Роберт Фиш - Убить незнакомца

Да Сильва растерянно посмотрел на телефон. Если начальство Вильсона в Вашингтоне поручило ему внести как можно больше путаницы в это дело, то он справляется с заданием весьма успешно.

— Какую еще записку?

— Поэтому я тебе и звоню, — сказал Вильсон. Он, похоже, был очень доволен, что наконец-то заинтересовал Да Сильву. — Когда я очнулся от снотворного, то обнаружил в кармане записку. В нее были завернуты ключи от машины — чтобы я обязательно заметил. Там написано: «Себастьян, вот твоя ищейка». — Он глубоко вздохнул: — Ну, и что ты по этому поводу думаешь?

Да Сильва протянул руку, вытащил сигарету из пачки, всегда лежащей на тумбочке возле кровати, и закурил. Глубоко затянувшись, он выпустил клуб дыма.

— Честно говоря, не знаю, что и думать. Если, например, кто-то решил, что ты частный детектив, который приехал в «Малоку» проследить за ним, то в этой записке есть смысл. В конце концов, в «Малоке» бывают и женатые мужчины…

— Да, только единственные, кого я видел, — это парочка, которая, не останавливаясь, танцевала все время, пока я там был. Сомневаюсь, что они меня вообще заметили. Предположим, что Насио был там и решил, что я за ним слежу?

— В таком случае, — возразил Да Сильва, — почему он адресовал записку какому-то Себастьяну? Кто он, этот Себастьян? В полицейском департаменте я таких не знаю. — Он докурил сигарету и загасил ее. — Для американцев это имя необычно, но мне иногда встречалось, В вашем департаменте или в Вашингтоне есть кто-нибудь по имени…

— Да перестань ты! — Вильсон беспомощно замотал головой и тут же покрепче прижал ко лбу пузырь со льдом. Спор с капитаном Хозе Да Сильва явно не помогал унять головную боль. — Послушай, Зе, я знаю, что ты устал и у тебя в голове застряла эта бредовая идея, хотя черт меня побери, если я знаю почему. Но факт остается фактом — я сказал тебе правду. И уверен, это связано с Насио Мендесом.

— На каком основании?

Вильсон вздохнул.

— Ну ты и упрямый! Ладно, забудем об этом. Я просто хотел помочь. Как только начнут действовать четыре таблетки аспирина, которые я принял, приеду к тебе. — В его голосе снова зазвучала ирония. — Надеюсь, ты не очень против того, чтобы сравнить почерк на записке с образцом, который, наверно, есть в досье Насио?

— Ну что ты, нисколько, — великодушно разрешил Да Сильва. — Будь моим гостем.

— До чего же ты любезен по утрам, — сказал Вильсон и повесил трубку.

Нахмурясь, Да Сильва стал набирать номер. Оператор в центральном полицейском управлении соединил его с нужным абонентом. Трубку подняли немедленно; ответил деловой, совсем не сонный голос:

— Лейтенант Перейра.

— Перейра, это Да Сильва. Как дела?

— Все в порядке, капитан. Все заняты делом, и на сей раз никто не заболел. Торжественная церемония начнется через полчаса, все наши на месте.

— Это хорошо, — сказал Да Сильва. — А как насчет отчетов по вчерашней проверке?

— Большинство уже у вас на столе. Сержант Рамос дописывает свой. — Его голос звучал жизнерадостно. Накануне лейтенанту удалось проспать целых восемь часов. — Я их все просмотрел. Ничего особенного.

— Хорошо. Я приеду, как только оденусь. Да, вот еще, почему не звонил Фрайре?

— Разве он не звонил? Я подумал, что он должен отчитываться непосредственно вам. Я… Прошу прощения, капитан… — Несколько минут Перейра разговаривал с кем-то; когда он снова взял трубку, в голосе его не было и следа жизнерадостности; теперь в нем звучали гнев и горечь, — Капитан, только что сообщили: ребятишки, игравшие на пляже недалеко от «Тижуки», нашли труп. Они сообщили полицейскому, и тот его опознал. Это Фрайре.

— Что?!

— Тело лежало на пляже, метрах в ста от «Малока де Тижука». Он был застрелен. Один выстрел. — Гнев сменился холодным официальным тоном — лейтенант докладывал стершему по званию о преступлении. — Вы хотите, чтобы мы продолжали наблюдение за этим американцем, Вильсоном?

— Нет, — ответил Да Сильва. — Я только что с ним разговаривал. Он не знал, что за ним следят, да это и не нужно. Я уверен, он не имеет к этому никакого отношения. В любом случае он скоро приедет в управление. — Он глубоко вздохнул, глядя на телефон. Все-таки Вильсону, пусть случайно, удалось разворошить это осиное гнездо. И в результате погиб хороший человек. Он наклонился вперед: — Перейра, сколько у нас на заметке крутых парней по имени Себастьян?

Перейра не удивился внезапной перемене темы; он знал капитана Да Сильву и знал, что тот никогда не задает вопросов зря.

— Себастьян, а дальше?

Да Сильва нахмурился. Очевидно, избыток сна так же затуманивает мозги, как и его недостаток.

— Если бы я знал, то не стал бы спрашивать тебя. Я не знаю его фамилии. Просто Себастьян.

Перейра покачал головой:

— Просто Себастьян? Это же очень распространенное имя. Я думаю, таких найдется немало. Вы можете сообщить что-нибудь еще? Какими делами он занимается?

— Очень плохими. — Да Сильва невидящим взглядом уставился в стену. — У него могут быть какие-то дела с Насио Мендесом. Может, когда-то в прошлом, хотя я не помню такого имени в досье.

— Я видел ориентировку на Мендеса, — сказал Перейра и резко выпрямился. — Вы думаете, это его рук дело?

— Я ничего не думаю, — оборвал его Да Сильва. — Просто пытаюсь выяснить, кто такой Себастьян. Он может быть как-то связан с убийствами вообще, то есть убийствами по заказу. А может… — Он умолк. Может что? Плюнуть на улице или в нарушение правил поставить машину в погрузо-разгрузочной зоне аэропорта Сантос Дюмон? Он устало потер лицо. — Я не знаю. Знаю только имя — Себастьян.

— Я проверю. — Голос Перейры звучал не слишком оптимистично.

— Да, пожалуйста. Одну минутку! Как насчет Себастьяна Пинейро? Что с ним случилось? Он был замешан в нескольких убийствах.

— Пинейро? Я уже несколько лет не слышал о нем. И мы не нашли ничего подтверждающего его связь с Мендесом. Честно говоря, — с горечью добавил Перейра, — у нас нет ничего о его связях с кем бы то ни было. Чертовски осторожный тип. У нас не было доказательств, но я уверен, что это он организовал по крайней мере четыре убийства из тех, о которых я знаю, и Бог знает сколько из тех, о которых мне неизвестно.

— Это правда.

— Кажется, — продолжал Перейра, — какая-то информация о нем должна быть у иммиграционных властей. Он покинул страну несколько месяцев назад; уехал в Аргентину, насколько я помню. Не было никаких оснований не выпускать его, но они все-таки сообщили нам.

— Он вернулся?

— Не знаю. Придется проверить.

— Давай проверяй, — согласился Да Сильва. — А заодно и любого другого Себастьяна, который может подойти…

— Есть, капитан. — Перейра помолчал. — А как насчет дела Фрайре?

Да Сильва скривился.

— Я думаю, как обычно. Черт, если бы мы не были так связаны этой проклятой встречей ОАГ! Хотя, — добавил он, — у меня такое чувство, что убийство Фрайре с этим связано.

— И вы думаете, что Себастьян тоже как-то причастен к этому?

— Да, — сказал Да Сильва и сам удивился своему ответу, — да, я так думаю.

— В таком случае, — холодно, почти жестоко сказал Перейра, — мы его из-под земли достанем. Я немедленно займусь этим делом. Что-нибудь еще, капитан?

— Это все, — ответил Да Сильва и повесил трубку.

Он встал и начал снимать пижаму. Перейра специалист в своем деле, и, если есть хоть какие-то сведения об этом Себастьяне, он их непременно откопает. Если, конечно, он имеет какое-то отношение к этому делу, если Вильсон не водит меня за нос, добавил про себя Да Сильва и устало покачал головой. И конечно, если еще не поздно…

Капитан Да Сильва просунул голову в дверь крошечного кабинета лейтенанта Перейры. За столом никого не было. Сержант Рамос, застрявший в узком пространстве между письменным столом и подоконником, потел над отчетом. Он с благодарностью взглянул на начальника, обрадовавшись возможности прерваться, — излагать свои мысли на бумаге было для него нелегким трудом. Тоненькая авторучка почти утонула в его огромном кулаке, он отложил ее в сторону и улыбнулся Да Сильве.

— Лейтенанта здесь нет, капитан. По-моему, он добывает для вас какую-то информацию.

— Хорошо. Скажи ему — я буду у себя.

— Конечно. Капитан, а как там с делом Фрайре? — Сержант покачал головой. — Скверная штука, правда?

— Да уж, — согласился Да Сильва.

— Знаете, капитан, — проблема убийства товарища отступила перед собственными проблемами, — я бы гораздо лучше рассказал вам все, чем написал.

Толстый палец Да Сильвы решительно ткнул в блокнот перед носом Рамоса. Он закрыл дверь и направился к своему кабинету. Секретарша улыбнулась было при виде босса, но тут же стерла с лица улыбку, вспомнив, что сегодня был убит на своем посту сотрудник полиции. Да Сильва кивнул, прошел к себе в кабинет, повесил пиджак на стул и, сняв плечевую кобуру, положил ее на край стола. В такую жару рубашка под широкими ремнями уже намокла полосами пота.