Смерть под занавес - Ирина Градова

что почти год вынужден был жить в театре – разумеется, у него должен был быть комплект ключей!

– Значит, вы все-таки встретились с Дианой?

– Нет.

– Как это?

Бондаренко сидела, не вмешиваясь: она была умной женщиной и знала, когда нужно остановиться. Однако Лера видела, что адвокат бдительно следит за ходом допроса и готова, в случае необходимости, кинуться на защиту клиента.

– Я ее не нашел, – ответил на вопрос Третьяков.

– Не нашли?

– Диана написала, что ждет в фойе, но там никого не оказалось. Я позвал ее, даже в гримерку сходил – никого.

– В зал, значит, вы не пошли?

– Нет.

– Почему не обратились к охраннику?

– Как-то не додумался, да и спал он уже, скорее всего. Мне показалось, что вся ситуация какая-то странная, хотя Диана порой бывала…

– Какой она бывала?

– Иногда у нее случались закидоны.

– И вы подумали, что это один из них?

Он молча кивнул.

– И что же вы сделали, когда не обнаружили Диану там, где она должна была вас ждать?

– Позвонил ей, но ее телефон был выключен.

– А потом?

– Потом я вернулся домой.

– Вы больше не пытались ей позвонить?

– Зачем? Мы все равно встретились бы на репетиции, и я… Если бы только я знал!

Третьяков умолк и уставился в стену.

– Звучит правдоподобно, – подала голос адвокат. – Что у вас есть, кроме сообщений и телефонного звонка – потожировые, сперма…

– Сперма? – перебил Бондаренко Третьяков. – О чем это вы?!

– Жертву… то есть Диану, возможно, изнасиловали перед убийством, – ответила Лера и тут же пожалела о том, что ответила на вопрос: Кирилл побелел – даже губы его стали цвета пепла.

– Ч-что? – пробормотал он. – Диану?..

– Это не точно, – попыталась исправить ситуацию Лера. – Возможно, она просто с кем-то… Ну, все могло произойти незадолго до того, как ее убили, вот!

Артист молчал, а Лера пыталась понять, насколько искренна его реакция на полученную информацию. Если бы не его профессиональные навыки, она ни на секунду не усомнилась бы в том, что Третьяков потрясен услышанным, но беда в том, что она знала, как убедительно он изображает любые эмоции!

– Вы сдадите материал для ДНК-теста? – спросила она.

– Что? – Его взгляд казался расфокусированным.

– На теле Дианы эксперты обнаружили несколько волосков, которые могли принадлежать…

– Ни в коем случае! – буквально взвизгнула Бондаренко.

– Но я не против, – пожал плечами артист. – Если это поможет…

– Кирилл Андреевич!

– Я ведь знаю, что не убивал Диану, – сказал он, глядя в глаза Лере: похоже, к нему вернулось самообладание. – Делайте все, что нужно!

– Отлично, я пришлю эксперта! – сказала Лера, поднимаясь.

– А потом мой клиент может быть свободен? – уточнила Бондаренко.

– Как ветер! Кстати, Марина Павловна, какими судьбами вы здесь очутились?

– Меня наняло руководство Музыкального театра, – ответила та и добавила, понизив голос: – Валерия Юрьевна, вы понимаете, какая на вас ответственность? Кирилл Третьяков – «звезда» питерской сцены, на него зритель толпами валит, и, если у вас не найдется улик получше тех, о которых я сегодня услышала… В общем, я это все говорю лишь из любви и уважения к Алле Гурьевне, которая к вам по какой-то причине неравнодушна: будьте очень аккуратны!

В дверях Лера оглянулась: Третьяков смотрел на нее немигающим взглядом, пустым, как «черная дыра» в космосе, и она вдруг ощутила непонятную тревогу. Это продолжалось всего мгновение, и выражение его лица стало прежним, однако Лера знала, что уже не сможет забыть того, что случайно увидела.

* * *

– Алка, выглядишь – отпад!

– Да ладно, не преувеличивай: ты и сама прехорошенькая!

– Слушай, ты ведь почти не изменилась со студенческих времен… хотя нет, изменилась: в тебе появился класс!

– Ты меня вконец захвалишь, Светик, и я позабуду, зачем с тобой связалась!

Алла позвонила бывшей однокурснице Светлане Котовой, которая, как она знала, занимала высокую должность в прокуратуре Екатеринбурга. Вот уж кто точно изменился! Алла помнила ее высокой, стройной девчонкой, склонной к авантюрам и всегда готовой на любой кипиш. Однокурсница по-прежнему оставалась худенькой, однако теперь ее волосы, раньше длинные и каштановые, были коротко подстрижены и покрашены в платиновый цвет, что, надо признать, очень ей шло, позволяя выглядеть моложе и элегантнее.

– Так ты, значит, по делу? – искренне огорчилась Светлана. – А я-то думала, соскучилась по нашим эскападам! Помнишь, как мы «отжигали» в универе?

– И хотела бы забыть – не смогла бы! – рассмеялась Алла. – Неужели мы могли такое вытворять?!

– Я и сейчас не прочь! Вот приеду в Питер – отправимся по всем злачным местам города, где ступала наша нога!

– Светик, большинство тех мест уже закрылись! Но ты не расстраивайся: есть сотни других, не хуже! Я обязательно свожу тебя, когда приедешь.

– Ловлю на слове, Алусь! Так что за дело у такой большой начальницы к серой мыши вроде меня?

– Ну уж, серой – не прибедняйся: знаем-знаем, как ты там, у себя, преуспеваешь, следим за новостями!

– А я думала, вы там, в «столицах», совсем зазнались! Ладно, что у тебя за дело? Важное небось, раз ты не сообщение присылаешь, а целый видеозвонок организовала!

– Ты права, дело важное. Убийство.

– Ух ты… Громкое?

– Пока не знаю, но все может статься. Поможешь?

– Всем, чем смогу. Кого грохнули-то?

– Твою землячку, некую Надежду Егоровну Дорофееву.

– Погоди, я записываю… Так, и что, ее у вас, что ли, убили?

– Ну да, в Питере. Она приехала, остановилась в гостинице и через пару дней погибла.

– Причина смерти?

– Асфиксия.

– То есть ее задушили?

– Верно. Правда, предварительно она получила удар в висок тяжелым предметом.

– Что-нибудь известно о том, зачем эту Дорофееву понесло в Санкт-Петербург?

– Есть предположение, что она либо приехала к сыну, либо, наоборот, пыталась от него сбежать.

– О как… Я так понимаю, у вас есть ее паспортные данные?

Алла продиктовала.

– Что ж, будем работать, – сказала Светлана, все записав. – Думаю, пары дней мне хватит! Что именно тебе нужно знать о Дорофеевой?

– Все, что сумеешь накопать, – любая мелочь может помочь!

– Договорились!

Завершив разговор, Алла позвонила в экспертный отдел, лично начальнику судебно-медицинской службы СК.

– Есть информация по гриму, – сказал он сразу после обычных приветствий.

– Так быстро? – обрадовалась она.

– Это было не так уж и сложно: химический состав грима указывает на отечественного производителя, а конкретно на фирму «Гамма-плюс». Вам просто сказочно повезло, Алла Гурьевна!

– Это почему же?

– Они продают свою продукцию исключительно театрам и киностудиям – никаких интернет-площадок, только опт.

– Невероятно! Выходит, мы можем узнать, каким театрам они поставляли этот грим?

– Верно. Более того, вы дважды счастливица, Алла Гурьевна: грим этот, как выяснилось, из ограниченной партии, поэтому приобрести его успели не