В лабиринтах дождя - Оксана Алексеевна Ласовская

Людмила Николаевна кивнула и беззвучно заплакала, закрыв лицо старой сморщенной ладонью.

— Господи, но как же так? — оглянувшись на меня, словно ища поддержки, спросил Лёша. — Всё же хорошо было!

— Инфаркт с Петей случился, — всхлипнула старушка. — Я как чувствовала, на улицу его не пускала. А он вышел вечером, темно уже было. И опять привидение проклятое увидел. Перепугался, упал и… умер. Я скорую даже вызвать не могла, телефон-то отключён! Пока до соседей добежала, пока вызывали, было уже поздно.

— Когда это случилось?

— Позавчера. Вчера схоронили.

— Людмила Николаевна, успокойтесь! — увидев, что плечи старушки опять затряслись, попросил Лёша и обнял её.

— Как жить-то теперь? Раньше срока ж не помрёшь! — зарыдала она. — А у меня ведь никого нет, кроме Пети! Буду куковать тут одна, дверь ведь никто не откроет! Соседи у нас не дружные, никому я не нужна! Петя, Петя, зачем ты меня бросил?!

Лёша кивнул мне, и я бросилась к старому буфету, где стояла банка с водой и целый ряд пузырьков с лекарствами. Найдя корвалол, я накапала его в чашку и подала старушке. Она осушила её и уже через пятнадцать минут крепко спала, свернувшись на диване.

— Опять привидение… — заиграл желваками Лёша и выглянул в окно. — Нет, мне это уже надоело! Я найду его!

С этими словами Лёша выскочил из дома. Я оглянулась на старуху, решила, что с ней ничего не случится, и бросилась вслед за ним.

Глава 9

— Лёша, стой! — крикнула я, выскочив на улицу.

Лёшка копался в бардачке машины, разыскивая фонарик, и совершенно не слушал меня.

— Лёша, прекрати! — дёрнула я его за рукав. — Не пори горячку! Что ты там собрался искать? Старик видел привидение позавчера, не сегодня!

— Она здесь бывает! — Лёша наконец-то нашёл фонарь и, проверив батарейки, включил его. Я зажмурилась от яркого света. — А раз бывает, значит, прячется где-то рядом! Я найду её, мне это всё надоело!

— Ты думаешь, это Вика? — заглянула я ему в глаза.

— А кто ещё? — отвёл взгляд Лёша. — Я не понимаю смысла её поступков, но…

— Ну мало ли кто приходит на кладбище! — возразила я.

— Ага, ночью!

— Есть такие люди! — я пыталась достучаться до его разума, но получалось плохо. — Послушай, надо узнать, может, в деревне ребёнок умер и мать ходит на могилу. Или… Да мало ли кто здесь умер!

— Если бы кто-то из деревни шастал ночью по кладбищу, люди бы это знали и не пугались! Пусти!

— Нет! — я с силой вцепилась в его рукав. — Лёша, пожалуйста, я прошу тебя! Не надо туда ходить! У меня плохое предчувствие!

— Перестань! — поморщился Лёша. — Все предчувствия — ерунда! Со мной ничего не случится. Оно должно появиться сегодня.

— Откуда такая уверенность?

— Потому что приходило оно через день, значит, сегодня опять явится.

— Лёша, я прошу тебя, — едва не заплакала я. — Пожалуйста, не ходи туда. Мне страшно.

— Иди в дом и жди меня. — Лёша прижался губами к моему лбу, я почувствовала его быстрое дыхание и сбивчивый пульс и поняла: он не послушает.

— Я пойду с тобой, — решила я ни в коем случае не отпускать его одного.

— Ты же боишься, — усмехнулся Лёша. — Ночь, кладбище, привидения.

— Я пойду с тобой, — упрямо поджала губы я.

— Нет, — отрезал он. — Ты возвращаешься в дом и ждёшь меня там. Наташа, не спорь. Ты ещё больна. Я обещаю тебе, что со мной ничего не случится. Я вернусь через полчаса.

— Обещаешь?

— Обещаю, — повторил Лёша и скрылся в темноте. Он решил пока отключить фонарик, чтобы стать незаметнее.

Сотрясаясь от беззвучных рыданий, я вернулась в дом и, накрыв мирно спящую старуху одеялом, примостилась у окна. Время тянулось томительно медленно, но вскоре стрелка всё же обошла положенные полкруга. Затем прошло ещё пять минут, десять, пятнадцать. Я не выдержала. Выйдя в коридор, заглянула в маленькую кладовку, прилегающую к нему, и, не найдя ничего лучше, взяла в руку хозяйственные вилы.

— Тяжёлые, зараза! — Перекинув их из одной руки в другую, я всё же решила, что такое оружие лучше, чем ничего, и вышла на улицу.

Ни одно окно в деревне не светилось: сельские жители, привыкшие рано ложиться спать, давно видели сны. С кладбища тоже не доносилось ни звука. Мне стало жутко.

— Лёша! — негромко позвала я. — Лёша!

Но ответом мне была тишина. На улице за эти полчаса ощутимо похолодало, а может, это меня так трясло. Перехватив вилы поудобней, я смело зашагала по дороге. Когда кладбище оказалось рядом и я увидела надгробия и кресты, по спине толпами побежали мурашки. Я чуть было не повернула обратно, и только мысль о том, что Лёше, возможно, нужна помощь, заставила меня открыть калитку и шагнуть на песчаную дорожку.

Здесь оказалось не так уж тихо. Ветер шумел в кронах высоких сосен, где-то что-то душераздирающе проскрипело. «Так, наверное, открываются врата в потусторонний мир», — мелькнула предательская мыслишка. У меня задрожали колени, а по спине стекла струйка пота. Несмотря на лёгкий морозец, мне стало жарко. Но лишь на секунду, потом я словно окунулась в ледяной колодец. Тонкие джинсы вдруг показались чересчур холодными, ботинки — босоножками, а куртка — майкой. Уши и нос замёрзли, и я пожалела, что не надела шапку.

— И вовсе мне не страшно, — деланно равнодушно пожала я плечами, стараясь успокоить себя, и быстро пошла к могиле деда. Дорогу я знала хорошо, так как бывала здесь не раз. И Лёша, скорее всего, там. Забыл, дурачок, что пообещал вернуться через полчаса. А может, просто сказал так, чтобы отвязаться. Плохо он меня знает, не ожидал, что я пойду искать его! Сидит где-то в засаде и ждёт привидение.

Подбадривая себя таким образом, я быстро дошла до нужной могилы и, взглянув на фотографию деда, неожиданно успокоилась. Господи, да что со мной может случиться здесь, когда рядом дедушка! Уж он-то меня в обиду не даст!

— Привет, дед, — улыбнулась я, на миг забыв о цели визита сюда в такое время. — Давно я к тебе не приходила, прости меня. Вот видишь, чем занимаюсь, по ночам по кладбищу брожу с вилами! — короткий смешок вырвался из моей груди, и тут же где-то раздался жалобный стон. — Деда, что это? — прошептала я, прижимаясь к памятнику и оглядываясь вокруг. — Привидение?

Но стон опять повторился и был он вполне земным, человеческим.

— Лёша! — забыв об осторожности, заорала я и заметалась между могил. — Лёша!

Зацепившись за выступающий корень одного из деревьев, я полетела на землю. Нос тут же пронзила острая боль, и по