Магазин для киллеров. Том 1 - Джиён Кан

него рубашку. Ему нужна была камера в ручке. С каким усердием он выполнял то, что ему приказали!

– И что ты так старательно ищешь? На чужом-то складе, – спросила я, направляя на Чонмина пистолет Минхе. Крысеныш разразился хохотом.

– Черт подери, ты тоже считаешь меня безмозглым идиотом?

– Я видела, что ты сделал с дядей, и все равно пришла. Я готова умереть, так что давай доведем дело до конца.

Услышав мои слова, Чонмин резко вскинул бровь.

– Отвали, времени нет.

Тут я догадалась, где находятся файлы с личной информацией о киллерах, которые искал Чонмин.

Стояла поздняя осень, и до Сунына[35] оставалось всего ничего. Из-за менструальных болей я проснулась на рассвете. Я пошла в гостиную, достала из ящика таблетку и проглотила, не запивая. В нижней части живота тянуло, руки и ноги были как лед. Мне казалось, что я не смогу заснуть без грелки. Она лежала где-то в кладовке, в спальне дяди. И я направилась туда. Тихо, стараясь не топать, я подошла и открыла дверь. В тусклом полумраке комнаты я увидела лишь пустую кровать и аккуратно сложенное одеяло. Вчера вечером дядя точно был дома – он сидел перед телевизором в гостиной и играл в Fortnite на Xbox.

Мне пришло в голову, что он может быть в мастерской около склада. В обычной ситуации я бы просто наполнила грелку горячей водой и пошла в свою комнату. Но почему-то в тот день мне показалось, что я смогу успокоиться и заснуть только после того, как увижу дядю. Я открыла заднюю дверь кухни и прямо в пижаме вышла во двор. В темноте мелькнула тень. Это был дядя. Он старательно раскапывал участок земли между домом и складом, обливаясь потом и бормоча себе под нос: «Раз-два! Раз-два!» Похоже, работенка была нелегкой.

– Дядя, что ты делаешь? – спросила я. В холодном утреннем воздухе от горячего дыхания изо рта шел пар.

– А ты что делаешь в такое время?

Дядя выбрался из ямы глубиной по колено, воткнул лопату в образовавшийся рядом земляной холм и потопал ногами, чтобы стряхнуть грязь.

– Проснулась от боли в животе. А ты совсем не спал?

– Как видишь.

– Но что ты делаешь?

Дядя погладил лысую макушку, подошел к крыльцу и снял сапоги.

– Давай для начала зайдем в дом. Чувствую, у меня сахар упал.

Он вошел на кухню, сел за стол, глубоко выдохнул, а затем мягко взглянул на меня большими выразительными глазами.

– Садись.

Я опустилась на стул напротив. Он взял из плетеной корзинки на столе конфету и положил ее в рот.

– Раз я села, рассказывай. Что ты делал на улице?

– Это что-то вроде ритуала.

– Как выкапывание ямы может быть ритуалом? Ты что, сходил к какой-нибудь гадалке? – настойчиво спрашивала я.

Дядя, громко причмокивая, прожевал и проглотил конфету.

– Один из почтальонов собирается сдавать Сунын. Похоже, это уже вторая попытка.

– И что?

– Его отец в буддийском храме делает три тысячи поклонов, а мать каждый день ходит в церковь на рассветную молитву, – серьезно ответил дядя.

– Хм-м… Скажу на случай, если ты не знал. Чтобы хорошо сдать Сунын, нужно сосредоточиться на учебе и книгах. Так что нет никакой нужды перенапрягаться и волновать матушку-природу. Просто верь в меня.

Дядя рассмеялся. Он комично приподнял брови, поднялся со стула и погладил меня по голове, как бы показывая, что оценил мое остроумие. Затем нашел грелку, дал ее мне и снова надел сапоги.

– Я в тебя верю. А ты поверь в меня.

После этого дядя продолжал делать вид, что ничего не происходит. Но я знала: несмотря на мои попытки его переубедить, он каждую ночь усердно копал яму, словно вознося молитвы. Иногда дядя вставал на то место, где копал, и топал ногами. А после окончания Сунына от ямы не осталось и следа. Весной он купил газонную траву, густо посеял ее и даже посадил несколько ноготков, которые я очень любила. Словно проводя священный ритуал, мы с дядей делали торжественные лица каждый раз, окидывая взглядом этот участок. Оглядываясь в прошлое, я понимаю, что самыми загадочными местами в нашем доме были склад и та яма, выкопанная дядей.

– Пэ Чонмин, того, что ты ищешь, здесь нет.

Услышав мои слова, Чонмин перестал хмуриться и подошел ко мне. Я специально сделала вид, что рука, которая держала пистолет, дрожит.

– Тогда где оно? – спросил Чонмин.

– Думаешь, я тебе скажу? – произнесла я сдавленным голосом, словно была напугана. Его взгляд смягчился.

– Я скажу об этом «Вавилону» и спасу тебя. У меня есть право голоса. К тому же им нужна не твоя смерть, а закрытие murthe-help.

Со спокойным лицом Чонмин подошел ближе и крепко схватил ствол пистолета. Хорошо было бы сейчас расплакаться. Я заставляла себя думать о грустном, но чувствовала лишь ненависть и презрение.

– Ты правда… можешь это сделать?

Я постаралась, чтобы хоть в голосе звучали слезы.

– Ты же мне нравилась. И сейчас нравишься. Так что отдай это мне.

Я расслабила руки. Чонмин забрал пистолет и с довольной улыбкой обнял меня. Показалось, что меня с головы до ног окутывает отвратительный запах его тела, и я задержала дыхание. Месть подобна пару из скороварки, который долго копится, прежде чем вырваться наружу. Пар, образовавшийся под давлением, вперемешку с ароматом рисовых зерен, долгое время томившихся и проваренных до самой сердцевины, должен быть сладок.

– Умница, Чон Джиан. Надо было сразу встать на мою сторону. Ну и где же файлы? – прошептал мне на ухо Чонмин.

– Под газоном около склада. Я видела, как дядя зарыл их там.

Как только эти слова слетели с моих губ, Чонмин тут же направил на меня пистолет, который я только что отдала. Все было в точности, как я ожидала.

– Ты чего? Ты же сказал, что я останусь в живых.

Значит, и мне пришло время произнести заранее заготовленные фразы.

– Кто сказал, что я буду тебя убивать? Ты будешь копать. Ты должна заплатить за свою жизнь, чтобы я мог замолвить словечко в «Вавилоне».

Чонмин подбородком указал на стоящую в углу склада лопату. Я мелкими шажками сходила за ней.

– Ты точно не будешь стрелять, правда?

– Задай мне этот вопрос еще раз, и я уже не смогу ничего гарантировать. Иди.

Я открыла дверь склада, вышла, встала на то место, где дядя усердно рыл яму, и воткнула туда лопату. Вдалеке слышались выстрелы и крики. Интересно, сколько людей еще осталось в живых?

– Что ты еле-еле шевелишься, копай нормально. У меня мало времени. Я должен обо