Изгои - Анвар Кураев

– Нет.

– Зачем тогда? Ты же с высшим. И спортсмен. Чего тебе не хватало?

– Понимаешь, я считаю себя крепким человеком. Как-то мне не хотелось отмазываться. Хотелось ещё больше закалиться. И ещё одно. Вот ты часто слышал на гражданке, что в армии плохо, что деды отморозки, и что нормальному человеку ходить туда не надо?

– Конечно. И вроде всё – правда.

– Может и так. Только как это исправить, если здесь одни отморозки?

– Как?

– Может нужно, чтобы больше нормальных людей в армию призывалось?

– И как это сделать?

– Ты лучше поставь вопрос по-другому: что я могу сделать, чтобы это исправить?

– Так ты здесь за этим? Совсем долбанутый? Что ты исправил? Тебя деды также, как и всех нас, гнобили!

– Гнобили. А сейчас что? Скажи ещё, что ничего не изменилось…

– Пройти через всё это дерьмо, чтобы у следующего призыва была нормальная служба?

– Может, я так отдаю долг Родине? По – моему, нормальный вариант. Хотя иногда мне кажется, что цена высоковата…

– Не думал о том, что эта Родина ничего хорошего тебе не дала?

– А ты не думал о том, что это мы сначала должны отдавать?! Почему она – первая?!

– Принципиальный, да? Я помню, как тебя в «слоны» отбили, своему призыву ты нормально колобахи отвешивал. Не стеснялся. Да и духом когда был, под дедов гнулся. Что-ж ты тогда ничего поменять не пытался, когда мы грязь хавали?

– Чего ещё вспомнишь? Может, мне нужно было их всех на стрельбах расстрелять? Или что? Повеситься самому? Что бы это решило? Да, я слабак, который прогнулся. Это ты хочешь услышать?

– Не сержант, я без претензий. Просто хотел понять для себя – получается, любого можно сломать?

– Похоже. Если у кого-то другое мнение, то ему просто повезло. Рота, стройся!!!

Весь оставшийся день из головы у него не выходила эта мысль – он пришёл в армию, чтобы стать сильнее, но закончит службу, зная, что сломан. Что был момент, когда он прогнулся. Прежним ему не быть.

Молчун

В окне ГАЗели мелькал осенний лес, а Володя просчитывал варианты.

Бык уже в розыске. Как быстро они подадут в розыск его со Шмелём? Вероятно, за это время они успели только сдать раненого в местную скорую. И то не факт. Пока разберутся, есть время. Нужно использовать его по – максимуму. Только бы не проколоться нигде. В любой войне самая важная составляющая – логистическая. Вовремя занять нужную точку, опередив врага. И сейчас они двигались к своей точке. Было тяжело двигаться, сидя в машине. Настроение сменялось из – за скачущего адреналина, которому не было никакого выхода. Он то успокаивался, то опять волновался. В этом смысле идти пешком было бы проще. Но не толкать же ему ГАЗель впереди себя?

2008 год

Недавно сформированный батальон контрактников уже не относился к десантникам – разведчикам из Тигриных озёр. Теперь это был простой мотострелковый батальон с обычной формой, БМП и всем остальным, что положено иметь мотострелкам. Комбат построил их перед тоннелем, уходящим внутрь горы, и начал говорить.

– Офицерам, командирам рот и групп я уже разъяснил. Теперь кратко – всему личному составу! Планируется четыре перехода примерно по двадцать километров. Времени на отдых между переходами – по минимуму. Во время привалов все личные вещи держать при себе, днёвки не строим, костры не разжигаем. Так, чтобы вы в любой момент могли продолжать движение. По серпантину головной и тыльный дозоры на расстоянии в сто метров. Как выйдем на открытую местность – сразу организовать дозоры с флангов на таком же расстоянии. Наша главная задача – вовремя занять запланированные позиции. Ответственным – двадцать минут на проверку оружия и снаряжения! Приступить!

Молчун начал по – очереди проверять каждого солдата своего отделения.

– Дай сюда АК! Нормально. Чистый. Попрыгай.

Солдат сделал несколько прыжков на месте. Вроде ничего не отваливается и не гремит.

– Следующий! Автомат давай! Смотри сюда, боец!

Молчун быстро открутил дульный тормоз – компенсатор и показал рядовому ствол.

– Где песка в дуло черпанул?

– Не могу знать, товарищ сержант!

– Устранить! Три минуты.

– Следующий! СВД дай сюда! Наглазник где?

– Порвался при высадке. Пришлось снять.

– Ты совсем дурной, боец? Почему мне не доложил?

– Не успел.

– Остальное как? Попрыгай… Следующий! Пулемёт дай.

Он поднял крышку ствольной коробки и рукоятку перезаряжения, убрал ленту, сделал контрольный спуск.

– Ствол чистый. Хорошо. Работает как часы. Трассера есть?

– Так точно!

– Постой, боец! А ты патроны обслуживал?

– Да.

Почему в песке два патрона?

– Походу из грузовика вылезали, на нас с тента сыпануло слегка. В коробе всё чисто.

– Устраняй.

Подошёл Тихонов.

– Как дела, Молчун?

– У этого наглазник на СВД порвался, а там в стволе песок.

– Новый наглазник мы ему сейчас достать не сможем. Боец, когда будешь стрелять, глазом к оптике не прислоняйся и всё нормально будет.

К ним торопливо подбежал Шмель.

– У моих всё в норме. Недостатки устранены, готовы выдвигаться.

В его словах чувствовалось нервное напряжение.

– Нервничают? – Тихонов тоже был, как сжатая пружина.

– Как все…

– Рота, смирно! Слушайте сюда! Команды выполнять, не раздумывая. Всё делаем, как учили. Будете чётко выполнять приказы – всё будет нормально! Вы сами знаете: кто ссыт – тот гибнет! Так что не ссыте! Всё понятно?

«Пусть криво, но приободрил».

– Так точно, товарищ лейтенант!

В строю послышались редкие нервные смешки. Напряжение чуть спало. Но ожидание изматывало.

«Уже скоро…»

Бык

«Всему виной – банальная жадность этого идиота Синицына». Коля не мог поверить, что всё настолько просто и по – дурацки. Обычный распил. Обычный откат. Обычное замазывание следов. Только с его, Дорохова, смертью в конце. Он же был в системе. И эта система пожирает сама себя из-за своей жадности. «Интересно, много ещё таких же богачей-неудачников, кроме меня?»

На переднем сиденье Шмель беседовал о чём – то с водителем. А Молчун рядом уткнулся головой в стекло и смотрел на деревья. Как всегда, непроницаемый.

Вот опять Коле повезло встретить на своём пути хорошего человека. «Всем не угодишь» – так говорил его отец. «Но те, кто играет за тебя, никогда не должны жалеть об этом» – обычно добавлял он. Коля старался следовать этому правилу.

Водитель смотрел на дорогу. Коля незаметно открыл сумку с деньгами, и завернул пачку долларов в пакет, так кстати подвернувшийся под руку.

Вести роскошную жизнь ему больше не придётся. Это очевидно. А тех денег, что он взял с собой, хватит на десять скромных жизней. Почему бы не