Дело о трупах в постели - Джизет

чёрта ты торчишь у меня дома, когда он тебе запретил общаться со мной. Во-вторых, он тебе ничего не скажет, но завалит всякой ерундовой работой, лишь бы ты от стола не отрывался…

–Это и так происходит каждый день, – буркнул Александр Валерьевич.

–…В-третьих, выразит своё недовольство ещё каким-нибудь изощрённым способом.

–И что мне теперь, ловить его гневные взгляды и анализировать их?

–Ты прав, что случится, то и случится, он и так стопроцентное убийство вдруг превратил в самоубийство. Что ему ещё стукнет в голову, неизвестно.

–Ксения, как тебе чай? – неожиданно подала голос Алина.

–Спасибо, очень вкусно, – тут же бодро откликнулась Шёпотова.

–Ты удовлетворена?

–Да, да, конечно.

–И у тебя всё хорошо?

–Я, – Ксения внимательно посмотрела на Алину, – немного не догоняю. Что-то случилось?

–Ей ужасно хочется, – вздохнул Овсов, – увидеть твои сегодняшние трусики. Но она, как ты понимаешь, не может озвучить это прямо.

–Кажется, я догадалась, – Шёпотова поочерёдно изучила лица Дмитрия и Алины, – пока меня не было, вы все превратили мои трусики в издёвочно-сатирический флаг и при малейшей возможности начинаете им размахивать во все стороны.

–Я к этому флагу не имею никакого отношения, – поправил её Новиков.

–Да они как бы тоже не имеют, но, судя по их радостным глазам, они этот флаг с меня то снимают, то одевают.

–Скорее, это твои мечты, – возразила Алина.

–Ну, почему же, – возразил теперь ей Овсов, – это женский флаг и именно женщины им размахивают, то позволяя снять, то только демонстрируя издалека.

–Не знала, что красный диван для тебя – издалека, – удивилась невеста капитана.

–Ксения, мы уезжаем, – встал Александр Валерьевич, – а то они договорятся до того, что, в конце концов, снимут твой флаг и оденут на мачту.

–Александр Валерьевич, это уж совсем пошло, – засмеялся Овсов.

–Почему пошло? – возмутился следователь прокуратуры, но тут же сообразил, – Я совсем другое имел в виду. Это ваша будущая семейка всё извращает, даже мои мысли.

Загадочно улыбающаяся Шёпотова негромко попрощалась и ушла вслед за следователем прокуратуры.

–Приятная девушка, – Алина уносила тарелки на кухню и делала вид, что говорит сама с собой.

–Тебе просто понравилось над ней издеваться. А сегодняшний вечер стал особенным. Шёпотова сама подсказала идею про флаг, и теперь ты этот флаг с неё никогда не снимешь. Он будет реять гордо и вечно.

–Каждая палка имеет два конца. Если ты демонстрируешь свои трусики чужому мужчине, то будь готова к тому, что это может обсуждаться вечно. И совсем не гордо.

–Кажется, ты это уже говорила.

Возникшую паузу нарушили трели жаворонка.

–Слушаю, – Овсов приложил сотовый телефон к уху.

–Дмитрий, здравствуй, это тебя беспокоит Иван Семёнович, адвокат.

–Да.

–Тут такое дело, что-то эта судья Чурбак темнит.

–В смысле?

–Она говорит, что ты обязательно должен подойти к ней для разговора.

–Для какого разговора?

–Не сообщает. При этом прямо предупреждает, что без беседы с тобой начнёт применять меры административного характера.

–Это законно?

–Нет. Но меня настораживает её упрямство. А если есть какая-то ценная информация и она может раскрыть её только тебе? Конечно, я могу с ней поспорить, подискутировать, начать писать жалобы, но чем больше мы будем упираться, чем больше вопросов возникнет у проверяющих. Меня спросят, а почему Овсов не может явиться для беседы в суд? Есть для этого веские причины? Нет. И тогда мы будем выглядеть нарушителями, а мы таковыми не являемся.

–Я понял. Надо предотвратить провокации со стороны судьи и заодно узнать её скрытый мотив. Завтра с утра зайду в суд.

–Если бы все клиенты были такими понятливыми, – рассмеялся адвокат, – обязательно мне потом перезвони и расскажи, что она тебе будет говорить. Сам болтай как можно меньше, иногда ссылайся на плохую память, а если тебе вопросы не понравятся, можешь пожаловаться на болезненное самочувствие и прервать беседу. Мы с тобой потом спокойно сядем и всё обсудим.

–Хорошо, – произнёс Дмитрий и отключился.

Немного позже Алина собралась в душ и минут пятнадцать размахивала своим нежно-сиреневым флагом перед носом Овсова. Наконец, ему это надоело, и он принёс из спальни ворох мужских трусов и предложил девушке заняться ими. Последняя не растерялась и стала вещи Овсова раскидывать по комнате, стараясь попасть на телевизор, на люстру, на прочие предметы интерьера. Выйдя из душа, девушка нацепила на себя самые длинные трусы своего мужчины и принялась под музыку медленно его раздевать.

Секретарь заместителя начальника УВД обладала идеальной на взгляд Дмитрия фигурой, была ниже своего жениха на два сантиметра, восхищала его смелым остроумием и адекватным здравомыслием, и пугала женской притягательностью. Овсов понимал, что небезразличен Алине, но понимал также, что и другие мужчины могут легко потерять голову из-за изящности и сексуальности его невесты.

Всю ночь назойливые женщины в широких семейных трусах размазывали по обнажённому телу Дмитрия остатки тортов с праздничного стола, за которым шумная кампания из этих же представительниц прекрасного пола весело и залихватски отмечала восьмое марта.

Глава 5

Древнейшая профессия

Утром капитан милиции отвёз невесту на работу, а сам направился в суд.

–Оксана Гарольдовна, – секретарь судьи открыла дверь в её кабинет, – Овсов пришёл.

–Пусть войдёт.

Дмитрий вошёл. Перед ним, в чёрной мантии, за столом, сидела невысокая и очень красивая женщина тридцати пяти лет. Настолько неотразимая, что Дмитрий ощутил, как погружается в самый лучший эротический сон. Природная красота Оксаны Гарольдовны вызвала у капитана милиции ряд шальных и фантастических мыслей, и, как только судья Чурбак сделала движение правой рукой вперёд, Дмитрий с трудом удержался, чтобы не припасть к её ладони с ворохом поцелуев. Овсов закрыл глаза и постарался проснуться. Впрочем, красивая женщина сама помогла ему в этом.

–Овсов, ты охренел?

–Простите? – Дмитрий присел на стул перед судейским столом.

–Я не приглашала тебя садиться!

–Тогда мне уйти? – капитан милиции привстал и застыл в таком неудобном положении.

–Сидеть!

–Конечно, – Овсов плюхнулся обратно на стул.

–Ты чем занимаешься целыми днями?

–Работаю.

–Ты не работаешь, а фигнёй страдаешь! Объясни мне, почему адвокат утверждает, что тебя не было на заседании комиссии?

–Потому, что меня там не было.

–То есть, ты представил в суд сфальсифицированные документы?

–Вы можете их проверить. Отправить запрос в Ижевск.

–А ты там уже договорился, правда?

–Что значит договорился? У них есть запись в журнале регистрации, и она была произведена в тот день, когда я туда прилетел.

–Мафия?

–Вы шутите? Столько липовых усилий только для того, чтобы доказать, что меня не было на заседании комиссии? Ради чего?

–Я