встречал, помнишь? – засмеялась Вика.

– Итак, – подытожила Алина, – в половине шестого – готовность номер один! Боевая раскраска отменяется! Иначе нас примут за перезревших искательниц приключений или вышедших на заработки домохозяек. «Порядочные» немки красятся редко и не броско, хотя в русском ресторане можно все, что хочешь увидеть… К тому же, мы должны перед твоим профессором предстать в подобающем случаю образе дам-интеллектуалок.

Сворачивая на улицу, где находился ресторан «Москва», Алина немного сбавила скорость – благо движения здесь почти никакого не наблюдалось. Так… Ресторан расположен в доме под номером восемь, а у Хольцев пятнадцатый номер. Улочка совсем небольшая, домов двадцать-двадцать пять, чувствуется, народ здесь живет состоятельный – и домишки солидные, и машинки возле них стоят крутые.

По нечетной стороне – только жилые дома, а по четной – кроме ресторана «Москва», еще булочная-кондитерская с маленьким стоячим кафе на два столика и антикварный магазинчик.

Алина проехала мимо ресторана – к ее удовольствию свободных мест для парковки возле него не оказалось. Она вогнала машину в свободную часть возле обочины напротив антикварного магазина:

– Тут, пожалуй, посетителей не так много, – заметила она, оглядываясь по сторонам и с удовлетворением отметив, что они находятся почти напротив пятнадцатого дома. – Может, заглянем в магазинчик?

Вика недоуменно посмотрела на нее:

– С каких это пор ты стала интересоваться антиквариатом? Или это тлетворное влияние Запада?

– Это просто любопытство. Мы ведь никуда не спешим, правда?

– Ну, если тебе сильно хочется… Я могу и в машине посидеть. Ничего хорошего в этом старье я все равно не нахожу.

– А ты когда-нибудь искала? – поддела ее Алина, но вовремя сообразив, что Вика может опять надуть губы, смягчила обстановку: – Посиди, конечно, я быстро. Мне нужен презент для одной…

Не договорив до конца, Алина выбралась из машины и, осторожно поглядывая на дом напротив, захлопнула дверь.

Антикварная лавка оказалась закрыта, но Алина начала внимательно что-то изучать в витрине. Медленно переходя от одного экспоната к другому, Алина двигалась вдоль окон, принадлежащих магазину.

Вика нетерпеливо ерзала на сиденье, поглядывая в зеркало заднего вида на цель их сегодняшней вылазки. Не выдержав, она приоткрыла дверцу машины, но Алина как раз повернулась, чтобы идти обратно.

В это время на другой стороне дороги притормозила старенькая «мазда», из нее вышла полноватая женщина средних лет и подошла к калитке дома номер пятнадцать. Довольно высокий забор не позволял рассмотреть двор и первый этаж дома, хорошо видны были только второй этаж и скошенные окна чердачных комнат.

Алина подошла вплотную к Вике и сказала ей тихонько, продолжая как бы невзначай поглядывать на противоположную сторону:

– Викуля, давай тихонечко поговорим о чем-нибудь? Лучше вообще без слов…

– Так я и знала! – свистящим шепотом ответила подруга. – Ты опять кого-то выслеживаешь! Значит, мы неспроста приехали именно сюда? Ладно, давай, хлопай ртом, как рыба! И за кем мы следим? Неужто, за этой бесформенной кадушкой? Скажи еще, что она любовница твоего Маркуса, и он сегодня поехал не к своей маме, а к ней на свидание!

– Ш-ш-ш! – зашипела на нее Алина, заметив, что ворота начали потихоньку отворяться. Оглянувшись осторожно по сторонам, на улицу вышел подтянутый мужчина с длинным острым носом и прогрессирующими залысинами, одетый в дорогой костюм и с дорожной сумкой в руках.

Алина напрягла слух, но расслышать удалось только несколько слов. Мужчина, чувствовалось, торопился и не хотел быть замеченным. Он достал из кармана бумажный сверток и протянул его женщине, та быстро спрятала его в сумочку, кивая головой в ответ на слова мужчины.

Все это продолжалось не больше двух минут, затем мужчина сел в темно-синий «вольво» и, не глядя по сторонам, рванул с места. Женщина посмотрела ему вслед и, достав ключи из сумки, начала открывать захлопнувшиеся уже ворота.

«Странная парочка. Он – скорее всего, сам Юрген Хольц, но она на фрау Хольц не особо похожа, и с какой стати они бы разговаривали на ходу и за порогом дома?» – размышляла Алина и скомандовала Вике: – Выходи!

Вика и Алина потихоньку двинулись в сторону ресторана, из открытых дверей которого аппетитно потянуло жареным шашлычком.

«Присмотри… не говори… деньги… несколько дней… Инес» – вот и все, что расслышала Алина из разговора возле дома Хольцев. «Наверняка, он передал женщине деньги, а сам уехал. Конечно, это и есть Юрген Хольц. Но куда он отправился, зачем? У него пропала дочь, у самого был сердечный приступ… И в такой момент бросить жену и куда-то уехать?»

В ресторане народу было немного, «еще не вечер», как сказал официант, предлагая им на выбор несколько столиков. Нечего и говорить, что Алина выбрала столик у окна и заняла место, с которого прекрасно обозревался дом номер пятнадцать.

Просматривая меню, Алина с тоской думала о своей диете, но, смирившись с неизбежным и помня, что за минутную слабость придется потом расплачиваться ноющим чувством голода, она поняла, что хочет овощное рагу. Именно хочет, а не вынуждена его выбрать, как наименьшее из зол! Принцип «ем, что хочу, а хочу то, что ем», составляющий один из компонентов ее сознательной анархии, служил моральной поддержкой в ее пожизненной борьбе с лишними килограммами, ставшей еще более острой после рождения Михи.

В последнее время Алина вооружилась всемирно признанной диетой «весонаблюдателей» и, прежде чем приступить к процессу поглощения пищи, высчитывала, сколько пунктов лежит у нее на тарелке или сколько она еще может себе положить, чтобы не перекрыть дневную норму. Из всего, испробованного ранее, эта диета, а скорее даже – принцип здорового ограничения питания – нравилась и подходила к ее образу жизни лучше всего. Поэтому она и остановилась на ней, и надо сказать не безуспешно – потеря за последние два месяца пяти килограммов мотивирует лучше всяких рекламных статей.