На шестом этаже мужчин нет - Наталья Вячеславовна Андреева

У двери с табличкой «Управляющая организация» и в самом деле сидела черная пантера. Она была то ли из камня, то ли из дерева, Снегин не понял, пока не пощупал. Из дерева все-таки. Интересно, кто ее сюда приволок и зачем? От съехавших жильцов осталась? А домоуправление пригрело. Но ассоциации возникают интересные.

– Добрый день, – он опять-таки с опаской приоткрыл дверь. Кто знает, что еще оставили в наследство бывшие жильцы, а вдруг там говорящий попугай?

Попугая не было, только мужик в синей спецовке. Он сидел за рабочим столом, перед монитором и возможно, тоже сливал базы. Мышкой мужик щелкал непрерывно.

Снегин приободрился и вошел в кабинет.

– Здравствуйте, молодой человек. Вы по какому вопросу? – рука мужика на время замерла.

– Я из полиции по поводу упавшей вчера на клумбу девушки. Мне надо понять, что именно с ней случилось.

– Проходите, садитесь.

Сотрудник управляющей компании оторвался от монитора и настороженно посмотрел на незваного гостя. Кто ж любит иметь дело с криминальной полицией? Снегин сел. Удостоверение не спросили, поверили на слово.

– У меня, собственно, вопрос конкретный. Про альпинистов.

– Мы домоуправление а не спортивная база!

– Я имел в виду промышленных альпинистов. Вот у вас на фасаде второго корпуса веревка висит. Это зачем?

– Ах, вы об этом… Ну да, есть у нас в штате промышленные альпинисты. Мы ведь элитный ЖК. Сами видите: три корпуса. В одном аж сорок этажей! Одни только окна чего стоят! Которые надо постоянно мыть. Шоссе оживленное, гарь, смог, пыль… Работы ведутся постоянно, поэтому двух альпинистов мы зачислили в штат.

– А почему не одного?

– Поодиночке им работать нельзя, – пояснил сотрудник управляющей компании. – Только в паре. Один обязательно должен страховать. А то был случай: рабочие пришли на крышу, а там веревка. Хорошая такая веревка. Вы ж сами понимаете, что снаряжение для промышленного альпинизма – оно дорогое. Один из рабочих взял, да и обрезал веревку, чтобы взять ее себе. А на ней альпинист висел…

– Какой ужас! – не удержался Снегин.

– Вот поэтому у нас их в штате два. Два промышленных альпиниста, – уточнил его собеседник.

– А вчера они, чем занимались?

– Вчера они мыли окна в пентхаусах. Работа ответственная, нервная. Высота-то какая! Плюс жильцы привередливые. Вы ж понимаете, кто там живет, в этих пентхаусах и столько они стоят. Поэтому альпинисты ограничились пятью верхними этажами второго корпуса. А сегодня моют ниже тридцать шестого. Тридцать пятый и далее.

– Так вот почему не убрали веревку.

По прикидкам Снегина, в конце рабочего дня, когда с Варей Басовой случилась беда, альпинист мыл окна на тридцать шестом этаже. После чего стал спускаться. И вполне мог зависнуть на тридцать пятом.

Как интересно!

– А вот который сорвался с двадцать первого. Он тоже был у вас в штате?

Собеседник моментально помрачнел. Потом нехотя сказал:

– Это был несчастный случай. Альпинист небрежно закрепил карабин. Не защелкнул его до конца. А карабин был полуавтоматический, как мне объяснили. В детали я не вникал, знаю только, что альпинист небрежно отнесся к страховке. А это в его работе главное.

– Неопытный был? – сочувственно спросил Снегин.

– Неопытных мы не берем, – строго сказал его собеседник. – Мы элитный ЖК. Поэтому узбеки и таджики, без корочек и регистрации, нелегалы – мимо кассы. Мы официальные, и все положенные налоги платим. За своих сотрудников в том числе.

– Так что же все-таки случилось? Поймите: мне необходимо знать правду. Может там и не карабин виноват?

– Да эти Басовы… – вырвалось у мужика. – Вот так и поверишь про карму. Что прилетает. Жизнь за жизнь.

– С этого момента поподробнее, – напрягся Снегин. – Что там с Басовыми?

– Да я про мадам. Она ведь собственница. Елизавета, чтоб ее Ивановна. Согласен: у нас непростые люди живут. Но это ведь особый случай.

– А что с ней такое, с Елизаветой Ивановной Басовой?

– Принципиальная. Она ведь чиновница. А муж так и вовсе. Большая шишка. Оба помешаны на законах. У нас, мол, правовое государство. И всякое зло должно быть наказано.

– А какое именно зло было наказано в лице несчастного альпиниста? Если я правильно понял, у него с Елизаветой Ивановной случился конфликт. После чего альпинист разнервничался и потерял бдительность, закрепляя страховочный пояс. Что и послужило причиной несчастного случая.

– Как вы догадались?!

– Это нетрудно. А подробности?

– Он окна мыл, а дочка Басовой переодевалась. Занавески не задернула. Ведь тридцать пятый этаж! Кого бояться? Голубей? И те ниже летают. Девка, видать, сочная, а мужик молодой. Вот и завис. Поглазеть. А она увидела его и завизжала. Потом мамке рассказала. Что тут началось! Мужика обвинили в этом, как его… вуа… ё…

– Вуаейризме? Психическое отклонение, которое заключается в незаметном наблюдении с целью полового возбуждения.

– Вот-вот. Другие поржали бы, и разошлись с миром. Но эта принципиальная мадам раздула скандал. А альпинист, он женатый был. Так мадам его супруге позвонила. А вы знаете, чем ваш муж на работе занимается? Что он извращенец, знаете? Потому и по фасаду лазает, за голыми женщинами подсматривает. Полная хрень. Дочка-то, небось, не совсем уж голая была. Ну, к чему людям жизнь-то портить? Человек, естественно разнервничался. А работа рискованная. Не понимаю, как напарник его в таком состоянии выпустил на фасад, но случилось. Небрежно обошелся со страховкой, и… – управленец махнул рукой с несчастным видом. И добавил: – Жалко парня.

– А этот напарник погибшего промальпа, где он сейчас?

– Да висит. На фасаде. Смерть смертью, но доделать-то надо. Окна помыть. Мы элитный ЖК. У нас график. Жильцы непростые, спрашивают строго. Деньги считать умеют.

– Потому и богачи, – хмыкнул Снегин.

– И то верно, – вздохнул мужик, щелкнув мышкой. И сказал: – Вот он, график. И рабочие, как и положено: на объекте. Владимир и Владимир.

– Не понял?

– Тезки.

– Вчера тоже он работал? Тот Владимир, который в штат был зачислен первым?

– Получается, что так. Сегодня он должен был страховать, но я его на веревке видел, когда ограждение ставил.

– Ограждение?

– Ну, ленточку натягивал, чтобы не шастали. По инструкции, еще один человек должен стоять внизу в то время, пока работают промышленные альпинисты, и предупреждать прохожих. Но штат, он не резиновый.

– Я прекрасно это знаю, – невольно вздохнул Снегин.

И тут кадровый голод. Вкупе с экономией.

Зато появилась версия. Снегин даже азарт почувствовал.

– Я постоял немного внизу, а потом позвонили, – пояснил сотрудник управляющей компании. – У нас три корпуса, в одном аж сорок этажей! Постоянно что-то случается.

– Это верно. Жизнь – сплошное приключение нынче, – поддакнул он. – Мошенники, вон, уже кем только не прикидываются. Даже мной.