Кукольный домик. Следствие ведёт Рязанцева - Елена Касаткина

Яшка подпрыгнул на стуле и протянул грязный обломанный ноготь к статуэтке. Пошкрябал. Посмотрел на ноготь. — А не врешь?

— Даю честное слово.

Яшка вскинул кучерявую голову и, хитро прищурившись, посмотрел ей в глаза.

— У нас говорят: зуб даю.

— Хорошо. Зуб даю. — Пододвинула статуэтку к краю стола, поближе к цыганенку.

— Ну ладно, — процедил Яшка. — Чо рассказать?

Лена вынула из папки фото мумифицированной Сонечки и повернула к мальчику.

— Узнаешь?

Яшка взял снимок в руки, склонил голову то к одному плечу, то к другому, безразлично посмотрел.

— Ну?..

— Ты Гертруде принес эту… девочку?

— Какой еще Гертруде?

— Той, с которой ты у метро попрошайничал.

— Аааа… Вы про Геру-мегеру, — Яшка почесал кудрявый затылок. — Ну я.

— А у кого украл?

— Я не крал, вот те крест! — цыганенок размашисто перекрестился слева направо. — Врет она. Я не хотел… Я нашел.

— Нашел? Где?

— На кладбище!

— Так, — Лена почувствовала уже знакомый трепет. — Что ты делал на кладбище?

— Ну это… конфеты ел, печенья, а чо? Нельзя? Там их специально оставляют.

— Можно… конфеты можно и печенья. Нельзя только могилы портить.

— А я не портил! Пусть Герка не врет. Зачем мне их портить?

— Зачем ты таблички краской забрызгивал?

— Я не забрызгивал, пусть она не врет, — всхлипнул Яшка и расстроенно посмотрел на китайчонка.

— Ладно, ладно… Я тебе верю. Но могилы раскапывал?

— Чо?! — Яшка вскочил. — Шоп я?!

— Откуда у тебя ребенок?

— Какой еще ребенок?! — завизжал пацан.

— Вот этот! — Лена ткнула пальцем в фотографию.

— Это кукла, я ее нашел. Там… на кладбище… в завале… — визгливый голос резал ухо.

— Сядь! — скомандовала Лена. — Рассказывай, что за завал. Где находится и как ты обнаружил там куклу. Рассказывай честно и подробно.

— Я честно говорю. Я собирал печенья, а тут дождь начался, я решил укрыться, неподалеку увидел свалку из спиленных веток и разного мусора. Решил подлезть. Поднял ветку, а там проход, я зашел, сел. Там как в шалаше. Смотрю, ковер какой-то, хотел подстелить, дернул… вывалилась кукла, я сразу сообразил, что можно Герке толкануть, кукла-то хорошая, почти как настоящий ребенок. Я ее Герке за сто рублёв и…

— Завал показать сможешь?

— Могу, а чо не показать? — Яшка покосился на китайчонка.

— Ладно, бери.

Подарок Сергеева с космической скоростью перекочевал в руки цыганенка. Китайский болванчик, сулящий удачу и исполнение желаний, осуждающе покачал на прощание головой.

— Что у тебя за привычка, Рязанцева, напрягать людей в конце рабочего дня, да еще и в пятницу? — Волков зафутболил носком кроссовка камень и попал в задник ботинка Котова.

— Не ной, Волков, у тебя здесь все свои.

— Ты в составе следственной бригады, — напомнила Рязанцева. — Надо осмотреть место, вдруг там остались улики.

— С каких это пор ты стала цыганам верить? Он тебе наврал с три короба, а ты и повелась. — Волков покосился на Яшку. Мальчик, насупившись, шел рядом, прижимая к груди китайского болванчика. — Еще и статуэтку у тебя спер.

— Я не спер.

— Он не спер. Я ему подарила…

— Ага, подарила. — Волков скорчил Яшке гримасу. — Ты значение слова «выцыганил» знаешь и откуда оно пошло?

— Не знаю и знать не хочу.

— Смотри, Волков, сглазит тебя мальчонка…

— Вот оно… — Яшка резко выбросил руку вперед, указывая на кучу мусора.

— Ну, что я сказал, — Волков щелкнул цыганенка по лбу. — На помойку привел.

Яшка изловчился и пнул в ответ обидчика ногой. Попал по икре.

— Ах ты, гаденыш! — взвыл Волков.

— Хватит! — Лена прикрыла собой пацаненка. — Это то место? Ты уверен?

— Да, — Яшка обошел кучу и потянул ветку, закрывающую лаз.

Внутри шалаша тесно и темно. Первый пролез Котов, за ним Ревин. Остальные ждали своей очереди снаружи.

В свете фонарика можно было разглядеть разный мусор. Тряпки, бумагу, картон, куски, обрывки, обломки.

Ревин присел, что-то перевернул.

— Что там? — Лена просунула голову в сумеречную полость.

— Мусор, — ответил Котов.

— Не совсем, — Ревин подхватил с земли металлическую пластину. — Ану подсвети. — Котов направил луч и присвистнул. — Похоже, табличка. Так и есть. Это сбитая с надгробия табличка. А вот еще кое-что. — Поднял с земли металлическую колбу. — Баллончик. С краской. — Встряхнул. — Вернее, здесь она когда-то была, баллончик пустой.

— Ты руками не лапай, — согнувшись в три погибели, Волков влез в полость. Длинное тело сложилось почти пополам. — Пусть кто-нибудь выйдет, тут троим тесно.

— Олег, Виктор, выходите! — скомандовала Рязанцева и, дождавшись, когда оперативники выйдут, нырнула в лаз сама.

— Фонарик захвати! — буркнул Волков.

Это было укрытие. Специально сооруженное и хорошо законспирированное. Кому придет в голову искать лежбище в чреве сваленных в кучу отбросов? Тошнотворный запах мутил сознание. Лена развязала шейный платок и прикрыла им нос. Волков, натянув перчатки, укладывал улики в прозрачные пакеты. Табличку, баллончик.

Лена медленно обвела лучом помещение.

— Надо все собрать.

— Что значит все? Весь этот хлам?

— Да.

— Зачем? На баллончике наверняка есть отпечатки, на тряпках их нет.

— Зато может быть что-то… следы… Пятна продуктов, которыми он бальзамировал тело.

— Не, Рязанцева, здесь он вряд ли этим занимался. Сама посмотри, это нереально.

— Но тело было здесь.

— Наверное, он здесь его прятал.

— Или хоронил? Что, если это не лаборатория, а мавзолей?

— Вот уж это я не знаю. Шизофреники больше по твоей части. Ты с ними на одной волне, — хохотнул Волков. — А так-то да, очень на то похоже.

— Так! Собирай весь мусор. Понял? Я сказала. И на экспертизу.

— Что, прямо весь? — Волков пнул груду тряпок. Что-то круглое выкатилось и остановилось у ног Рязанцевой.

Лена присела.

— Дай перчатки.

Круглый капроновый мешочек похрустывал при нажатии.

Лена порылась в тряпках и достала еще один точно такой же мешочек. Протянула Волкову.

— Посмотри, что в них.

Капроновый, скрепленный бечевкой шарик легко развязался. Волков всунул в него костлявые пальцы и извлек немного белого порошка, потер пальцы.

— Точно сказать не могу, но похоже на соду.

— Посмотри во втором.

Содержимое второго мешочка немного отличалось, но для Лены оно уже не было загадкой.

Глава седьмая

Вот и сплелись ниточки в узор. Осталось только узелок затянуть. Но не было понимания — зачем? Зачем ученый человек выкопал тело Сонечки Мамойко и зачем мумифицировал его?

— Может, это все-таки ритуал такой сатанинский? — предположил Сергеев.

— Надо было взять у него отпечатки. Как же так, Вадим? Вы просто поверили ему на слово?

— Не просто, Лен. Мы проверили все эти его регалии и получили официальное подтверждение. Да, ученый, да, некрополист и краевед. Довольно известная личность среди научных кругов. Занимается изучением и описанием кладбищ как источника артефактов.

— А мешочки? Вас совершенно не удивило, что человек кормит птиц солью и содой?

— Удивило. С ним Макс